Войнович Владимир Николаевич - книги автора
Сенсационный мемуарный роман от самого остроумного и бескомпромиссного классика отечественной литературы Владимира Войновича!
"Автопортрет. Роман моей жизни" – это яркая, художественная автобиография, в которой Владимир Войнович честно и остроумно пишет историю эпохи, в которой ему выпало жить, любить, горячо заботиться о Родине и быть отвергнутым ею, перенести невольную мучительную эмиграцию и получить награду Лауреата Госпремии по литературе.
"Автопортрет. Роман моей жизни" – книга искренняя и точная. Атрибуты времени, черты характеров, привычки и даже особенности речи – все это не только замечено, но и гармонично подано автором.
Что же до искренности – Войнович рассказывает о том, чему был свидетелем, рассказывает "так, как было" – не выпячивая свои заслуги, не затушевывая те поступки, которые можно оценить не только с положительной стороны.
Причудливые, неправдоподобные, но задокументированные картины недавней нашей реальности в жизни, литературе и политике. 1973–1993.
В сборник вошли самые любимые, самые известные рассказы и повести В.Войновича:
• Путем взаимной переписки
• Хочу быть честным
• Расстояние в полкилометра
Впервые под одной обложкой выходят самые знаменитые автобиографические повести Владимира Войновича: «Иванькиада», «Дело № 34840» и «Портрет на фоне мифа».
В них есть все, чем была богата и знаменита советская и постсоветская эпоха: козни всемогущих спецслужб и заигрывание с «творческой интеллигенцией», впечатляющие творческие свершения и мелкие окололитературные и бытовые дрязги, гордость за свою страну и горечь от осознания ее недугов и обида за ее неблагодарность. Войнович в каждой строчке остается верен себе: скрупулезен до мелочей, честен, бескомпромиссен и, конечно же, остроумен и язвительно ироничен.
Эта книга состоит из трех книг, написанных в разное время, но она едина и каждая ее составная есть часть общего замысла. При подготовке книги к печати я думал, не осовременить ли текст, убрав из него какие-то куски или детали, которые сейчас могут казаться неважными, устаревшими, и добавив новые пояснения, уточнения. Но потом решил, что подобное исправление текста задним числом может помешать читателю почувствовать атмосферу того времени, когда все это написано. Так что пусть все останется как есть
«Деревянное яблоко свободы» – историческая повесть Владимира Войновича о Вере Фигнер, «пламенной революционерке», покушавшейся на Александра II, красавице и первой русской эмансипе. В советское время эта повесть выходила многомиллионными тиражами под другим названием – «Степень доверия». Написанная от лица мужа Фигнер–Алексея Филиппова, – она и есть рассказ о той степени доверия, которую ищут, находят и утрачивают близкие люди. Супруги и родные, – при том, что это люди необыкновенные, героические и надмирные, какие рождаются только в эпохи великих перемен и катаклизмов. И проносятся, как метеоры, по небу цивилизации. Что движет молодой, образованной, полной жизни женщиной, когда она становится террористкой? Стоит ли Социалистическая Идея того, чтобы отказаться от радости материнства и простого женского счастья? Владимир Войнович пишет о людях давнего прошлого так, будто они живут с нами рядом. И это в наши дни происходит их выбор: между мечтой и любовью, между призванием и свободой. Издается впервые после многолетнего перерыва.
Чонкин жил, Чонкин жив, Чонкин будет жить!
Читатель держит в руках полную версию уникальной эпопеи XX века - «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина». По словам самого автора, на ее написание ушло в общей сложности 49 лет.
Две первые книги - «Лицо неприкосновенное» и «Претендент на престол» - впервые были опубликованы в 1975 году, книга третья - «Перемещенное лицо» - в 2007-м.
Изменился ли Чонкин? Ничуть! Он так же наивен и непосредственен. Притворство, ложь и предательство, сталкиваясь с ним, становятся невероятно смешными и беспомощными.
В чем феномен его долголетия? В умении Владимира Войновича соединять политическую сатиру с любовью к людям, лирическую эпопею - с романом-памфлетом.
Чонкин жил, Чонкин жив, Чонкин будет жить!
Простой солдат Иван Чонкин во время Великой Отечественной попадает в смехотворные ситуации: по незнанию берет в плен милиционеров, отстреливается от своих.
Герой самой смешной политической сатиры советской эпохи. Со временем горечь политического откровения пропала, а вот до слез смешной Чонкин советскую власть пережил!
Впервые – в новой авторской редакции!
Чонкин жил, Чонкин жив, Чонкин будет жить!
Герой самой смешной политической сатиры советской эпохи. Со временем горечь политического откровения пропала, а вот до слез смешной Чонкин советскую власть пережил!
Чонкин жил, Чонкин жив, Чонкин будет жить!
Сенсационное продолжение удивительных приключений солдата Ивана Чонкина!
Чонкин снова в центре заговоров и политических интриг. Он бодро шагает по историческим эпохам!
Он так же наивен и непосредственен. Притворство, ложь и предательство, сталкиваясь с ним, становятся невероятно смешными и беспомощными.
А в деревне Красное его незаконная жена Нюра продолжает любить Чонкина-героя и мечтать о нем. Встретятся ли они, будет ли хеппи-энд?
Неповторимый юмор Войновича творит чудеса – будет смешно до слез!
Чонкин жил, Чонкин жив, Чонкин будет жить!
Простой солдат Иван Чонкин во время Великой Отечественной попадает в смехотворные ситуации: по незнанию берет в плен милиционеров, отстреливается от своих.
Герой самой смешной политической сатиры советской эпохи. Со временем горечь политического откровения пропала, а вот до слез смешной Чонкин советскую власть пережил!
Впервые – в новой авторской редакции!
Третя частина пригод славетного солдата Чонкіна! Наївний герой найсмішнішої сатири на радянську дійсність знов тішить читачів своїми карколомними авантюрами! Несподівано для себе Чонкін потрапляє в перебіжчики та опиняється у Штатах, де згодом стає добрим фермером. Та навіть у фермерів життя спокійним не буває! Особливо якщо це – Чонкін…
Кто бы ни стоял за нашим созданием, трудно не увидеть, что каждый человек несет в себе некий Замысел, вложенный в него и составленный в виде загадки. Ключа к загадке нет, но есть разбросанные там и сям туманные намеки на то, что она существует и при некотором усилии поддается разгадке, хотя бы приблизительной.
Эта книга состоит из трех книг, написанных в разное время, но она едина и каждая ее составная есть часть общего замысла. При подготовке книги к печати я думал, не осовременить ли текст, убрав из него какие-то куски или детали, которые сейчас могут казаться неважными, устаревшими, и добавив новые пояснения, уточнения. Но потом решил, что подобное исправление текста задним числом может помешать читателю почувствовать атмосферу того времени, когда все это написано. Так что пусть все останется как есть
Эта книга состоит из трех книг, написанных в разное время, но она едина и каждая ее составная есть часть общего замысла. При подготовке книги к печати я думал, не осовременить ли текст, убрав из него какие-то куски или детали, которые сейчас могут казаться неважными, устаревшими, и добавив новые пояснения, уточнения. Но потом решил, что подобное исправление текста задним числом может помешать читателю почувствовать атмосферу того времени, когда все это написано. Так что пусть все останется как есть
Император Николай I во время представления «Ревизора» хлопал и много смеялся, а выходя из ложи, сказал: «Ну, пьеска! Всем досталось, а мне — более всех!» Об этом эпизоде знает каждый школяр. Всякий, считающий себя умным, прочитав «Малинового пеликана» В. Войновича, много смеяться не будет, но скажет: «Ну, роман! Всем досталось, а мне — более всех!» И может быть, после этого в российской жизни действительно что-то изменится к лучшему.
Новые времена и новые люди, разъезжающие на «Мерседесах», — со всем этим сталкиваются обитатели города Долгова, хорошо знакомого читателю по роману «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина».
Анекдоты о новых и старых русских невероятно смешны. Но даже они меркнут перед живой фантазией и остроумием Войновича в «Монументальной пропаганде».
Вчерашние реалии сегодняшнему читателю кажутся фантастическим вымыслом, тем более смешным, чем более невероятным.
А ведь это было, было…
В 2001 году роман был удостоен Госпремии России по литературе.
«Москва 2042» — Сатирический роман-антиутопия написанный в 1986 году. Веселая пародия, действие которой происходит в будущем, в середине XXI века, в обезумевшем «марксистском» мире. Герой романа — писатель-эмигрант, неожиданно получает возможность полететь в Москву 2042 года, и в результате оказывается действующим лицом и организатором новой революции.
«Очерки и фельетоны, предлагаемые вашему вниманию, взяты нами из книги „Антисоветский Советский Союз“, вышедшей в американском издательстве „Ardis“ в 1985 году».
«Сказка о глупом Галилее» – новый сборник фельетонов, стихов, пьес и сказок великолепного мастера антиутопии и иносказания Владимира Войновича. Острый язык и точные образы, ироничное высмеивание человеческих пороков и извечных «бед России» делают книгу многоголосой и яркой. В ней есть место и смеху, и философской притче. Автор бессмертного Чонкина видит столько смешного и яркого в обыденном, что невозможно не засмеяться от души!
Владимира Войновича, как автора, не надо представлять. Кто не читал — сам виноват. А что такое сказки, знает каждый ребенок! Хотя эти сказки следует все-таки сначала прочитать: слишком не реальные, слишком грустные, слишком на смех.
Владимир Войнович начал свою литературную деятельность как поэт. В содружестве с разными композиторами он написал много песен. Среди них — широко известные «Комсомольцы двадцатого года» и «Я верю, друзья…», ставшая гимном советских космонавтов.
В 1961 году писатель опубликовал первую повесть — «Мы здесь живем». Затем вышли повести «Хочу быть честным» и «Два товарища». Пьесы, написанные по этим повестям, поставлены многими театрами страны.
«Степень доверия» — первая историческая повесть Войновича. Она посвящена замечательной революционерке-народоволке Вере Николаевне Фигнер. Автор сосредоточивает внимание на узловых моментах в революционной биографии Фигнер и ее товарищей но борьбе: хождение в народ, разочарования, поиски нового пути, создание партии «Народная воля», участие в деятельности Исполнительного комитета, дерзкие покушения, закончившиеся цареубийством 1 марта 1881 года. В повести показаны замечательные соратники Фигнер — Александр Михайлов, Андрей Желябов, Софья Перовская и другие. Автор также знакомит читателя с общественной и литературной средой того времени, рисует видных представителей царской администрации, обывателей и жандармов.
В эту книгу вошли хиты малой прозы Владимира Войновича, а также новая повесть – «Фактор Мурзика». На самом деле это первая часть романа, который пишется автором. Уже сейчас, на основе одного эпизода, о готовящейся новинке можно сказать: «очень своевременная вещь»! В «Факторе Мурзика», как всегда, узнаваемые людские типы, точно поставленный диагноз времени и коронный смех писателя. Это повесть о том, что может случиться с нами в самом ближайшем будущем, а может, уже происходит в настоящем. Свой 85-летний юбилей Владимир Войнович встречает в блестящей форме: ему не изменили талант, зоркость, чувство юмора, способность к провидению и любви.
«Каждое утро без четверти семь на моем столе звонит будильник, напоминая мне о том, что пора вставать и идти на работу. Ни вставать, ни идти на работу я, естественно, не хочу. На дворе еще ночь, и забрызганное дождем окно едва видно на темной стене. Я дергаю шнур выключателя и несколько минут лежу при свете, испытывая первобытное желание чуточку подремать. Потом опускаю на пол ноги – сначала oдну, потом другую. С этого момента начинается медленный процесс превращения меня в современного человека…»
Схожие по жанру новинки месяца
Что делать девушке, у которой с рождения на голове растут козьи рожки? Как быть принцессе, если она на четверть коза? Коза – квартеронка? А если ей к тому же передалась мамина способность влипать в истории? Ну, конечно же, влипнуть! И не просто влипнуть, а заставить при этом вздрогнуть целые миры, а всю родню, которая включает коз, людей и драконов, побегать за собой по измерениям и от души поволноваться.//Это сиквел «Колдовского замка». Здесь читатели, которые одолели все семь частей приключений Анджелики и её друзей, встретятся с новыми персонажами. Надеюсь, они понравятся всем, кому небезынтересно читать истории с неожиданными поворотами и смешением стилей, и доставят не меньше удовольствия чем прежние, . Старые герои тоже ведь никуда не делись, и кое-кто из них появится на этих страницах. Так что, всем кому интересно – приятного чтения! Прошу помнить, что «Они» здесь, это имя собственное, с ударением на первый слог, поэтому большая «О» в имени героини выделена жирным шрифтом.
Что делать девушке, у которой с рождения на голове растут козьи рожки? Как быть принцессе, если она на четверть коза? Коза – квартеронка? А если ей к тому же передалась мамина способность влипать в истории? Ну, конечно же, влипнуть! И не просто влипнуть, а заставить при этом вздрогнуть целые миры, а всю родню, которая включает коз, людей и драконов, побегать за собой по измерениям и от души поволноваться.//Это сиквел «Колдовского замка». Здесь читатели, которые одолели все семь частей приключений Анджелики и её друзей, встретятся с новыми персонажами. Надеюсь, они понравятся всем, кому небезынтересно читать истории с неожиданными поворотами и смешением стилей, и доставят не меньше удовольствия чем прежние, . Старые герои тоже ведь никуда не делись, и кое-кто из них появится на этих страницах. Так что, всем кому интересно – приятного чтения! Прошу помнить, что «Они» здесь, это имя собственное, с ударением на первый слог, поэтому большая «О» в имени героини выделена жирным шрифтом.
— Потапов Максим Андреевич?
— К нам в больницу поступила Войнова Ирина Геннадьевна. Вы ее знаете?
Войнова, Войнова, Войнова… Кажется, так звали одну из моих бывших. И, кажется, я о ней нифига не слышал уже год. Или два?
— Мы вынуждены срочно ее госпитализировать. Приезжайте, заберите детей.
— Да, конечно… — на автомате согласившись, я не сразу въехал в вопрос. А вот когда до меня дошло…
— Погодите! Детей? Каких еще детей?!
История Потапова из "Няши-беременяши"
«Сейчас говорят о возрождении жанра рассказа, о повышении интереса к нему после долгого перерыва. Расцвет русского советского рассказа приходится на двадцатые (Бабель, Иванов, Зощенко) и затем шестидесятые (Казаков, Шукшин и др.) годы. Оперативнее прочих прозаических жанров рассказ реагирует на изменения в общественной жизни: во-первых, он попросту быстрее пишется, во-вторых, в нем труднее халтурить, выдавать желаемое за действительное, подменяя пристальный взгляд на вещи длиннотами описаний и перечнем событий. Слабость романа может маскироваться обилием материала и многословным жизнеподобием; слабость короткого рассказа нага и очевидна. Характерно, что в период культа личности, когда литературу нацеливали на лакировку действительности и пропаганду заданных установок, премий удостаивались исключительно романы…»
Роман «Прощание из ниоткуда» – произведение зрелого периода творчества известного русского прозаика, созданный в 1974 – 1981 годы, представляет собой своеобразный итог «советского периода» творчества Владимира Максимова и начало новых эстетических тенденций в его романистике. Роман автобиографичен, сила его эмоционального воздействия коренится в том, что читателю передаются личные, глубоко пережитые, выстраданные жизненные впечатления, что доказывается самоцитацией автора своих писем, статей, интервью, которые он вкладывает в уста главного героя Влада Самсонова.
Роман «Прощание из ниоткуда» – произведение зрелого периода творчества известного русского прозаика, созданный в 1974 – 1981 годы, представляет собой своеобразный итог «советского периода» творчества Владимира Максимова и начало новых эстетических тенденций в его романистике. Роман автобиографичен, сила его эмоционального воздействия коренится в том, что читателю передаются личные, глубоко пережитые, выстраданные жизненные впечатления, что доказывается самоцитацией автора своих писем, статей, интервью, которые он вкладывает в уста главного героя Влада Самсонова.