Рижский сэр на службе у русского царя
Ответ на этот вопрос простой: Рига, как ганзейский город, привлекала торговцев со всей Европы. Никаких санкций против соседних государств в те времена не вводили, поэтому бизнесом здесь было заниматься легко и выгодно, а город с каждым столетием только богател и процветал. Вот и дедушка будущего мэра, тоже Джордж, приехал сюда в 1812-м году из Шотландии, после смерти своих родителей. Приехал в качестве представителя английской экспортной фирмы Mitchel & Co, торговавшей льном. Вскоре молодой шотландец вступил в Общество Черноголовых, стал совладельцем фирмы и женился на богатой вдове Эмме фон Якоби, получив статус гражданина города.
В 1848-м году в Риге разразилась страшная эпидемия холеры, которая унесла жизни более 2 тысяч человек. В их числе были основатели рижского клана Армитстедов - Джордж и Эмма. Их старшие сыновья продолжили бизнес, основав фирму «Братья Армитстеды», которой принадлежали Рижская бумажная фабрика, паркетная фабрика, лесопильня, линия железной дороги «Динабург-Витебск», фамильный особняк на улице Марсталю, имение Риндзеле. В семье одного из этих братьев, женившегося на красавице Каролине Пихлау, и родился будущий мэр. Назвали его в честь дедушки - Джорджем. В общем, родился Джордж-младший, как говорится, с золотой ложкой во рту, став наследником богатого состояния.
Что касается англичан, то их в Риге проживало тогда немало. Доказательством тому служит тот факт, что братья Армитстеды, исполняя мечту своего покойного отца, специально для своих соотечественников – моряков и торговцев, а также для нужд собственной семьи выстроили Англиканскую церковь: свои корни Армитстеды никогда не забывали. И чужие национальные интересы уважали.
Джордж Армитстед , став мэром, изменил немецкое преимущество в рижском самоуправлении, впервые разрешив включать в состав Думы кандидатов латышского происхождения. С другой стороны, он смягчил процесс русификации, позволив в 11 школах открыть классы с немецким и латышским языком обучения. Интересы русской части города он тоже отстаивал.
Именно Армитстед вместе со своим другом генерал-губернатором Балтии Звягинцевым в 1910-м году встречал в Риге русского императора, прибывшего на торжества, посвященные 200-летию присоединения Лифляндии к России. Император, к слову, был большим англофилом. Царя настолько впечатлило преобразование в Риге, что, как вспоминает внучка мэра Мод Рэдклиф в своей книге «Балтийская история», он якобы иронически сказал мэру Армитстеду: «Рига накопила столько денег, что могла бы поделиться с другими русскими городами!».
По утверждению внучки, именно в дни своего визита в Ригу император предложил мэру повышение: пост градоначальника главного города империи – Санкт-Петербурга. Армитстед отказался. Возможно, в силу своего возраста: ему тогда исполнилось 62 года. Жить ему оставалось всего два года. Но перед отъездом из Риги император присвоил своему подданному дворянский титул и приставку «фон» перед фамилией. Немецкая приставка «фон» с английской фамилией диссонировала, поэтому Армитстед стал именоваться на английский манер сэром.
Файф-о-клок
Как жили в те времена сливки рижского общества? Мод Рэдклиф вспоминает, что фамильный особняк располагался в доме деда на улице Марсталю, 19. Там рождались многочисленные потомки шотландского переселенца, там устраивались семейные торжества, включая бракосочетания. У первого Армитстеда было шестеро детей, у его сыновей, дочерей, внуков и внучек – минимум по трое, так что в начале 20-го века рижских Армитстедов стало так много, что в их родственных связях легко запутаться.
Тем более, что всех мальчиков в каждом поколении называли одинаково: Джорджами, Джонами и Альфредами. К тому же клан Армитстедов породнился с несколькими самыми знатными балтийскими семействами, и между членами этих семейств могли заключаться браки, поэтому получалось, что мэр Армитстед, так же, как его отец, женился на девице Пихлау! Отец и мать Мод тоже были кузенами, то есть двоюродными братом и сестрой. Венчались они в доме на Марсталю, а потом переехали в свою квартиру – в дом на углу Николаевской и бульвара Престолонаследника(ныне угол Кр.Валдемара и бульвара Райниса). Окна гостиной выходили на Стрелковый сад (ныне парк Кронвальда у Дома Конгрессов).
В доме Армитстедов традиционно пили вечерний чай - файф-о-клок. Рождественские праздники отмечали по григорианскому календарю, на две недели раньше, чем вся российская империя. В дом по улице Марсталю 19 периодически захаживал великий композитор, реформатор оперного искусства Рихард Вагнер, который давал дочерям Армитстеда уроки музыки.
Детей в этой семье обучали разным языкам. Первая няня у Мод была русской, потом появилась немецкая бонна, затем наняли английскую гувернантку. На день рождения и Рождество в качестве подарка детям непременно дарили английскую книжку. Летом семья выезжала на дачу в Дубулты – самое модное и благоустроенное место курорта в те годы. Дача находилась между рекой и морем: двухэтажный деревянный дом с верандами в цветных стеклах. В саду был построен корт для игры в теннис – невиданная еще в наших краях английская игра.
Как вспоминает внучка мэра, в то время общество Риги состояло из нескольких национальных групп: немцев, латышей, евреев и русских. Между этими группами существовали границы, поэтому люди разных национальностей проживали обособленно, стараясь избегать частых встреч. Даже жили в разных частях города. Однако «моя семья английского происхождения, чьи родственники с одной стороны происходили из балтийских немцев, а с другой – из русских, находилась в уникальной ситуации, поэтому мой круг знакомств был намного шире, чем у моих друзей», - пишет Мод Рэдлив.
Между тем, существовали еще сословные и социальные границы. Мод описывает чудесные зимние дни в Стрелковом саду, который тогда был получастным, поэтому посетители должны были приобретать абонемент. Оркестр играл вальсы Штрауса, по льду скользили конькобежцы и специальные кресла с полозьями для пожилых отдыхающих. Понятно, что дети легко знакомились между собой, и у внучки мэра появлялись новые знакомые, такие же девочки с коньками за плечами, как и сама Мод. Если новая подружка ей нравилась, Мод спрашивала маму, можно ли ей пригласить девочку на чай. «Мод, дорогая, а кто ее родители? Где она живет?» - интересовалась мама. Если Мод не могла ответить на поставленные вопросы, то знакомство не могло продолжаться.
Одиннадцать лет реформ
В то же время сам мэр ездил на работу трамваем, пропагандируя новый вид транспорта, появившийся благодаря его стараниям. Тем самым он демонстрировал свою демократичность и близость к народу. А в народе Джорджа Армитстеда звали по-разному. Для латышей он был Георгом, для русских Георгием Ивановичем. Его нельзя было не уважать. По-видимому именно репутация человека делового и порядочного привела к тому, что из 70 членов рижского городского комитета за его кандидатуру, подняв белые шарики, проголосовало 67 человек. Черных шариков было только три.
Новый мэр был одним из образованнейших людей своего времени: окончил Рижский политехнический институт, получив диплом инженера. Во время учебы был одним из инициаторов создания студенческой корпорации «Балтика». Получив диплом, продолжил образование за границей -- в Цюрихе и Оксфорде, потом работал на российских строительных предприятиях. Главой города он стал накануне 700-летия Риги – в 1901-м году. Юбилей города праздновался пышно. Виды Риги были помещены не только на открытках, но на изразцах для печей – они потом украсили печь в Яунмокском замке, который выстроили для загородной резиденции градоначальника.
По мнению историков, заслуга Армитстеда заключалось в том, что за 11 лет своего правления он провел фундаментальные реформы в преддверии Первой мировой войны и таким образом сделал Ригу самым современным городом Российской империи. Конечно, добавляют исследователи, этим реформам способствовал общий подъем промышленности того времени. Кроме того, благодаря связям в Англии новый мэр сумел получить кредиты в лондонских банках для реализации многих строительных проектов.
Очень многие достопримечательности города были построены при Армитстеде: кварталы югендстиля и Межапарк, заводы по производству автомобилей и самолетов, а также театры, Зоосад и Художественный музей. Появляются больницы и школы, которые проектируют лучшие архитекторы, поэтому все они до сих пор являются украшениями Риги и памятниками архитектуры. Мэр проводит серию социальных реформ: по его приказу создается первая Народная библиотека с читальней, первая Биржа труда, коммунально-спасательная служба, проводится реформа городской пенсионной системы.
При Армитстеде активно развивалась система строительства железнодорожных путей. Грамотным и компетентным менеджером того времени показал себя архитектор Михаил Эйзенштейн, один из создателей стиля модерн. Отец реформатора советского киноискусства Сергея Эйзенштейна долгое время занимал пост руководителя департамента путей сообщения Лифляндской городской управы и поддерживал теплые отношения с градоначальником. Достаточно привести несколько примеров, чтобы проиллюстрировать результат их совместной деятельности. Было организовано железнодорожное сообщение с главными городами Российской империи: Москва, Санкт-Петербург, Варшава, Вильно. В те времена сообщение по железной дороге в Лифляндии находилось на высокой ступени развития — можно было напрямую попасть в Берлин.
Пожалуй, только одно начинание вызвало недовольство горожан – строительство Балтэзерского водохранилища. В газетах того времени была опубликована карикатура: три миллиона золотых рублей, которые Армитстед вложил в этот проект, утекали в воду, ожившая статуя Роланда снимала шляпу перед мэром, а русалки из Верманского парка надевали венок на его голову. Армитстеда критика не остановила: его дедушка с бабушкой погибли от эпидемии холеры, из-за низкого качества воды в Даугаве в городе то и дело вспыхивали эпидемии брюшного тифа. Поэтому он велел бурить скважину в Балтэзерсе, чтобы обеспечить дома рижан питьевой водой и канализационной системой. Да, чистая вода оказалась «золотой», но с эпидемиями в Риге было покончено.
Увековечили через 100 лет
Выполнить эту задачу удалось только в наши дни. В Риге у становили два памятника знаменитому мэру. В 2006 году рижский предприниматель и меценат Евгений Гомберг установил бронзовую фигуру мэра с супругой и с собакой в сквере возле театра Оперы. На открытии присутствовала королева Великобритании Елизавета II, а английский текст на мемориальной доске утверждался в Букингемском дворце. На церемонию были приглашены и потомки мэра. Второй памятник легендарному градоначальнику – в виде бюста -- находится на улице Стрелниеку возле здания рижского отделения Стокгольмской школы экономики.
Как пишет в своей книжке внучка Армитстеда Мод, дедушка наказал своим детям после его кончины оставить Российскую империю и вернуться в Англию, чтобы воспитать своих потомков истинными англичанами. Однако на то, чтобы уладить имущественные дела и, в частности, продать усадьбу Риндзеле, потребовалось почти три года.
После начала Первой мировой войны несколько кузенов и дядюшек Мод отправились на фронт. Семья Мод покинула Ригу за пару недель перед приходом немецких войск. Уехали не все. В Риге осталась бабушка, которую родственники переселили из особняка на Марсталю в более комфортабельную квартиру на улице Базницас. Она осталась в городе даже в 1918-м, когда к Риге подходила Красная армия и всех подданных Британии эвакуировали на английском корабле «Принцесса Маргарита».
Во время красного террора был расстрелян в Бикерниекском лесу молодой дядюшка Мод - Джон Сесилий Армитстед: «за участие двух его братьев в немецком Балтийском ландесвере и за то, что его отец занимал руководящий пост». Бабушка, зная, что ее имя тоже есть в списке, скрывалась в клинике доктора Бергхольца, пока большевики не покинули город. Один из племянников сэра Армитстеда, как пишут историки, пытался спасти из екатеринбургского заточения царскую семью.
Сам Джордж Армитстед похоронен на так называемом Большом кладбище в самом центре Риги, между улицами Сенчу и Клияну. Сейчас в этом месте разбит парк, но памятник мэру виден издалека. Можно смело сказать, что Джордж Армитстед сделал из провинциального периферийного города, каким Рига была в конце 19 века, по-настоящему европейский промышленный и культурный центр.