История скинхеда ⁠ ⁠

Сказки про защитников от "нерусских" рассказывать не надо. Скины - это те же урлогопники, разницы нет никакой. Вот вам, любителям хуеголовых, зарисовка.

Позавчера иду гулять со своей лайкой в лесопарк Кусково. На входе в подземный переход (платформа Плющево), прямо посередине лестницы, стоит здоровый упырь, как раз из говноарийцев. Люди щемятся мимо него, спускаются по скату для колясок и тд. Большинство щемящихся в переход мимо говноарийца - русские бабушки с детьми и моськами, дедушки-физкультурники, кладмены и прочий свободный от работы люд. Упырь стоит ровно посередине, обойти его непросто, поскольку он то ли жирный как бегемот, то ли здоровый.

Подхожу к упырю-говноарийцу, говорю "хули ты тут растопырился, людям пройти мешаешь, бабки вон с детьми, деды всякие, подвинулся бы что ли. " Этот бабуин чуточку сдвинулся и бурчит "чё, самый борзый что ли, с собакой?" Ну, тут два варианта развития ситуации: привязать собаку к поручням на платформе и ёбнуть упыря в кадык, чтобы он улетел вниз в переход или спуститься вниз, дойти до парка и вызвать росгвардейдец. Первый вариант плох, поскольку упырь меня больше раза в два, по переходу идут люди, поднимаются по лестнице, свидетели скажут, что я инициировал конфликт, мне с собакой гулять надо - короче вариант "в кадык" не канает. Второй вариант плох тем, что упырь явно ждёт электрички, пока мусора отдуплятся и приедут - его уже и след простыл.

Короче, пошёл я дальше с собакой. Спускаюсь в переход, а там стоит кучка гастеров-киргизов. Они меня спрашивают "этот больной ещё там стоит?", говорю " стоит, вызывайте наряд, я буду свидетелем", гастеры как-то поникли и побрели обратно на параллельную платформу. Ну чё тут ещё скажешь.

Короче, не надо тут ратовать за хуеголовых. Защищали бы они русских - вели бы себя по-человечески хотя бы по отношению к русским, а так. хуеголовые упыри.

Лозунг скинов не актуален в виду того,что он предает память тех,кто встал плечом к плечу против общего врага не смотря на нацию мы победили так как держались вместе

аботы домой. Обычно мы их не трогаем, но раздражение растет.

Настя, 19 лет: Я – самая обычная московская студентка. Учусь на втором курсе. Будущий экономист. К сожалению или к счастью, у меня не самая обычная внешность. Мой папа – русский, а мама – якутка. Многие думают, что я родилась не в Москве. С того момента, как меня в переулке избили трое абсолютно трезвых парней, прошло уже достаточно много времени – 2,5 года. Но я до сих пор живу не так, как все обычные студенты. Пойти одной на ночную дискотеку? Никогда в жизни! Уехать на дачу на вечерней электричке? Ни за что на свете! Мне страшно, когда нас задерживают на занятиях допоздна и я вынуждена возвращаться домой после наступления темноты. Я не могу вечером спуститься в магазин за кефиром или за хлебом. Даже днем боюсь ездить куда-то без знакомых. И я стараюсь вообще не попадать в некоторые районы Москвы. Никогда в жизни не пойду без крепкого парня по Китай-городу или на Чистые пруды. Там полно бритоголовых, и они в любой момент могут напасть. В тот день, когда все случилось, я сидела на отработках в институте. Дело шло к сессии, а у меня стоял незачет по математике. Преподаватель оставила нас отвечать часов до восьми-полдевятого. Кафедра находилась в тихом месте. Дорога от универа до метро шла через жилой район. Я ничуть не волновалась, когда шла по этому маршруту после учебы. Я не торопилась, не оглядывалась по сторонам особенно пристально. Просто спокойно шагала и слушала плеер. Сложно представить: всего пару лет назад я была такой беззаботной! То, что сзади кто-то идет, я услышала, даже несмотря на громкую музыку в ушах. Это были не шаги, а прямо-таки топот. Ну, я не испугалась, темп не ускорила – мало ли, подумала, подростки какие-то гуляют. Вдруг я почувствовала, что эта компания идет прямо на меня. Парни делали вид, что не пытаются догнать меня: просто им по пути. Я обернулась, а там – несколько скинхедов в куртках с нашивками, в армейских сапогах. Это были не малолетки – ребята лет 18-20. Один из них говорит: – Гляньте: чукча! Что она тут забыла? Я опять-таки даже всерьез не восприняла эту реплику. Знаете, бывает такое состояние: что-то ужасное творится, но ты знаешь – это ну просто не может произойти именно с тобой никогда и ни при каких обстоятельствах! Это жуткая ошибка. Вдруг один из парней схватил меня: – Ты че, чукча, тут забыла? Че лезешь в чужую страну? Работу ищешь, да? Уборщицей устраиваешься? Ты знаешь, сколько тут безработных русских? – Ребят, отстаньте, я иду домой. На этой фразе я отвернулась, прибавила темп и двинулась к остановке. Но далеко уйти я не смогла: один из парней схватил меня за локоть: – Мы с тобой разговариваем – не смей уходить! Я заорала, чтобы кто-нибудь обратил на нас внимание и вступился за меня, но улица была пустой. При этом мой крик прямо растормошил парней. Они выхватили у меня сумку и заржали. От страха я стала ругаться матом и попыталась выхватить свои вещи. Конечно, если бы я до конца понимала, что происходит, я бы убежала. Но когда дошло, что нужно уносить ноги, меня уже окружили кольцом. Парни сняли с себя шарфы и завязали их на лицах, как хирургические маски. Такой жест напоминает последние приготовления палача – лишь бы жертва тебя не видела. Они били меня своими армейскими сапогами по спине и по животу. Это все сопровождалось криками «мочим чурку!». Я свернулась калачиком и закрыла лицо руками.

Последний удар пришелся на затылок. Может, и после этого что-то было – я уже не помню: потеряла сознание. Когда пришла в себя, надо мной стояла какая-то бабуля. Она пыталась подложить мне под голову свитер. Я посмотрела на свои руки – они были в крови. Я не сразу поняла, откуда это. Как оказалось позже, когда падала, я расшибла себе голову о кирпичный выступ дома. Через какое-то время возле меня начали собираться люди. Одни говорили: «Вот, посмотрите: малолетняя бомжиха!», другие спорили: «Нет, нормальная девчонка, поругалась, видать, с кем-то». Никто и подумать не мог о том, что на меня просто ни за что ни про что напали скинхеды. Когда ко мне нагнулся какой-то мужик: «Парень твой тебя избил? Скажи мне, где он!», я попыталась открыть рот, но поняла, что разговаривать не могу. Получалось только стонать. Минут сорок я так и пролежала на асфальте. Боль, которую я ощущала во всем теле, даже сложно описать. Периодически я снова и снова теряла сознание. Честное слово, все это время я думала о том, что вот-вот умру. Меня отвезли в больницу на «скорой». Не помню, что со мной делали доктора, но главное – они ввели сильное обезболивающее. От него все поплыло перед глазами, зато тело перестало ныть. Окончательно я пришла в себя на больничной койке. Приехала мама, отец был в дороге. С мамой случилась жуткая истерика. Она вся дрожала и очень долго не могла успокоиться. После пришел милиционер. Меня заставил давать показания. Самый дурацкий вопрос мне задали раз сто: «А у вас с ними был конфликт?» Милиционер отказался верить в то, что ко мне пристали на улице просто так. К моему огромному счастью, я еще легко отделалась: серьезное сотрясение мозга и многочисленные вывихи. Мне предлагали психологическую помощь, но тогда я отказалась. Сейчас понимаю, что я это зря сделала. Хочу теперь найти себе нормального психолога. Не могу так больше. Уже два года живу с непроходящими страхами. Тех уродов так и не поймали. Мы с мамой несколько раз ходили на опознание, но я так никого и не вычислила. Меня ведь били люди с закрытыми лицами. А нашивки у всех одинаковые. Мое дело до сих пор открыто – валяется где-то в прокуратуре, но с места не движется. Может, следующая жертва – а я уверена, она будет, – сможет что-то внятно объяснить в милиции? И ведь я ничего плохого никому не сделала. Я не виновата в том, что у меня неславянская внешность! Как можно за такое бить человека, как? Многие думают, что скинхеды – это такой городской миф. Мол, это байки, якобы мы живем в цивилизованной стране. А еще кто-то считает, что если скинхеды и существуют, то у них драки случаются исключительно между собой. Но нет. Я – живое доказательство того, что среди нас есть отморозки, которые не боятся бить хрупкую, ни в чем не повинную девушку просто так – за разрез глаз или цвет кожи. Ну что ж, Бог им судья.

ФАКТЫ На данный момент в России зарегистрировано более 150 радикальных неонацистских группировок.В последние годы в РФ наблюдается всплеск преступлений, совершенных по причине этнической нетерпимости.По данным на ноябрь, в 2010 году, согласно одной только официальной статистике центра «Сова», в результате расистских нападений было убито 23 человека, избит и ранен 231 человек, из них 9 убитых и 46 избитых и раненых – выходцы из Центральной Азии. При этом в 2010 году вынесено 63 обвинительных приговора, учитывающих мотив ненависти. Осуждены 215 человек, из них 75 – осуждены условно или освобождены от наказания.В нашей стране проживают представители более чем 160 национальностей. По сути, фраза «Россия для русских» лишена всякой логики и смысла.