Почему жители алтайского села взбунтовались против местного фермера

Несколько десятков жителей алтайского села Таскаево из Тальменского района узнали , что являются членами фермерского хозяйства , через много лет после его создания. Восьмой год они пытаются вернуть свою землю. Нынешним летом был новый виток разбирательств: в июле они написали письмо губернатору , в августе в их жалобе разбиралась краевая прокуратура. Сам же фермер комментирует их действия недобрыми словами.

«Это что за односельчане? Тунеядцы все эти? — отзывается глава КФХ Михаил Манаков на мой вопрос , что он думает по поводу жалоб односельчан. — Врут они все. Они члены крестьянского хозяйства , и за 17 лет ни разу на поле не работали. Восемь лет по судам меня таскали , все правды искали. Вот сейчас вам будут надоедать».

Юрий Ткачев , житель села Таскаево, — из тех , кого глава КФХ называет тунеядцами. В Таскаево он переехал в 1992 году , и с тех пор ни выходных , ни отпусков. «Хорошо иметь домик в деревне», — вворачивает по этому поводу шутку еще один «тунеядец» Николай Жариков.

Шутки шутками , а мои собеседники из села Таскаево рассказывают историю совсем не смешную. 16 лет назад фермер включил в состав КФХ 54 жителей за их спиной. В том числе моих собеседников.

Манаков , когда организовывал крестьянское хозяйство , попросил , чтоб мы взяли паи в совхозе и сдали ему в аренду. Через восемь-девять лет только я узнал , что я — член крестьянского хозяйства.

Разбираться эти «фермеры поневоле» начали где-то в середине 2000-х , когда глава КФХ перестал выдавать то , что обещал за аренду паев: зерно ( плюс вспашка огородов). То есть спустя несколько лет после создания хозяйства. Только не говорите , что люди сами виноваты: на руках у них были договора аренды. Как бумаге-то не верить?

Позже , уже на суде , фермер будет настаивать на том , что членами КФХ они стали по доброй воле , а договор аренды он заключил для их же спокойствия. Рискну предположить: куда больше он сделал бы для их спокойствия , если б заключил соглашение о распределении доходов в зависимости от участия в его работе и вклада. Такой документ члены КФХ составлять обязаны , пояснила ученый-аграрник Альбина Колобова ( см. Комментарий). Но сделать это он отказывается и сегодня.

Впрочем , о спокойствии речи не шло уже где-то к 2004−2005 году. Ситуация казалась совсем уж несправедливой. Ведь в первое время , говорят мои собеседники , большую часть надела глава КФХ Михаил Манаков сам в аренду сдавал — жил на эту ренту и развивался. Своими силами обрабатывал гектаров 30 , не больше. И только потом поднялся , купил технику и теперь пашет и сеет на бОльшей части земли.

Так или иначе , один из владельцев паев пожаловался на фермера в прокуратуру. Там и огорошили: так вы же сами члены крестьянского хозяйства , чего жалуетесь-то?

Залезли в бумаги — и волосы дыбом: протокол собрания членов КФХ , по которому хозяйство зарегистрировали , поддельный. Соглашение о передаче в КФХ паев фальшивое — люди ставили подписи совсем под другим документом. Впрочем , сам глава КФХ в разговоре с altapress.ru это отрицает: «Какие подделки»?! Однако к выводу , что 54 человека не ставили подписи под документами о создании КФХ , пришла и милиция.

Но ни забрать свой пай , ни договориться с главой КФХ о распределении доходов так и не смогли , сколько ни судятся. А тем временем Манаков заявляет тем , кто ищет правду в судах и полиции: зерна не получите! Он подтверждает это и в беседе со altapress.ru.

Всем , кроме них , выплачу по тонне.

«Как же так , Михаил Григорьевич , это ведь и их земля?» — спрашиваю я фермера.

Земля эта сейчас является не моей и не ихней , это земля крестьянского хозяйства. Понимаете? И есть глава КХ , который распоряжается без доверенности.

Многие из моих собеседников не просто односельчане — родные главе КФХ люди. Но только родные по крови. А по жизни — почти враги.

Нет , единомышленниками они были когда-то. 1990-е годы прошлись по селу , словно трактором по засеянному полю. Все , что хорошего было в прежней жизни , запахали. А нового не взрастили еще. ЗАО «Тальменское», в котором работали многие из моих собеседников , в те годы считалось лучшим в районе. Только вот зарплату платили , когда «хозяин» пожелает — директор то есть.

Механизатор «Тальменского» Михаил Манаков жил в те годы , как все. И как все , выпрашивал зарплату. Но однажды его родственник из Барнаула Вадим Карпов ( его жена из Таскаево , и у них там дом) подсунул ему закон «Об акционерных обществах».

Я тогда искренне хотел помочь человеку.

Манаков прочитал и понял: это ж мы , акционеры , здесь хозяева. А живем , как рабы у «тяти» ( так односельчане называли тогдашнего директора хозяйства). «Я понял: пора перестать быть рабами и становиться хозяевами», — говорил он в 2000 году «Свободному курсу».

Набралось у него почти 60 сторонников. Все они решили забрать паи ( по 7,7 гектаров), директор отдавать не хотел — помнится , в районе эта история наделала шуму… Бунтовщиков в конце концов отпустили на все четыре стороны.

И вот в 2001 году четверо бывших работников «Тальменского» создали КФХ , Манакова избрали главой — все сначала было по-честному. Остальные же , как предполагалось , сдадут паи ему в аренду. Надел у фермера сложился не то чтобы крупный , но и не микроскопический: 408 га.

И только семь лет спустя выяснилось: в том же 2001 году , буквально через месяц , Манаков пришел в администрацию с новым протоколом — будто бы еще 54 односельчанина решили стать членами КФХ. В администрации подписали новое постановление о создании КФХ.

Так земельные паи всех 58 членов КФХ перешли в общую совместную собственность КФХ , и Манаков это право за хозяйством зарегистрировал. Первые годы , рассказывают оппоненты фермера , он за владельцев паев сам платил налоги. А сейчас налог платят они ( около 500 рублей). А доходы получает глава КФХ. Как в сказке: кому вершки , а кому корешки.

Когда всплыла эта история , добрососедские отношения между односельчанами испарились. Одно дело — земля в аренде. Ее и забрать можно. Совсем другое -в совместной собственности… Кто-то смирился , конечно. Но не мои собеседники. Спрашиваю их: как так , он ведь в конце 1990-х с самоуправством директора боролся , а теперь , получается , и сам таким стал? Плечами пожимают: вроде нормальный был мужик.

А с 2009 года они с ним судятся. Вел бы себя по-человечески , делился бы , наверняка и они стерпели бы. Кому охота с бумагами по судам и прокуратурам бегать?

В 2010 году суд признал: соглашение о передаче паев в КФХ недействительное. Право общей совместной собственности суд прекратил. Краевой суд дал разъяснение: членами КФХ эти люди НЕ являются. Казалось бы , все. Точка. Конфликт исчерпан.

Но Михаил Манаков все так же распоряжается всеми 408 гектарами , и , как прежде , сам решает , кому платить за паи , а кому нет. Почему? Потому что суд не нашел оснований отменить постановление районных властей о создании КФХ: в администрации же не могли знать , что фермер что-то там нарушил в ходе проведения собраний.

Совместная собственность крестьянского хозяйства — тоже интересная штука. По закону , рассказывает Вадим Карпов , члены КФХ не вправе забрать паи в натуре. Могут только денежную компенсацию получить.

И глава КФХ Михаил Манаков объясняет altapress.ru: раз постановление о регистрации КФХ никто не отменил , значит , они члены КФХ. И вы или уходите и берите денежную компенсацию за пай. Или работайте в хозяйстве.

Фермер говорит: раз эти люди не работают в КФХ ( «тунедядцы»), значит , ничего получать за свои паи не должны.

В законе четко прописано , что член крестьянского хозяйства имеет право на часть дохода при его личном участии. Я им сколько раз говорил: я никому не запрещаю работать. Вот рядышком со мной , на трактор , на комбайн , и вперед — пыль глотать. Никто не хочет.

Однако в первые годы после создания хозяйства его оппоненты на земле трудились , рассказывают они, — это было , когда часть земли зарастала бурьяном. Валерий Раков говорит , что они тогда арендовали трактора. Юрий Ткачев вспоминает: подсеивали траву на корм скоту , пока Манаков не передал землю арендатору.

Глава КФХ со своей стороны утверждает , что у него и сейчас есть свободная земля — работайте , кто мешает.

116 гектар стоит , бурьяном заросло. Я нынче эксперимент поставил — не стал эту клетку обрабатывать. Думаю , может кто-то зайдет. Никто из них не зашел. Земля дается для того , чтобы на ней работать , а не в игрушки играть!

Вадим Карпов , когда я его про эти 116 га спросила , возмутился: зачем так обманывать? Эту землю фермер сдал в аренду , арендатор посеял , но не убрал гречиху , эта земля не свободная.

Возможно , если бы власти района вмешались бы в ситуацию восемь лет назад , она не зашла бы в тот тупик , в котором она сейчас пребывает. По решению суда они не члены КФХ. По факту — члены КФХ: постановление-то о его создании действует. На руках у них свидетельства на земельную долю. Но распоряжаться они землей не могут , потому что теперь она в общей собственности. И все решает глава КФХ , за избрание которого ни один из 54 человек не голосовал.

Попытались они добиться возбуждения уголовного дела. В полиции , хоть и признали , что создано хозяйство по поддельным документам , отказали: истек срок давности ( документ есть в редакции). В конце июля уже 2017 года люди обратились с письмом к губернатору. Краевая прокуратура их поддержала , постановления об отказе в возбуждении дела , вынесенные местной полицией , были ею дважды отменены.

Фермер же считает себя правым и идти навстречу не собирается. Он утверждает , что в селе у этих людей сейчас мало сторонников. И ничего они своими жалобами и судами не добьются.

Восемь лет они Манакова делают , делают , этого колхозника , и не могут никак сделать.

В адрес своих оппонентов он бросает обвинения в рейдерском захвате , в том , что они на земле хотят не работать , а обогащаться ( хотя сам часть земли сдавал в аренду и тоже , наверное , не в ущерб себе). Он утверждает , что всех баламутит Карпов , и без него все давно было бы тихо и мирно , все получали бы по тонне зерна за пай…

В общем , предлагает за тонну зерна смириться и помалкивать. Но его бывшие единомышленники говорят , что и дальше будут добиваться возвращения земли. Возможности мирного урегулирования , по их мнению , за эти годы исчерпаны.

Члены КФХ могут не работать в хозяйстве. Это в кооперативе они обязаны работать , и если не работают — все , с ними отношений нет никаких. А в КФХ они могут внести свой земельный участок и по договору за него получать. Но между ними должен быть заключен договор с условиями , сколько он должен оплачивать: 20% урожая или , скажем , 10%, в натуре или в денежной форме. Обычно минимум — на уровне сбербанковского процента: урожай оценивается в денежной форме , и как если бы эти деньги лежали на вкладе в Сбербанке.