Татьяна Васильева: «Внуки возвращают меня к жизни»

Признанная королева антрепризы обычно держит прессу на расстоянии и сразу пресекает излишнее любопытство. Но на вопросы нашего корреспондента актриса Татьяна Васильева отвечала с истинно королевским достоинством и прямотой.

– Сегодня перед спектаклем за кулисами такая суматоха. Вам это не мешает?

– Ну, если бы я играла греческую трагедию, наверное, помешало бы. Я никого не напрягаю: дескать, мне нужно готовиться к спектаклю, у меня тяжелая роль… И очень не люблю, когда начинаются все эти актерские представления.

– А минута тишины, час тишины.

– Боже упаси! Актер должен уметь собраться в любую минуту. Я могу собраться где угодно, потребуется – и в метро.

– Вы признанная звезда антрепризы – любой спектакль с вашим участием собирает зрителей. По каким критериям вы выбираете проекты?

– Прежде всего мне должна нравиться роль, во-вторых, пьеса, в-третьих, режиссер, в-четвертых – партнеры…

– А что вы мечтаете сыграть?

– Я столько всего сыграла, что мечтать просто стыдно. Но есть роль, которую я играла бы всю жизнь – Раневскую в «Вишневом саде». Это был очень хороший спектакль, который, к сожалению, быстро сошел. Он не для проката, в тур от Барнаула до Камчатки не повезешь.

– Хотя на вас пришли бы и в Барнауле, и на Камчатке…

– Скорее всего. Но тогда и ставить надо было бы иначе… Например, я с удовольствием сделала бы этот спектакль с Романом Виктюком. Уверена, получилось бы интересно.

– 20 декабря в Концертном зале у Финляндского состоится ваш творческий вечер. Каков формат этой встречи?

– Такие вечера всегда разные. Я пока не знаю, о чем буду говорить. Никогда не начинаю и не заканчиваю одинаково… Знаю точно, что будет очень много видео – серьезная подборка, половины я сама уже не помню.

– В спектаклях вы часто играете со Станиславом Садальским, которого называете другом. Но по отношению к вам он не всегда вел себя достойно. Что должно произойти, чтобы вы вычеркнули человека из списка друзей?

– Я понимаю дружбу так, как понимают ее немногие. И мало кто может соответствовать. Я душу отдам, но и человек тоже должен отдавать. Люди, как правило, к этому не готовы. А я не хочу требовать от них невозможного, поэтому от многих так называемых подруг отказалась.

– А от Станислава Юрьевича вы что-то получаете взамен?

– Очень много. Он дает ощущение праздника жизни. Если меня что-то беспокоит или я нервничаю, Стас в двух словах разложит эту ситуацию. Но он совершенно бешеный – с ним нужно уметь общаться. С другой стороны, это очень преданный и надежный человек, очень талантливый актер.

– Талантлив человек или нет – для вас это в личном общении важно?

– Очень. Хотя бы в чем-то должен быть талант. А иначе мне неинтересно. Я, конечно, беру таких людей под свою опеку, но это становится мне в тягость, когда они садятся на шею, ничего не хотят делать и все время ждут чего-то от меня.

– Опекать людей – ваша потребность?

– Да. Мне необходимо любить и отдавать себя. Но когда я вижу, что люблю то, чего нет, тогда, конечно, отхожу в сторону.

– Вы ведь помогаете и своим детям, которые выбрали актерскую стезю…

– Ну, только сыну Филиппу.

– Дочь Лиза воздержалась?

– Да, слава богу! Как не помогать детям чем можно? У меня всегда включен телефон, я стараюсь быть в курсе. Пока я существую, все равно буду их опекать.

– Дети принимают опеку с удовольствием?

– Когда как… Зависит от того, совпадают ли наши мнения. С дочкой проще. Сын же отстаивает свою точку зрения до последнего.

– Ему удается настоять на своем?

– Нет. Я говорю: «Сынок, что-то ты уже знаешь лучше, чем я. Поступай, как считаешь нужным». Ровно через пять минут слышу: «Знаешь, ты была права. »

– А с внуками отношения складываются иначе, чем с детьми?

– Конечно, ничего общего. Я еще раз переживаю то, что испытала, когда мои дети были маленькими, только более остро. Знаете, настроение бывает разное, а внуки – это то, что возвращает меня к жизни. Для меня это огромный стимул – работать еще больше, чтобы и внукам перепало.

Чудотворца». Все актерские работы просто блестящие. Нет ничего, за что было бы неловко: очень органично, очень мягко и завораживающе. Все молодцы, и браво режиссеру! Хорош и сериал «Дом с лилиями».

– А своей работой в «Закрытой школе» вы довольны?

– Нет. Я так устала, что не было сил спорить с режиссером. Это конвейер. Неважно, как ты играешь: раз заявлен таким персонажем, вот таким и ходи до конца. Нельзя ничего себе позволить, сыграть так, чтобы хоть для себя сделать роль более интересной. Это никому не нужно.

– А как вы оцениваете свою роль Фаины Раневской в биографической ленте «Звезда эпохи»?

– Я ее сыграла на свой стыд и позор. Боже упаси, чтобы я когда-нибудь еще согласилась на такое! Нельзя сыграть гениальную актрису. Там требовалось другое решение. Возможно, мой взгляд на эту актрису или взгляд режиссера, но только не играть ее саму. Поскольку ко мне прицепилось название «Раневская наших дней», меня и понесло. Это было ужасно. Больше никогда, да простит меня Фаина Георгиевна!

Спасибо, что живой». Зачем этот силикон хорошему актеру? Безруков сыграл бы гораздо интереснее, это был бы его взгляд на Высоцкого. А в силиконе он ничего играть не мог. И вообще, снимать про беду гениального актера, поэта – это что, искусство?

– Вас не раздражает зависимость актерской профессии?

– А я уже независима. Я ушла из системы под названием «театр», в которой актер несвободен.