Ребята, кошелек отдайте! (Деканатская четвертая)

На работу, как на праздник. Коллектив отличный, жизнь в институте кипит. Каждый день что-то новое. По выходу из декрета, меня встретила обновленная деканатская команда. Другой декан и зам по учебной работе. Это оказались очень милые, простые и приятные в общении женщины. Декан – Ирэна Борисовна и ее заместитель – Людмила Викторовна. Не смотря на мою с ними восемнадцатилетнюю разницу в возрасте, отношения сложились дружеские. Кстати, до сих пор их поддерживаем. Правда, с Борисовной сложнее – она давно в Москве.

В холодное время года в деканате был «дубак». Самый верхний этаж, помещение угловое, стены холодные… И в отличие от других сотрудниц института, щеголявших в туфельках и легких нарядах, мы кутались в толстые теплые кофты и сапоги не снимали.

Однажды, мои начальницы положили масляный обогреватель на пол плашмя, между двумя столами и поставили на него ноги. Чтобы сапоги прогрелись… Так и расплавили подошву. А чем это пахнет? Ноги поднимают, а подошва, как ириска тянется! Повеселились тогда.

Девочки, ну что вы расстраиваетесь?! Вы же законсервировались в этой вечной мерзлоте и не постареете! Подозреваю, что правы оказались наши преподаватели…

Утро часто начиналось с совместного чаепития и рассказов, кому что приснилось и что было вчера. У Людмилы Викторовны был сонник. Он отличался от всех остальных сонников тем, что предоставлял возможность выбора. Из множества вариантов, пошагово, до деталей, находишь конкретный свой, а не приблизительный вариант. Довольно занимательно, надо сказать. Почему-то именно ему хотелось верить. Он хранился в сейфе, вместе с важными документами и был наречен Справочником. В общем, комфортно было.

В один такой зимний денек, после работы, пошли мы с Ирэной Борисовной на остановку. В те времена, 90-е, просто-таки расплодилось множество ларьков по продаже всего и вся. Народ вокруг них - остановка как-никак. Пока ждешь транспорт, почему не глянуть, что продают? Вокруг этой остановки, на расстоянии шести-семи метров друг от друга, находилось четыре таких торговых точки.

В одной из них продавали косметику. Борисовна, из праздного любопытства осмотрела витрину, сунула руку в карман пальто, округлила свои и без того большие глаза и сообщила, что у нее украли кошелек.

- Ирэна Борисовна, а может вы его в сумке оставили? - Нет! Я сегодня пешком шла на работу, сумку дома оставила, а кошелек положила в карман… - Ну, может, вы его хотели взять и не взяли или в деканате забыли? - Да нет же. Я его и не вынимала, когда утром пришла!

На остановке, невооруженным взглядом можно было лицезреть карманников. Они там всегда тусовались. Некоторых даже в лицо запоминаешь, если каждый день «на том же месте, в тот же час». Пацаны, лет по четырнадцать-восемнадцать. Одни выходят из автобуса, другие тут же садятся. А еще несколько щипачей, разыгрывают из себя покупателей, около этих киосков – у них там «рабочее место».

Я и говорю: «А вон они, стоят красавцы, которые у вас кошелек отработали! Заметили вашу суету и наблюдают, что делать будете». Прикол в том, что трое из «карманОв» стояли от нас в нескольких метрах, и действительно смотрели в нашу сторону! Тут происходит неожиданное. Борисовна, разворачивается от меня на сто восемьдесят градусов и прямиком к этой троице! - Ребята, верните кошелек, пожалуйста! Там и денег то особо нет, тридцать рублей… Кошелек жалко, хоть и не новый, но удобный… Глядя в эти большие, несчастные, полные растерянности, обиды и надежды глаза, невозможно было отказать! Невозможно отказать, даже, если ты этого не делал!

Дальнейшее вообще происходило из ряда вон.

- Тетенька, а мы у вас не брали! Честно!

Блин, они даже не отказывались от своей «профессии»!

- Ребята, пожалуйста… Ну вы же его все равно выбросите. Он старый. Вам не нужен. А денег мне не жалко… мне кошелек жалко….

Видимо искренность и непосредственность этой невысокой женщины, настолько их покорили, что простое человеческое сочувствие, не просто осталось сочувствием, оно пробудило Робин Гудов!

- Постойте здесь. Не уходите. Мы сейчас!

Я стояла, наблюдала все это со стороны и офигевала!

Троица обежала все ларьки, опрашивая своих «коллег», показывая на несчастную. Этакое внеочередное собрание «рабочего коллектива». Те крутили головами – дескать «нет, не мы». После обхода, активисты вернулись и с чистой совестью доложили:

- Наши точно у вас ничего не брали! Отвечаем. Вспоминайте, где были сегодня? На чем ездили?

И лица, главное, такие участливые! Прям неподдельно сочувствующие.

- Да….? Ну ладно…. Спасибо, ребята…

Думаю, она им все-таки не поверила до конца. На том и расстались. Через полчаса, когда я пришла домой, звонит телефон. Снимаю трубу:

- Оля, а кошелек то дома, на холодильнике лежит! Ну я ведь четко помню, как в карман его положила. И заливается своим заразительным смехом! Ну это как.