Бананы в тайге или сибирская язва

Глобальное потепление существует, и оно не делает наш холодный климат лучше. Вместо расширения распашки и сибирских субтропиков нас ждут забытые болезни, ураганы и коллапс инфраструктуры.

• ТекстАнгелина Давыдова
• Фото и иллюстрации Ника Кобаидзе
• 15 мая, 2018

Проблема климатических изменений на протяжении последних лет вызывала в России как минимум недоверие и как максимум усмешку. Глобальное потепление называлось международным заговором, считалось, что оно принесет возможность выращивать бананы в тайге, одновременно позволив забыть про шубы и шапки.

И тут глобальное изменение климата стало вполне локальным и ощутимым даже для скептиков. Неожиданно сильные и смертоносные ураганы в Москве, почти ежегодные наводнения и паводки на Дальнем Востоке, Алтае и на юге Сибири, непрекращающиеся лесные пожары в разных регионах страны, распространение лесных вредителей и опасных для человека насекомых, таяние вечной мерзлоты, угрозы появления заболеваний, некогда считавшихся искорененными (например, сибирской язвы) — все эти процессы должны заставить нас изменить свое мнение, пока не поздно.

Специально для Coda директор Бюро экологической информации, экологический журналист, наблюдатель переговоров ООН в области изменения климата с 2008, преподаватель СПБГУ и ИТМО, главный редактор журнала «Экология и право» Ангелина Давыдова разобралась в основных климатических угрозах для России, изучив научные доклады и поговорив с исследователями. В результате у нас появился список из пяти ключевых рисков, возникающих в результате изменения климата.

Число опасных погодных явлений растет, говорят в Росгидромете. За последние 25 лет число штормов, ураганов, наводнений и ливней удвоилось, они все чаще наносят экономический ущерб или даже приводят к человеческим жертвам. Тут уместно вспомнить два недавних урагана в Москве. Большинство исследователей прогнозирует дальнейшее увеличение числа и интенсивности опасных погодных явлений, так что, скорее всего, к новой реальности придется привыкнуть и приспособиться. «В целом точность прогноза растет», — говорит старший научный сотрудник Института физики атмосферы им. А. М. Обухова Александр Чернокульский, — «но опасные погодные явления прогнозировать труднее, чем „умеренную“ погоду». «Бояться не надо, но надо быть готовым», — считает исследователь.

Радикальных прогнозов (например, что некоторые города или районы может буквально сдуть) пока нет, но важно понимать, что наука и не оперирует «картинами катастрофы», скорее, говоря о вероятностях рисков. Так как подобные явления наносят наибольший ущерб на урбанизированных территориях (в том числе из-за разрушения и неполадок работы жилой, коммунальной, транспортной и энергетической инфраструктур), исследователи считают, что важно проводить необходимую политику. Нужно менять градостроительные нормы с учетом, например, учащения сильных ливней и штормов, повышать уровень знаний у граждан — что и как делать в случае сильного ветра, что считать сильным ветром и чего надо бояться или нет. По оценкам ученых из РАНХиГС и МГУ, негативным последствиям опасных погодных явлений, возникающих в результате климатических изменений, подвержены не менее 10 миллионов человек.

Исследователи, в частности, проанализировали степень информированности и потенциальную реакцию жителей одного из самых уязвимых к последствиям изменения климата районов Краснодарского края — Славянского муниципального образования Крымского района (город Славянск-на-Кубани), большая часть территории которого расположена на высоте двух метров от уровня моря.

«Почти 70% населения не понимают, где находятся пути эвакуации, 14% откровенно заявляют, что будут игнорировать систему оповещения, а 9% — не будут предпринимать никаких усилий».

В разговоре об опасности наводнений нельзя не упомянуть Санкт-Петербург. Несмотря на то, что центральная часть города защищена дамбой (комплексом защитных сооружений), районы города «за дамбой» подвергаются все более агрессивному разрушению берегов от преимущественно зимних штормов, которые теперь не смягчаются льдом. В ряде районов, расположенных вне пределов дамбы (например, в Курортном районе) берега отступают со скоростью 20-50 см в год, рассказывают во Всероссийском научно-исследовательском геологическом институте имени А. П. Карпинского. Наиболее сильные волны, ударяясь о дамбу, «отражаются», падая на Северное побережье Финского залива. В результате ученые предупреждают, что, если высота волн превысит 3–4 метра, может быть затоплена территория до 800 метров вглубь суши в районе Сестрорецка. Наконец, еще одна угроза — это риск «внутреннего» подъема воды в условиях закрытой дамбы. Как говорит Артем Павловский из НИИ Генплана Санкт-Петербурга, в текущей ситуации дамбу можно закрывать максимум на два дня — однако планы создания намывов и искусственных островов существенном образом сокращают площадь Невской губы (и потенциального бассейна для накопления воды из Ладожского озера, идущей по Неве). Сейчас в Санкт-Петербурге уже «намыли» около 400 га территории, в планах — еще 800 га. Чиновники Смольного уже запросили экспертов сделать оценку площади потенциально возможной намывной территории, с тем, чтобы город не смыло.

Важное негативное последствие изменения климата для России — это таяние вечной мерзлоты. Специалисты, работающие в отрасли, даже перестали использовать термин «вечная»: теперь принято говорить «многолетняя». Большинство российских и международных исследований подтверждают процессы деградации мерзлоты, а также снижения ее «несущей способности» (что крайне важно для всей жилой, транспортной и энергетической инфраструктуры, построенной в регионах мерзлоты). Еще одно негативное последствие — повышение недоступности регионов, говорит Александр Чернокульский:

«Реки просто не будут замерзать, или лед будет таять не в апреле, а например, в марте, что приведет к существенному уменьшению продолжительности действия дорог-зимников».

По подсчетам заведующего отделом исследований изменения климата Государственного гидрологического института Олега Анисимова, с начала 1970 годов несущая способность вечной мерзлоты снизилась в среднем на 17%, а в некоторых местах — на 45%. Тающая вечная мерзлота может приводить к деформации зданий (большинство из которых было построено без учета воздействия изменения климата), а также разрушению трубопроводов. «Около 80% зданий в Воркуте, 55% — в Дудинке, 60% домов в Чите и 22% — в Тикси уже подвержены последствиям климатических изменений», говорится в исследовании.

Таяние мерзлоты несет с собой целый ряд дополнительных угроз. Среди них — возникновение так называемых «метановых дыр», в частности, на Ямале — этот феномен не покидает страниц международных СМИ, несмотря на то, что причины и процессы их возникновения пока относительно мало изучены.