Эмин Агаларов — настоящий мужчина

Мы задумали этот проект исходя из опыта строительства «Крокус Сити Молл» и тех знаний, которые мы почерпнули за годы, проведенные в Америке. Мы сразу решили, что комплекс должен быть очень большим. Не для того, чтобы поражать размерами, а чтобы вместить в себя все мировые бренды соответствующего класса. Когда мы начали проектировать Vegas, поняли, что недостаточно просто нарезать коридоры и раскидать по ним магазины. При таких масштабах человеку будет просто неинтересно ходить по одинаковым помещениям. Тогда мы придумали тематические зоны. Основная улица – это «Фэшн-авеню». Она сделана по принципу классического торгового центра. Бренды, которые там находятся, хотят, чтобы их фасады были легко узнаваемы, поэтому выбрали нейтральный светлый, теплый интерьер. А в других зонах мы ушли от этого. «Гинза» – это небоскребы, цветовые шоу, звездное небо и диджеи. «Базар» – это восточные сладости, кальяны, чай, факиры. Нам было важно, чтобы человек в большом пространстве чувствовал себя уютно. Ведь обычно большие торговые центры очень грязные и такие. торговые. Мы пошли другим путем – в некоторых коридорах у нас ковровые покрытия, светлая замшевая мебель. А вместо традиционной парковки перед входом – озеро.

Как раз сегодня это обсуждали. Думаю, к следующему лету появятся и лебеди, и лодки.

Домашний уют – это прекрасно. А как насчет консьюмеризма, создания общества потребления, вы же это так или иначе поощряете?

По сравнению с другими столицами вроде Лондона или Нью-Йорка в Москве по-прежнему нехватка торговых площадей на душу населения. И наша позиция очень проста: не хватает – значит, надо строить. И потом, даже те площади, которые есть сейчас, не соответствуют статусу «современный торговый центр». Появившиеся в 90-2000-х павильоны с нарезанными ячейками не совсем та торговая площадь, которая нужна городу. А качественные торговые центры можно пересчитать по пальцам одной, максимум двух рук. Vegas даже не добавляет количество квадратных метров, а компенсирует то, что не соответствует уровню. Главный показатель, что мы идем верной дорогой, – это то, что он был одним из тридцати торговых центров, которые строились в кризис. Но единственным, который открылся в его разгар и со стопроцентной заполняемостью. Я веду не к тому, что мы крутые ребята, которым все по плечу, а к тому, что арендаторы верят в успех этого проекта. Их ведь нельзя заставить открыться просто ради того, чтобы открыться, у них цель одна – зарабатывать. И сегодня у нас нет пустых мест и закрытых магазинов. Значит, мы не ошиблись.

Я понимаю, что это финансово выгодный проект. Но есть еще и этический аспект. К вам ведь приезжают не за новой майкой и багетом, а чтобы покупать и развлекаться, пока хватит сил и средств. То есть вы так или иначе поощряете потребление в макромасштабах.

С одной стороны, это мировая практика. А с другой – в Москве не так много мест, куда можно пойти, чтобы развлечься. Особенно зимой. У меня двое детей и жена. И вот суббота, делать нечего. Ладно, это не у меня лично так, а у большинства людей. И хочется отвезти детей куда-то, где можно вкусно поесть, сходить в кино. А на улице холодно. Я согласен, что летом лучше чаще бывать на воздухе. Но в летние месяцы посещаемость торговых центров и так падает. А где проводить время зимой?

Дома. Книжки читать, например.

Ну это свободный выбор каждого – его никто не отнимает. И потом, это в Лондоне или Нью-Йорке погода позволяет заниматься так называемым стрит-шопингом – приехать на Мэдисон-авеню и гулять там спокойно по магазинам, которые собраны на площади в два квадратных километра. А в Москве нет такого места – магазины разбросаны по городу, и зимой обойти все это пешком невозможно.

У вас семейный бизнес. И его плюсы очевидны. А есть какие-то сложности в работе с отцом?

Они наверняка есть, только я о них ничего не знаю. Мой отец – мудрейший человек, и я абсолютно доверяю его решениям. Когда я 11 лет назад пришел в компанию, он сделал меня коммерческим директором, а в начале этого года назначил вице-президентом. С одной стороны, мне не кажется, что я это заслужил, а с другой – горжусь тем, что он настолько мне доверяет. Отношения отца и сына всегда полны противоречий. Например, отец любит критиковать мой музыкальный выбор – звук плохой, текст никуда не годится, спел неважно. Но поскольку это не его территория, я имею право сказать: «Папа, спасибо, но я сам». Хотя все равно к его мнению прислушиваюсь, поскольку он часто бывает прав.

А в офисе обратная ситуация. Здесь мне иногда кажется, что его решения несовременные и неправильные. Однако практика показывает, что чаще ошибаюсь я. Да вот наглядный пример! Видите этот купол? (Разговор происходил в Vegas. – Прим. ред.) Отец говорил, что его надо делать тонированным. А мне казалось, что с прозрачным будет больше света. В итоге мы получили проблемы с кондиционированием, потому что помещение очень прогревается. Но мудрость моего отца в том, что за все 11 лет он ни разу не помешал мне совершить ошибку. Он позволяет мне спотыкаться. И это делает наши отношения честными, независимыми и в то же время полными взаимоуважения. Мы в первую очередь друзья, которые при этом не забывают, кто отец, а кто сын.

Вы так легко признаете свои ошибки?

Да, если они мои. Но если меня обвиняют в том, в чем я не виноват, буду драться до последнего.

А с друзьями можно иметь бизнес?

Лучше этого не делать.

Но почему можно смешивать семью и бизнес, а дружбу и бизнес – нельзя?

Потому что самые близкие люди способны понять и простить какую-то несправедливость, а друзья не всегда. И из-за этой невозможности прощения возникают обиды. Бизнес дружбу царапает, но в итоге выживает, в отличие от дружбы. А я ее очень ценю.

У вас есть бизнес-мечта?

Хочется заниматься проектами, которые мне интересны, сохраняя при этом достойное лицо. Хочется, чтобы самые амбициозные идеи реализовались. Может, это и общие слова, но для меня в них весь смысл.

Так ведь все это у вас есть уже сейчас.

У нас каждый проект – как Ватерлоо для Наполеона. Если он не окупится, то мы рискуем потерять все, что имеем к этому моменту. И так практически каждый раз.

А вам хочется сделать что-то вне семейного бизнеса?

У меня и сейчас помимо Vegas, «Крокус Сити Молл», «Крокус Сити Холл», фэшн- и ресторанного бизнеса, который находится под моей юрисдикцией, есть свои личные проекты.

Я построил в Баку небольшой поселок. Там есть бутик-отель, ресторан и пляж. Поскольку я часто бываю в этом городе, мне не хотелось там бездельничать. Вот и построил. Арас Искендерович (Отец. – Прим. ред.) приезжает в гости. Говорит, нравится. Но все равно я сын своего отца и всегда чувствую себя у него под крылом.

Расскажите о своем рабочем дне, во сколько он заканчивается? Если заканчивается, конечно.

По-разному. Сначала я появляюсь на работе, и на меня сыплются сообщения из бухгалтерии. Потом мы анализируем всю финансовую отчетность вчерашнего дня. Затем встречи – с юридическим отделом, с рекламным, с теми, кто хочет увидеться. Я стараюсь закончить все дела в 6-7 вечера, потому что потом у меня начинаются репетиции.

Каждый день?

Когда я в Москве, то стараюсь как можно больше времени посвящать музыке.

А можете пропустить репетицию, если есть какие-то срочные дела в офисе?

Конечно, могу. Но я всегда очень переживаю. Особенно если это случается перед концертом. А соизмерять, насколько я нужен сейчас в офисе, а насколько в студии, можно только интуитивно.