Юлия Марушевская о власти коррупционеров и безумном кризисе — видео
Зачем президент назначил Михаила Саакашвили управлять Одесской областью, как власть пытается сохранить свои позиции, используя политтехнологии, и почему молодым политсилам стоит объединяться еще до выборов, рассказала гость Politeka Online экс-руководитель Одесской таможни Юлия Марушевская.
— Давайте вспомним ваше видео «I am an Ukrainian», адресованное иностранцам, которое было записано во время Евромайдана. Какие эмоции вы испытывали тогда?Видео было одним из маленьких шагов, который я могла сделать. Физические возможности мне не позволяли взять щит и шлем, чтобы бежать на баррикады. У меня была вера, что цивилизованный мир увидит то, что происходит в Украине, и не позволит, чтобы так убивали людей. Так и случилось – видео посмотрели. К сожалению, это не остановило убийств.
— Как вы можете охарактеризовать то, что сейчас происходит в Украине? С тех пор прошло три года.— Борьба продолжается. Ощущение незаконченности до сих пор есть. Цели Майдана мы еще не достигли.
Зеленский впервые заговорил о болезни путина и чего нужно на самом деле бояться: "Есть большая. " "Бога не боятся": в больнице разворовали гумпомощь на более чем миллион гривен, что известно Враг бросил все силы на окружение бойцов ВСУ в районе Лисичанска: как изменилась ситуация В Британии озвучили прогноз о полной деоккупации Украины: "Это реалистично" Юная дочь Кошевого из "Квартал 95" поразила кадрами со своим парнем: "Пристала ко мне. " — Вы часто путешествуете. Делитесь ли вы тем, что до сих пор происходит в нашей стране?— Упомянутое видео стало настолько популярным, что меня узнавали на улицах Нью-Йорка, Берлина. Невозможно было не воспользоваться случаем, чтобы пообщаться с политиками, студентами, медиа. Находясь в Одессе, я свела свою международную работу к минимуму – только необходимые визиты.
После окончания моей работы в Одессе, снова возобновляю свою международную активность. Неделю назад вернулась из поездки в Вашингтон. Вижу, как меняется отношение к тому, что происходит в Украине. Сейчас чувствуется разительное отличие от первых тех встреч на Капитолийском холме, которые были три года назад.
— Какова сейчас цель ваших поездок за границу?— Довольно часто это приглашения. Когда мы делимся опытом антикоррупционных изменений, как модифицировать институции. Украина – не продвинутая страна в мире. О нас начали слышать из-за Майдана, из-за войны на Донбассе, Крыма. Однако мы до сих пор находимся в определенном информационном вакууме.
Украина нуждается в спикерах во внешнем мире, которые будут рассказывать о том, что происходит в нашей стране, формировать наш образ в головах мирового сообщества. После Евромайдана у меня была скорее просветительская работа, нежели политическая. Рассказывала историю, достижения, в частности участвовала в двух заседаниях Генеральной ассамблеи ООН, во встречах ОБСЕ.
— А после того, как вы оставили пост главы таможни?— Во время пребывания на Одесской таможне, путешествия были преимущественно относительно того, как имплементировать изменения, предметные разговоры по воплощению реформы. Сейчас на выстроенных контактах, скорее, все хотят узнать, что происходит в Украине, как помочь.
В последнее время у меня были встречи с представителями украинского фокуса в Сенате США, с конгрессменами, которые поддерживают Украину. Хотят понимания – есть ли изменения, куда мы движемся. Понятно, что Россия – всегда актуальная тема. С одной стороны, в Украине – военное противостояние, с другой – определенная внутренняя ситуация, а с третьей – еще и мировая турбулентность. Это все еще актуальная тема.
— Кто финансирует ваши перелеты?— В основном те, кто приглашают. Последний перелет был поддержан организацией Human Rights Foundation. Кроме общения с политиками, я еще читала лекции студентам.
— В Стэндфордском университете? Кстати, вас туда пригласили преподавать сразу после обучения?— Да, я там и училась, и преподавала. Сначала приехала в качестве приглашенного гостя на лекцию о ситуации в Восточной Европе. Руководитель кафедры предложил мне учиться у них. Это был очень полезный опыт сотрудничества с профессорами в области перестройки государства. Я изучала, как осовремениваются постсоветские страны. А до этого рассказывала студентам, что происходит в Украине.
— Вас называют одним из лучших «кадровых шагов» Михаила Саакашвили. Не страшно было занять пост председателя Одесской таможни без опыта работы и профильного образования?— Да, конечно, было страшно. Это был вызов, который я не могла не принять. Это мои эмоциональные корни с 2014 года, когда мы получили шанс что-то изменить. Я должна была воспользоваться случаем этих изменений. Первое условие – желание что-то изменить. Ко мне присоединились качественные эксперты мирового уровня – украинцы, грузины, ливанец – был и американский, и сингапурский опыт. Все это придавало мне мощную поддержку.
— Сложно управлять самой большой таможней в Украине?— Конечно, сложно. Это не только руководящая должность, это иной образ жизни, образ мышления. Это не просто бумажная государственная служба.
— Но это же одна из коррумпированных структур?— Да, с одной стороны. С другой – почти военная служба. Здесь царит подход субординации, строгой вертикали. Историческая бюрократическая память еще осталась. Для меня, как для общественного активиста, привычного к горизонтальной системе правления, это было очень необычно. Например, человек, зашедший ко мне в кабинет, не садился, пока я ему этого не предложу.
Чтобы изменить систему, ее нужно было для начала постичь – понять, как она работает, как происходит управления в такой государственной структуре.
— Какие мотивы были у Петра Порошенко, когда он назначил главой Одесской облгосадминистрации Саакашвили?— Это надо спросить у президента. Я понимаю, какие преимущества, почему было бы интересно назначить такого деятеля в украинском правительстве. Ведь получали хорошую международную поддержку. Саакашвили – человек, известный результатами. Он смог привлекать инвестиции. Вот эти положительные последствия я осознаю.
А вот чего не понимаю – зачем его назначать и не поддержать потом.
— Вы уже представили е-декларацию?— Всю последнюю неделю борюсь с этим реестром. Пока безуспешно. Система висит, процесс тормозится. Это выглядит жалко.
Мы всему миру рассказываем, что Украина – страна IT. А потом тысячи людей тратят уйму времени непонятно на что.
— Сознательно ли это делают с системой е-декларирования?— Я бы здесь не играла в какие-то теории заговора. Обычная безалаберность и невыполнение своей работы. Некачественный подрядчик. Несмотря на то, как работает система, очевидно, подрядчика выбирали не по принципу, кто лучше, а кто ближе. Единственное логичное объяснение некачественного продукта.
— А кто будет нести ответственность? Те, кто не успеет представить декларации?— Однозначно ответить должны руководители Национального бюро по предотвращению коррупции. Их должны сменить.
— Но без суда их не могут уволить?— В Украине суды очень талантливо используются тогда, когда надо кого-то преследовать. В противовес в отношении тех, кто не смог наладить работу НАПК, начать расследование в отношении тех должностных лиц, которые имеют не задекларированное имущество или декларируют непонятно что. Чиновники НАПК не доказали свою состоятельность, эффективность. Их должны уволить, чтобы не разрушать имидж и структуру созданного органа.
НАПК очень дорого стоило как Украине, так и нашим партнерам. И продолжает дорого стоить, в частности, учитывая их заработную плату. Позорно, что эти люди остаются на данных должностях.
— На какой стадии ваше дело относительно «премии в 500 грн» в суде?— Условно можно сказать, что мы выиграли это дело. Его закрыли. Но, отмечу, по бюрократической мотивации, не из-за отсутствия состава преступления. Закрыли его из-за неправильной квалификации. Это определенный бюрократический ход со стороны прокуратуры, суда. Надеюсь, в разделе мотивации дела будет изменена формулировка.
Сейчас ГПУ возбудила новое уголовное дело касательно 6-7 млн грн убытков, причиненных государству. По инсайдерской информации, более 500 человек занимаются делом Одесской таможни. Нас обвиняют в тех изменениях, которые мы, собственно, провели для искоренения коррупции.
— Они вас подозревают в занижении стоимости товаров для растаможивания? Из-за этого произошли обыски в вашей квартире?— Да. В рамках одного дела за один день прошли 60 обысков, как у меня, так и у многих других работников Одесской таможни, представителей бизнеса, экспедиторов. К сожалению, это задело и тех таможенников, которых мы набрали по прозрачному конкурсу, выучили за международные деньги.
Пытались обыскать и мою квартиру, угрожая вынести дверь. Муж пришел с юристом. Но ему не смогли предоставить постановление, по которому имели право приступить к обыску. В итоге сказали, что пришли меня пригласить в прокуратуру.
Хотя есть фиксация на камеру, что я видела такое решение собственными глазами. Однако в квартиру они не зашли.
— Связаны ли эти обыски с историей Романа Насирова?— Все это случилось в тот же день, когда задержали Романа Насирова. Это обычная политтехнология. Наша власть хочет сохранить себе какое-то политическое будущее. Из-за такого полного буксования реформ и восстановления коррупции они утратили доверие как внутри страны, так и извне.
В то же время есть люди, которые открыто об этом могут говорить как внутри страны, так и вне. Если удастся доказать, что так называемые реформаторы являются такими же коррупционерами, как в этом обвиняют и их, то месседж будет один – все одинаковые. Выбирайте тех, кого имеете.
— Что же делать людям? Они никому уже не доверяют.— Это является результатом политической технологии. Есть хорошие кадры. Когда говорят – выбирайте того или иного – всегда есть еще другие. Попытки загнать общество в тупик является сознательной манипуляцией для сохранения власти коррупционеров.
— Что вам мешает определиться и вступить в ряды партии Саакашвили «Рух новых сил»?— Собственно, я довольно четко заявила, что не иду в политику. Не чувствую себя внутренне к этому готовой. Не являюсь членом ни одной партии.
— Чем вы планируете заниматься в дальнейшем?— Продолжаю заниматься проектом «Хелп». Это горячая линия помощи бизнесу, страдающему от давления налоговой и таможни, который запустила еще в Одессе на таможне. Он уже помог сотне компаний защитить свои интересы.
Сейчас выявляем коррупционную составляющую, предоставляем юридическое и публичное сопровождение. Помогаем инструментами разнообразного юридического давления. Привлекаем журналистов. Останавливаем коррупционные нападки.
Мы не можем изменить систему. Но есть выбор – работать и платить налоги честно. Хотелось, чтобы у нас работали по правилам открытой игры.
— Как вы относитесь к объединению молодых политических сил? Удастся ли им, объединившись, побороть коррупционную систему?— Это однозначно хороший шаг. Надеюсь, это сделают все демократические силы, имеющие амбиции двигаться в парламент.
— И они придут в парламент?— Это единственное условие, при котором они могут не просто пройти, а главное – достичь результата в парламенте. Очень хорошо то, что объединение этих сил начинается до парламентских выборов и до захода в парламент, а не после. Сейчас есть время и шанс выстроить команды, чтобы самих себя за уши вытащить из этого безумного экономического и политического кризиса. Сработанная сегодня команда – это залог будущего успеха.