Луис Ройо - Лето койотов ⁠ ⁠

Айвазовский Иван Константинович (1817-1900) — российский художник-маринист и баталист армянского происхождения, коллекционер, меценат. Живописец Главного Морского штаба, действительный тайный советник, академик и почётный член Императорской Академии художеств, почётный член Академий художеств в Амстердаме, Риме, Париже, Флоренции и Штутгарте.

Хаос. Сотворение мира. 1841

Малая морская улица⁠ ⁠

Источник телеграм канал "Визуальное Искусство 12" - https://t.me/VisualArt12/4468

Cосуд в виде фигуры слепого с собакой. Культура моче (мочика), 500-750 гг. н.э., Перу⁠ ⁠

В одной из прошлых публикаций нас попросили рассказать о предметах из нашей коллекции. Несмотря на то, что у нас на сайте все довольно подробно описано, мы решили попробовать и расписать один из объектов детальнее. Эта первая и пробная наша подобная публикация. Если вдруг она вызовет интерес, иногда будем вывешивать здесь описания других предметов.

Начнем с великолепного фигурного стремевидного сосуда, изображающего слепого человека, двумя руками прижимающего к груди собаку. Головной убор напоминает птицу. Глаза человека представлены в виде отверстий. На лицо нанесен орнамент из повторяющихся символов «S» (вероятно змеи), такой же узор нанесен и на мешок на боку фигуры. Шея слепца покрыта изображениями стилизованных птиц.

Образ слепого во многих культурах ассоциируется с наличием «второго» зрения – зрения, направленного в потусторонний, божественный мир. Индейцы моче, вероятно, считали, что люди с обезображенными, «мертвыми» лицами, похожими на разлагающиеся лица усопших, имели способности лекарей или проводников/защитников умерших, т.к. обладали магической связью с предками.

Собака, которую человек прижимает к груди, вероятно, выступает в роли проводника в подземный мир. Пятнистая собака была проводником бога-создателя Айапек, защитника моче. Она появлялась в критические моменты и предупреждала его о приближающихся опасностях. Пятнистая собака часто изображается в ритуальных и мифологических сценах.

Головной убор в виде пернатого хищника схож с головным убором Игуаны, спутника Айапека. Сходство придает также и мешок, прорисованный на левом боку фигуры. Нашейное украшение с повторяющимися стилизованными образами птиц указывает на высокий статус слепца.

В целом, символика изображения а также форма изделия свидетельствуют о вероятном использовании сосуда в ритуальных церемониях.

Этот тип сосудов также называют музыкальными. Свистящие отверстия замаскированы в фигурном изображении на тулове: во рту, в глазах, в ушах человека. Способ применения таких музыкальных инструментов не вполне понятен. Воздух, вдуваемый в носик, производит звук похожий на свист. Если же в емкость небольшой струей наливать жидкость, либо переливать содержимое не до конца наполненного двухкамерного сосуда из одной камеры в другую, звук напоминает щебетание птицы. Естественно, многое, в том числе и звучание, зависит от формы тулова и горла и количества свистящих отверстий. Подобные сосуды можно найти как у более ранних (в т.ч. викус, паракас, виру), так и более поздних культур (в т.ч. чиму, ламбаеке, инки).

С точки зрения иконографии стоит упомянуть, что керамика моче изображает, по всей видимости, какие-то религиозные сюжеты. Это относится к изделиям как раннего периода, так и позднего. Эти сюжеты нам могут казаться довольно простыми и понятными (как на примере данного сосуда), однако мы ничего не знаем о реальном значении изображенной сцены. Так, многие из довольно обыденных сюжетов (например, бегуны моче) часто встречаются обособленно, в виде образа бегущего человека. Зачем и куда бежит представленный человек и почему он довольно странно одет, в этом случае не представляется возможным выяснить. Смысл сцены становится частично понятным лишь в комплексных сюжетах ритуального бега (см. Ритуальные бегуны моче: Зачем они бегут и куда держат путь).

Изображения слепца с собакой, по всей видимости, также являются отсылкой к какой-то мифологической сцене. Об этом свидетельствуют и аналоги изображений, где образ повторяется вплоть мельчайших деталей, лишь с незначительными вариациями.

Если у Вас есть вопросы про жизнь, обычаи и религию индейцев Южной и Мезоамерики, задавайте их в комментариях. Мы постараемся ответить, либо посвятим Вашему вопросу одну из будущих публикаций.

Голосовалка 1 или 2⁠ ⁠

Портрет⁠ ⁠

Источник телеграм канал "Визуальное Искусство 12" - https://t.me/VisualArt12/4456

Натюрморт с виноградом и лимонами⁠ ⁠

30х30 см, холст, масло

Лунная ночь⁠ ⁠

Спил березы, акрил, диаметр ок. 15 см2022 год

Роспись выполнена на заказ, это увеличенная копия одного из моих первых акриловых опытов. Вот работа 2,5-летней давности для сравнения:

С дочерью⁠ ⁠

Источник телеграм канал "Визуальное Искусство 12" - https://t.me/VisualArt12/4452

Шедевры индейского искусства: Стела Раймонди⁠ ⁠

Стела Раймонди - один из самых известных сохранившихся памятников культуры Чавин (900-200 гг. до н.э.). Гранитная плита с удивительно детальным изображением божества с жезлами была найдена при раскопках в Чавин де Уантар - археологическом комплексе, давшем название самой культуре.

Культура Чавин долгое время считалась материнской для всей андской цивилизации. То же божество с жезлами встречается во многих более поздних культурах, например, Тиуанако, Моче, Ламбаеке, Инки. В дальнейшем, однако, от столь простого объяснения отказались, т.к. реальность оказалась сложнее.

Изображения культуры Чавин часто достаточно сложные для понимания. Множество элементов маскируются за обилием второстепенных деталей. Различные фрагменты могут быть скомбинированы сразу несколькими способами. Поворот или переворот изображений вверх ногами часто открывает взору новые образы. Рассмотрим эту особенность стиля Чавин на примере Стелы Раймонди из коллекции Национального музея антропологии и истории Перу в Лиме.

1. Стела Раймонди, культура Чавин. Коллекция Museo Nacional de Arqueologa Antropologa e Historia del Per, Lima. 2. Прорисовка рельефа стелы Раймонди.

Изображение самого божества занимает нижнюю половину стелы и сочетает в себе как антропоморфные, так и зооморфные признаки.

Прежде всего бросаются в глаза огромные когти на руках и ногах, которые, вероятно, заимствованы у образа хищной птицы, нередко встречающегося в искусстве андских народов. Завитки на пятках, выполненные в виде своеобразного третьего пальца, а также трехпалые руки также подтверждают птичье происхождение конечностей.

Божество многолико. Четыре глаза и две огромные зубастые пасти могут комбинироваться как минимум тремя различными способами. Получаемые изображения напоминают кошек (ягуар, пума) и крокодилов (кайманов, аллигаторов). Часть ликов представлены вверх ногами.

Фрагмент прорисовки стелы Раймонди.

Голова божества покрыта не волосами, а извивающимися змеями. Интересно, что те же змеи вьются и у пояса фигуры, а сам пояс выполнен в виде сплюснутого изображения еще одного хищного лика.

Фрагмент прорисовки стелы Раймонди.

Руками-лапами божество удерживает два посоха, или жезла. Переплетения на жезлах и их навершия напоминают змей. Также на них замаскированы перевернутые клыкастые морды. Основания посохов-жезлов представлены в виде голов хищных птиц.

Фрагмент прорисовки стеллы Раймонди.

Изображение пышного головного убора занимает всю верхнюю половину стелы. Между длинными завитками покоятся змеи. Сам головной убор как бы составлен из нескольких пастей крокодилов, выходящих одна из другой. Изо рта самого верхнего крокодила выползают переплетенные змеи.

Фрагмент прорисовки стелы Раймонди.

Для понимания символики изображения стоит вспомнить, что Чавин де Уантар находится в горах. Крокодилы, ягуары, анаконды не водятся в этой местности. Тем не менее, создатели стелы без сомнения изобразили признаки именно этих животных. Все эти хищники формируют верхушку пищевой цепи. Их сила, скорость, ловкость и хитрость не имеют аналогов в животном мире. Они представляют самые грозные силы воды и земли. Хищная птица дополняет список стихий воздухом.

Зооморфные детали изображения, незнакомые большинству индейцев, населявших побережье Перу, были, по всей видимости, призваны внушить ужас верующим. Тесное переплетение элементов, неочевидные комбинации и сложные узоры ограничивали круг посвященных и отделяли жрецов от простых людей.

Средневековый кот⁠ ⁠

Снисходительный взгляд, умиротворенная морда.

Шедевры индейского искусства: Туника правителя инков⁠ ⁠

Туника всех токапу - уникальный предмет. Это единственная сохранившаяся до наших времен туника правителя инков. Только ему было позволено носить подобные одеяния.

Иллюстрация: Правитель Инка Рока. Автор неизвестен, 1616. Коллекция J. Paul Getty Museum, Los Angeles.

Удивительно, что эта туника вообще сохранилась. Тело правителя инков, прямого потомка бога солнца Инти, было священным. Считалось, что все предметы, к которым он прикасался, вбирали в себя его духовную сущность. Их собирали, хранили и сжигали раз в год на церемонии почитания бога Инти. Прах развеивали по ветру. Тунику ожидала та же участь, но этого не произошло. Дело в том, что она не была сшита до конца. Плетение полотна ткани было завершено, но вышивка по краю не была закончена. Вероятно, это было связано с тем, что к моменту окончания работы правителя инков уже не существовало. Скорее всего, Туника предназначалась одному из преемников правителя Уайна Капак.

Иллюстрация: Туника всех токапу. Инки, 1450-1540 гг. н.э. Коллекция Dumbarton Oaks, Washington.

Узор состоит из множества геометрических мотивов, вписанных в квадраты. Такие квадраты назывались Токапу. Каждый из них символизировал связь с группой людей, территорией, местом или ролью в обществе. Они иногда встречались на туниках инков, но обычно не покрывали всю площадь одеяния, а были локализованы у ворота или на поясе. Само наличие таких узоров на одежде указывало на очень высокий ранг человека, т.к. законы жестко ограничивали круг людей, имевших право на их ношение.

В случае же Туники всех токапу квадраты покрывают всю поверхность ткани. Кроме того, количество использованных разновидностей узоров несравнимо ни с какой другой известной тканью.

Иллюстрация: Туника всех токапу (обратная сторона). Инки, 1450-1540 гг. н.э. Коллекция Dumbarton Oaks, Washington.

Один из токапу на тунике полностью имитирует одеяние из коллекции Metropolitan Museum of Art. Франсиско де Херес описывая встречу Франсиско Писарро и императора инков в 1532 году, отметил, что именно такие туники носили воины, сопровождавшие императора.

Иллюстрация: Туника. Инки, 16 в. н.э. Коллекция Metropolitan Museum of Art.

Некоторые из токапу можно увидеть на других туниках и их фрагментах, но ни на одной другой ткани нет такого количества разных узоров.

Иллюстрация: Фрагмент одежды. Инки, 1450-1530 гг. н.э. Коллекция Amano Precolumbian Textile Museum, Lima.

Ткани с токапу долгое время не давали покоя многим исследователям, считавшим, что эти замысловатые узоры и их сочетания представляют собой не что иное, как письменность инков. Узелковое письмо не было письменностью в полном смысле, т.к. кипу могли содержать лишь определенные послания, для расшифровки которых необходимо понимать их примерное содержание. Исследователи руководствовались следующей логикой: если есть письма, то должны быть и хранилища информации, которые невозможны без письменности. Как бы оно ни было на самом деле, все попытки расшифровать ткани с токапу пока не увенчались успехом.

Иллюстрация: Кипу. Инки, 1400-1570 гг. н.э. Коллекция Dallas Museum of Art.

Лучшие ткани инков создавали избранные женщины, которых свозили со всей империи. Эти женщины также производили чичу и подавали ее на празднествах. Трудились они в отдельных зданиях, которые, вероятно, были местом их заточения. Туника всех токапу, по всей видимости, была создана в одной из таких мастерских.

Качество плетения великолепное: плотность примерно 100 нитей на 1 кв. см. Использовались хлопковые нити основы и шерстяные нити утка. Использование шерсти для таких тканей легко объяснимо, т.к. ее значительно легче окрасить, а получаемые цвета более яркие и глубокие.

Вся туника представляет собой единое полотно. Узкое горло в верхней части изображения было создано с помощью специальной техники плетения, т.к. любой разрез на готовом изделии разрушает духовную сущность (camac) ткани. По этой же причине тунику не могли сшить из кусков, что, вероятно, было бы удобнее.

Иллюстрация: Традиционная техника плетения ткани. Источник: Weaving the world. Techniques and modes of Self in the Quechua-speaking community of Inkawasi (Lambayeque, Peru). Luz Martínez, 2015.

На иллюстрации представлен метод плетения небольших простых тканей. Для Туники всех токапу скорее всего использовалась стационарная, а не ручная рама.

Цвет также имел значение. Красные и темно-синие оттенки не применялись на тканях низкого качества. Красный цвет получали из тел мелких насекомых, живущих на кактусах. Сбор этих насекомых чрезвычайно трудоемкий процесс, особенно с учетом того, что краситель получают только из тел женских особей. Темный индиго выделяют из растений (индигофера, черная кукуруза, черный картофель вителот и т.д.). Процесс получения и окрашивания также очень трудозатратен. Интересно, что цвет индиго стал использоваться на тканях древних народов Перу примерно за 1 500 лет до первых подтвержденных случаев в Старом Свете.

Иллюстрация: Слева текущий вид туники. Справа реконструкция первоначального вида. Andrew J. Hamilton. Иллюстрация к лекции прочитанной в Yale University Art Gallery.

Изначально Туника всех токапу выглядела несколько иначе. Текущий вид она приобрела в результате выгорания ряда пигментов: в основном темно-синего, который теперь выглядит как бежевый.

Символика числа 400 у ацтеков⁠ ⁠

Ацтеки уделяли огромное внимание числам, многие из которых обладали определенным значением помимо простого указания на количество. Они использовались для описаний ритуалов, в именах богов, в названиях эпох.

Иллюстрация: Числа вплетены в изображение, образуя даты, названия эпох. Камень пяти солнц. Ацтеки, 1503 г. н.э. Коллекция The Art Institute of Chicago.

Число 400 в этом смысле не исключение. Так, божеств пульке совместно называли Сенцон Тоточтин, или 400 кроликов. Мишкоатль был отцом 400 сыновей, известных под именем Сенцонуицнауа (четыре сотни, окруженные терниями), которые в дальнейшем погибнут от руки Уицилопочтли. И все же, для того, чтобы понять значение и символику числа 400 стоит начать не с божеств, а именно с количественной оценки.

Мезоамериканские индейцы в отличие от европейцев использовали двадцатеричную систему счисления. Ацтеки обычно обозначали все числа до 20 просто количеством точек. Точно так же для указания любого числа от 20 до 400 использовали сочетания точек и символа числа 20. Таким образом, число 400 было своего рода вторым рубежом после 20.

Иллюстрация: Числа 20. Фрагмент кодекса Мендоса. Коллекция Bodleian Library, Oxford.

В то время как 20 символизировало достаточность, целостность, число 400 обозначало огромное множество, но, что важно, счетное множество. В этом плане интересен сам символ числа 400.

Изображения чисел лучше всего представлены в кодексе Мендоса, на страницах, описывающих размеры дани Теночтитлану. Число 400 обозначено там как символ, напоминающий одним исследователям перо птицы, другим - стилизованное изображение ели. Как бы то ни было, идея в любом случае одна: ограниченная множественность. Число волосков на пере птицы, как и число иголок на ели посчитать трудно, но теоретически возможно (было бы желание).

Иллюстрация: Числа 400. Фрагмент кодекса Мендоса. Коллекция Bodleian Library, Oxford.

Само слово 400 на науатле звучит как "цонтли" (tzontli). Оно используется в качестве суффикса для всех чисел от 400 до 499 и буквально переводится как "волосы", а иногда как "связка травы или побегов" или даже "голова". Здесь, конечно, напрашивается отсылка на подробное описание одного из принципов существования мира у ацтеков, который называют "маллинали" (трава), но мы несколько ограничены размерами публикации, а потому обозначим его очень поверхностно как "упорядоченность" (подробнее опишем его, если это будет интересно нашим читателям).

Иллюстрация: Знак дня "Трава" в виде челюсти скелета из которой словно волосы растет трава. Фрагмент кодекса Борджиа. Коллекция Bibliotheca Apostolica Vaticana.

Таким образом, число 400 одновременно символизирует следующее:

1. Великое множество;

2. Счетность. Пусть и не сразу, пусть и с трудом, но объекты, описываемые числом 400, можно посчитать;

3. Упорядоченность. Объекты, имеющие характеристику 400, не хаотичны, не бессмысленны. Они имеют четкую структуру, определенную систему, хоть и не всегда очевидно понятную человеку.

С учетом этих граней смысла имена богов, включающие в себя число 400, становятся значительно более понятными.

Так богов пульке именовали 400 кроликов, т.к. каждый из них в том числе олицетворял одно из состояний опьянения. Этих состояний великое множество, но все же не бесконечное количество. Кроме того, действие напитка считалось упорядочивающим: перед жертвоприношением пленников поили пульке, дабы успокоить их энергию и привести ее в форму, подходящую для подношения.

Иллюстрация: 400 кроликов. Общая история о делах Новой Испании (Флорентийский кодекс). Бернардино де Саагун, 1547—1577 гг. Коллекция Biblioteca Medicea Laurenziana di Firenze.

Сыновья Мишкоатлья (Сенцонуицнауа), погибшие от руки Уицилопочтли, вознеслись на небо и стали звездами. Их также очень много, но не бесконечно много. В их расположении есть определенная система: они устилают ночное небо довольно равномерно, гармонично, формируют созвездия.

Богиня Майяуэль была обладательницей 400 молочных желез, что символизировало источники пропитания (в т.ч. и для людей). Земля дает много еды, но ее количество все же ограничено.

Иллюстрация: Богиня Майяуэль в образе Цицимиме. Ацтеки. Коллекция The Welt Museum Wien.

Интересно, что все эти божества очень тесно связаны друг с другом. Исследователи считают, что Сенцонуицнауа и Сенцон Тоточтин - разные проявления одних и тех же божеств. Действительно, пульке и ночь тесно связаны друг с другом в иконографии мезоамериканских индейцев. Даже кролика часто изображали сидящим на луне или внутри полумесяца, наполненного священным напитком. Богиня же Майяуэль считалась матерью 400 кроликов (логично, что для вскармливания её нужно было соответствующее количество молочных желез), а также зачастую принимала образ Цицимиме - звездного демона, обитающего в ночном небе.

Пятнистый кот индейцев наска: Значение и эволюция образа мифического существа в искусстве древнего народа⁠ ⁠

Продолжая серию статей о мифических существах индейцев наска, которую мы начали постом про Ужасную птицу, сегодня мы расскажем про Пятнистого кота.

Считается, что прообразом этого мифического существа послужила пампасская кошка или оцелот.

Иллюстрация: Пампасская кошка и оцелот.

Изображение Пятнистого кота встречается уже на ранней керамике наска. Один из примеров находится в коллекции Музея искусств Далласа.

Иллюстрация: Сосуд. Наска, 50 г. до н.э. - 300 г. н.э. Коллекция Dallas Museum of Art.

На сосуде представлены кошки с пятнами на спине, полосками на лапах и хвосте. Именно эти полосы и пятна и указывают на вероятный прообраз этого существа. В лапах кошки держат ростки. Стилизованные ветви растений находятся между лапами.

Образ этого мифического существа был заимствован из иконографии паракас. В коллекции Чикагского института искусств находится сосуд в виде пампасской кошки.

Иллюстрация: Сосуд в форме пампасской кошки. Наска, 180 г. до н.э. - 500 г. н.э. Коллекция Art Institute of Chicago.

Эксперты музея идентифицируют его как керамику наска, что вполне возможно. В то же время, гравировки по контуру рисунка, которые ремесленники наска в дальнейшем заменят тонкими черными линиями, и цветовая гамма росписи напоминают изделия культуры паракас (о смене традиции изготовления керамики см. "Культура индейцев наска").

В качестве дополнительного примера можно привести еще один сосуд в виде кошки, уже, без сомнения, культуры паракас, который находится в коллекции Музея искусства "Метрополитен".

Иллюстрация: Сосуд в виде кошки. Паракас, 4-2 вв. до н.э. Коллекция The Metropolitan Museum of Art.

Лапы и хвост покрыты полосами, тело - пятнами. Небольшие уши, как на росписи наска, явно выделены усы.

Образ Пятнистого кота, пожалуй, самый беззлобный во всей иконографии наска: кот довольно часто изображается без явно представленных трофейных голов. Вероятно, это связано с тем, что пампасская кошка и оцелот хоть и являют собой грозную силу, но по натуре достаточно игривы и не проявляют агрессию в сторону человека. Эти небольшие кошки могли рассматриваться как некие покровители сельского хозяйства, т.к. они питаются небольшими животными, которые наносят вред посевам.

Изображения кошачьего мифического существа встречаются не только на керамике. В коллекции Художественного музея Кливленда находится великолепная инкрустированная камнями и золотом раковина спондилюса, на которой представлена фигура Пятнистого кота.

Иллюстрация: Раковина с инкрустациями. Наска, 100 г. до н.э. - 700 г. н.э. Коллекция Cleveland Museum of Art.

Интересно, что в данном случае лапы животного покрывают пятна, а не полосы.

Образ кошачьего мифического существа постепенно становятся более детальными, уточняются детали маски, добавляется высунутый язык. На фрагментах ткани из коллекции Чикагского института искусств язык кошки представлен в виде ростка.

Иллюстрация: Фрагмент ткани. Наска, 100 г. до н.э. - 200 г. до н.э. Коллекция Art Institute of Chicago.

Существует и альтернативное мнение о прообразе этого мифического существа. Некоторые исследователи считают, что на изображениях представлена вовсе не кошка, а выдра. Усы выдры значительно длиннее кошачьих и могут быть направлены в сторону ушей, как на росписи сосуда из коллекции Национального музея Шотландии.

Иллюстрация: Сосуд. Наска, 200-300 гг. н.э. Коллекция National Museum of Scotland.

Или на сосуде из коллекции Британского музея.

Иллюстрация: Сосуд. Наска, 100 г. до н.э. - 600 г. н.э. Коллекция The British Museum.

Связь животного, ведущего полуводный образ жизни, с культом плодородия также вполне объяснима.

Начиная примерно с 300-400 гг. н.э., образ Пятнистого кота существенно усложняется. К нему примешиваются антропоморфные черты и признаки других мифических существ. На изображениях в этих случаях почти всегда присутствуют трофейные головы. Глаза кошки иногда украшают узоры, которые связывают с образом хищной птицы.

В коллекции Британского музея находится сосуд с изображением мифического существа с признаками и Пятнистого кота, и Ужасной птицы.

Иллюстрация: Сосуд. Наска, 100 г. до н.э. - 600 г. н.э. Коллекция The British Museum.

Также в качестве примера приведем прорисовку росписи керамики из того же собрания со смешанным образом Пятнистого кота и Змеиного существа с антропоморфными признаками.

Иллюстрация: Прорисовка сосуда. Наска, 100 г. до н.э. - 600 г. н.э. Коллекция The British Museum.

После 500-550 гг. н.э. Пятнистый кот полностью исчезает из искусства наска. Его признаки иногда можно заметить как часть изображения личины, которая заменяет собой образы мифических существ в росписи керамики поздней наска. Пример сосуда с такой маской-личиной есть и в нашей коллекции.

Иллюстрация: Сосуд с изображением маски-личины. Наска, 550-750 гг. н.э. Коллекция A-Gallery, Москва.

От Пятнистого кота на этом изображении остались лишь стилизованные усы, частично головной убор и схематичные изображения ростков.

Культ трофейных голов индейцев наска⁠ ⁠

Термин "трофейная голова" был введен в 1901 году Максом Уле. Он предположил, что перуанские изображения отрубленных голов являются неким символом военных трофеев.

Иллюстрация: Мумифицированная трофейная голова из коллекции Museum zu Allerheiligen, Schaffhausen и сосуд в виде трофейной головы культуры наска (1-800 гг. н.э.) из коллекции Museo Larco, Lima.

Изображения голов, отделенных от тела, встречаются в искусстве андских народов задолго до появления культуры наска. Один из самых известных предметов с таким сюжетом находится в коллекции Музея Дамбартон Оукс, Вашингтон. Блюдо из стеатита с изображением антропоморфного паука. На его спине сетью (?) закреплены человеческие головы. Это блюдо датируется 900-600 гг. до н.э. Известны и более древние изображения отрубленных голов.

Иллюстрация: Блюдо с изображением антропоморфного паука. Куписнике, 900 - 600 гг. до н.э. Коллекция Dumbarton Oaks, Washington DС.

Частота изображения мотива отрубленной головы стала расти еще в искусстве культуры паракас.

Иллюстрация: Сосуд. Паракас, 200 г. до н.э. - 1 г. н.э. Коллекция The National Museum of the American Indian, New York.

Довольно часто головы изображали индейцы моче и уари.

Иллюстрация: Сосуд в виде трофейной головы. Уари, 500-800 гг. н.э. Коллекция The Walters Art Museum, Baltimore.

Однако, никогда ни до ни после наска, которые были буквально одержимы этим сюжетом, трофейные головы не занимали столь значимое место в иконографии.

Иллюстрация: Сосуд с изображением трофейных голов и змей. Наска, 430-530 гг. н.э. Коллекция Dallas Museum of Art.

Множество трофейных голов было найдено на территории наска. Большая часть из них определенным образом обработана. Внутренности вынимались через отверстие в основании черепа. Череп набивали лоскутами хлопчатой ткани, семенами, растениями. Во лбу проделывали отверстие, в которое продевали веревку, цепляя ее за деревянный колышек с внутренней стороны черепа. Вероятно, эта веревка использовалась для ношения или подвешивания головы. Глаза вынимались, глазницы также заполняли лоскутами ткани. Рот зашивали колючками дерева уаранго.

Такая подготовка голов, по всей видимости, была необходима. Исследователи проводят аналогию с верованиями индейцев хиваро в Эквадоре. Хиваро считали, что человек рождается с двумя формами души. Одна из них защищает от болезней и смерти, но ее сила ограничена и постепенно исчезает, если ее не восполнять. Для пополнения энергии практиковались ритуальные убийства. Индейцы хиваро также отрубали головы, но уже не с целью восполнения силы души, а чтобы обезопасить себя от мести со стороны духа покойного, который находится именно в голове. Рот на отрубленной голове жертвы зашивали, запирая таким образом мстительный дух и препятствуя его выходу наружу. Через пару лет, когда силы духа сойдут на нет, от головы можно было избавиться.

Иллюстрация: Фигурный сосуд. Наска, 4-6 вв. н.э. Коллекция The Metropolitan Museum of Art.

Существует несколько теорий о том, как люди наска добывали трофейные головы. Часть исследователей предполагают, что в условиях ограниченности природных ресурсов и плодородных земель, индейцы вели постоянные войны. Именно во время военных походов и добывались трофейные головы. Сторонники другой точки зрения говорят о том, что отрубание голов практиковалось исключительно в рамках ритуальных церемоний, среди которых и ритуальные сражения. Есть и третья версия, согласно которой трофейные головы добывали у сородичей и во время вылазок в соседние поселения, осуществляемых только с этой целью.

Наска довольно часто хоронили покойных обезглавленными, причем в части случаев голову заменяли тыквой, либо сосудом с изображением трофейной головы.

Интересно, что сосуды наска в форме головы можно разделить на два типа.

Первый тип напоминает подготовленную к ритуалам голову с закрытыми глазами, зашитым ртом. Выше мы приводили пример такого сосуда из коллекции Museo Larco, Lima. Такие керамические изделия могли использоваться в церемониях подношения как замена человеческой головы, либо в качестве емкости для ритуальных напитков.

Иллюстрация: Сосуд в виде трофейной головы культуры наска (1-800 гг. н.э.) из коллекции Museo Larco, Lima.

Изображения на керамике второго типа более живые: с открытыми глазами. В качестве примера приведем предмет из коллекции Музея Фаулера в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе.

Иллюстрация: Сосуд. Наска, 100 г. до н.э. - 800 г. н.э. Коллекция Fowler Museum at UCLA.

Культ трофейных голов, вероятно, был связан с плодородием. Существуют изображения, на которых из голов прорастают побеги растений.

Иллюстрация: Сосуд. Культура наска. Коллекция Brooklyn Museum, New York.

Считается, что головы выступали в качестве ритуального подношения мифическим существам с целью задобрить силы природы и повлиять на погодные и климатические условия. В качестве примера можно привести сосуд из коллекции Британского музея. Из тела изображенного кошачьего мифического существа выступают трофейные головы, из которых прорастают растения.

Иллюстрация: Сосуд с изображением мифического существа, из трофейных голов на теле которого прорастают растения. Наска, 100 г. до. н.э. - 600 г. н.э. Коллекция The British Museum.

Судя по сохранившимся изображениям, головы использовались в ритуальных танцах, подвешивались на шестах и всяческими способами демонстрировались окружающим.

Иллюстрация: Сосуд в виде человека в маске. Наска, 180 г. до н.э. - 500 г. н.э. Коллекция Art Institute of Chicago.

Ритуалы сопровождались музыкой и потреблением галлюциногенов. На керамическом барабане, о котором мы рассказывали в публикации Музыка в древних Андах, изображены звезды, символизирующие кактус Сан Педро. Еще один интересный образ этого галлюциногена находится в коллекции Израильского музея в Иерусалиме.

Этот сосуд, вероятно, изображает шамана в процессе ритуала, связанного с трофейными головами, одна из которых находится в его руке остальные лежат у ног. Судя по тому, что тело человека покрывают лучистые звезды, что делает его похожим на кактус, а из плеч растут кактусы, он находится под воздействием наркотика. Такое транзитное состояние сознания связывает его с миром мифических существ, одно из которых изображено у него в районе живота.

Иллюстрация: Мифическое существо или шаман в виде кактуса Сан Педро. Наска, 200-400 гг. н.э. Коллекция The Israel Museum, Jerusalem.

Захоронение трофейных голов было завершающей частью церемонии подношения. Изображений этого финального этапа практически не сохранилось. Сосуд из коллекции Национального музея антропологии и истории Перу в Лиме в этом смысле уникален.

Иллюстрация: 1. Сосуд из коллекции Museo Nacional de Antropologia, Arqueologia e Historia, Lima. Иллюстрация к публикации Nasca Headhunting and the Ritual Use of Trophy Heads, Donald A. Proulx. 2. Прорисовка сосуда. Иллюстрация к публикации Ritual Uses of Trophy Heads in Ancient Nasca Society, Donald A. Proulx.

На росписи представлен момент погребения трофейных голов в пирамидальном сооружении. Церемонию проводят два шамана с дубинами (?) в руках. Лицо одного из них скрыто под маской. Повсюду расставлены небольшие чаши, одна из которых помещена внутрь сооружения вместе с головами. Животное, имеющее кошачьи (?) признаки, бежит по вершине пирамиды.

К сожалению, как мы уже говорили в предыдущих публикациях, о людях наска, их быте и религии практически ничего не известно. Большая часть исследований базируется на скудных данных археологии и трактовке изображений на сохранившихся сосудах и тканях. Мы никогда не узнаем детали ритуалов и их точное значение. Что не вызывает никаких сомнений, так это то, что культ трофейных голов был прямо связан с плодородием. Учитывая условия, в которых люди наска были вынуждены выживать, их одержимость этим культом вполне объяснима.

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎