Майские в Чикаго, Музей науки и промышленности — Немецкая подводная лодка U-505, история абордажа.
Внутри подводной лодки U-505 военно-морского флота германского рейха не существовало ни зимы, ни лета, ни дня, ни ночи. Был лишь утомляющий глаза желтоватый свет ламп и устоявшийся тяжелый запах давно не мытых шестидесяти мужских тел. Утром 4 июня 1944 года, на пятый год великой войны, подлодка находилась в рейсе 80-й день. Вкус свежей еды был давно забыт, члены команды, небритые и грязные, предвкушали скорое возвращение домой — судно направлялось на базу в Лорьяне, на западном берегу оккупированной Франции. И сейчас они двигались к северу, находясь в 150 милях от берега Французской Западной Африки.
Капитан Ланге (U505), на его несчастье, оказался в самом центре американского военно-морского отряда особого назначения номер 223, под командованием капитана первого ранга Дэниела Гэллери. А сам капитан Гэллери находился на возглавляющем отряд авианосце “Гвадалканал”. Собственно, несчастье даже было гораздо худшим, нежели мог предполагать Ланге. Дело в том, что Гэллери втихомолку тренировал своих людей, рассчитывая сделать нечто доселе неслыханное: взять на абордаж немецкую подводную лодку. Как уже говорилось, американские моряки — и моряки вообще — не захватывали вражеский корабль в морском бою с 1815 года. А уж захватить подводную лодку в разгар Второй мировой войны — это попросту было сродни азартной игре, но капитан Гэллери был готов начать такого рода игру. Ибо в случае успеха разведка союзников получала бесценные сокровища в виде секретных кодов — сокровища, способные привести не только к окончательной победе в битве за Атлантику, но и, возможно, вообще сократить сроки войны.
Началась охота, в ход пошли глубинные бомбы. Их прежний капитан, Пауль Цшех, когда подводная лодка подверглась атаке глубинными бомбами, пустил себе пулю в лоб — прямо в боевой рубке, перед перископом.
Корпус лодки затрясся, заскрипел, сотрясаемый страшными взрывами.
Погасли лампы освещения, и был смят руль. Трансформаторы и другие приборы и аппараты, вырванные из своих гнезд, лежали на полу. В торпедную хлынула вода. И самое страшное — с каждой минутой все труднее было дышать: очистка и подача воздуха прекратилась. Был один лишь выход — всплывать.
Шумно вскипела вода, и на поверхности показался огромный серый корпус — некоторые потом уверяли, что это весьма напоминало всплывающего кита. Американцы увидели немецких моряков, выскакивающих один за другим из люка и прыгающих в воду, в спасательных жилетах или без них. Руль подлодки был неисправен, но машины продолжали работать, и U-505 медленно двигалась вправо, описывая широкий круг.
Капитан Ланге (U505) был ранен: едва воздушной струей его вышвырнуло из люка, шрапнель перебила ему оба колена, и он упал в воду. Спасательный жилет удержал его на плаву, и он, превозмогая жгучую боль, крикнул:
— Всем за борт! Топить судно!
На U-505 остались двое — Гобелер и еще один матрос. Им предстояло затопить лодку. Были ли уже включены взрывные устройства? Если же нет, то как их включать ни тот, ни другой не знали: это было дело офицеров. Они начали открывать тяжелую задвижку, дающую доступ в судно забортной воде, что позволяет затопить его в считанные минуты. Но маховик никакими силами нельзя было повернуть. Они в отчаянии смотрели друг на друга: судно должно быть затоплено непременно — иначе секретные документы и аппаратура попадут в руки врага.
И тогда Гобелер вспомнил про дрену. Это было устройство, через которое все отходы с лодки сбрасывались в море. Он бросился к дрене, сбил с нее предохранительную крышку и клапан, преграждавший путь обратному току воды. Вслед за этим он бросился спасать свою жизнь.
В то время как катер приближался к подлодке, покинувшие ее немецкие моряки качались на волнах, маша руками, крича и полагая, что их сейчас подберут. Их, однако, ждало некоторое разочарование — катер стремительно пронесся мимо них. Хоть и лишенная команды, U-505 продолжала уходить от своих преследователей. Наконец, охотникам удалось набросить веревку на рубку своей жертвы. Наблюдавший за этим с авианосца Гэллери не выдержал, схватил мегафон и заорал, как на родео:
— Вяжите ее, ковбои!
Американские матросы стали пробираться в лодку:
— Наверх, ребята, она, кажется, тонет! Моряки повиновались, но тревога оказалась напрасной, и тогда они попросили: “Разрешите, сэр, взять что-нибудь на память!”. “О’кей, — ответил тот, — но если я крикну — немедленно наверх”. Вскоре они были наверху с “сувенирами”: кто с биноклем, кто с пистолетом, кто с кортиком, — что кому попалось под руку.
Немецких моряков, между тем, подобрали из воды, и капитан Ланге, хоть и сильно ослабевший от потери крови, приказал команде крикнуть прощальное троекратное “хох!” в честь их тонущего судна.
Но когда они увидели манипуляции американцев, вошедших внутрь и старающихся взять U-505 на буксир, то просто не поверили своим глазам: это ведь было не просто глупо, это было смертельно опасно!
Но самым непонятным было — почему подводная лодка вообще находится на плаву? Почему она не ушла на дно и не взлетела в воздух? Немцы смотрели и ждали, что вот-вот раздастся оглушительный взрыв, а его не было. Почему? Это, между прочим, неизвестно и по сей день.
Во всякой увлекательной истории непременно должна быть своя тайна, и в истории пленения U-505 тайна — это невзорвавшаяся лодка. Гобелер говорил потом, что команда винила в предательстве помтеха, хотя тот клялся, что ни в чем не виноват. Подозревали, что, торопясь покинуть тонущее судно, он не включил взрывные устройства. И в лагере военнопленных в Луизиане помтеха не только все избегали — ему угрожали, и его пришлось перевести в другой лагерь.
В отчете Гэллери были упомянуты 14 динамитных пятифунтовых взрывных устройств, обнаруженных в лодке. Они были способны разнести ее на мелкие куски. Девять из них, по словам Тросино, были обезврежены американцами, хотя и далеко не сразу. А одно такое устройство было обнаружено под килем лодки много лет спустя после войны. И никто так и не знает, почему на U-505 не было взрыва.
Гэллери сделал необходимые подсчеты и решил идти в Дакар — свободный порт, лежащий в 480 милях. Но из Вашингтона пришла срочная шифрованная радиограмма: “Дакар отменяется — он кишит шпионами. Двигайтесь к Бермудам, это 2500 миль, но вас встретит танкер ‘Абнаки’ с топливом. Ждите также нашего специалиста по подводным лодкам”. Вашингтон был явно взволнован происшедшим.
19 июня U-505 на привязи вошла в Порт-Ройял-Бей на Бермудах. А всё взятое на ней уже было отправлено в Вашингтон. Оно занимало 10 почтовых сумок и один матросский сундук, и сопровождал все это Джек Дамфорд, офицер связи с авианосца. В аэропорту его встретила вооруженная охрана, всё привезенное было погружено в крытый грузовик, и час спустя 22-летний лейтенант из маленького провинциального городка стоял окруженный тремя адмиралами, включая четырехзвездного адмирала Эрнста Кинга.
В руках разведки оказались:
— все ключи к шифрам, использовавшимся в Атлантическом и Индийском океане в июне 1944 года. С этими шифрами передачи «Энигмы» можно было читать мгновенно;
— «чрезвычайно ценный» шифр «морских карт», то есть географического положения субмарин, теперь не нужно было тратить времени на расчет предполагаемого местонахождения субмарин, а «определять его точно, поскольку о нем говорилось в передачах субмарин»;
— «Резервный коротковолновый» шифр, который должен был вступить в действие с 15 июля 1944 года;
— «Резервные таблицы биграмм», которые должны были использоваться с 1 августа 1944 года, взамен действовавших с июля 1943 года;
— текущий коротковолновой шифр для метеосводок, передаваемых субмаринами.
Потом лодку доставили в Чикаго.
Долгое время она стояла на улице перед главным входом. Погода оказала негативное влияние на внешний вид и спустя почти 30 лет был произведен ремонт и корабль укрыли в здании.
Один негатив в лучшем, разбавим ленту?
Т-55А с минным тралом на фоне подводной лодки Б-307 в Тольяттинском техническом музее
К-3 «Ленинский Комсомол» пошла в Санкт-Петербург
В Мурманской области началась буксировка первой советской атомной подлодки К-3 «Ленинский комсомол» в Санкт-Петербург. Здесь её ждут в Кронштадте, чтобы сделать ключевым экспонатом Музея военно-морской славы в «Острове фортов». Музей должен открыться в 2023 году.
К-3 - третья в мире (после американских Nautilus и Seawolf) и первая советская атомная подводная лодка.
Заложена 24 сентября 1955 года в Северодвинске, на заводе № 402 (ныне Севмаш).
Вступила в строй 1 июля 1958 года.
С 11 по 21 июля 1962 года впервые в истории Советского ВМФ совершила длительный поход подо льдами Северного Ледовитого океана, 17 июля 1962 года всплыла около Северного полюса.
9 октября 1962 года получила почётное имя Ленинский комсомол.
В 1991 году выведена из состава Северного флота. Долгое время была под угрозой разделки на металл.
Легендарная атомная подводная лодка К-3 отправится в Кронштадт
В Кронштадт к месту вечной стоянки отправляется легендарный атомоход К-3 «Ленинский комсомол»: первая советская атомная подводная лодка станет экспонатом Музея военно-морской славы
Где сейчас подводная лодка в которой снимали фильм «Особенности национальной рыбалки»?
«Особенности национальной рыбалки» знакомы практически каждому взрослому россиянину. Одним из ключевых и самых запоминающихся моментов фильм это путешествие на подводной лодке за оставленными в Финляндии пятнадцатью ящиками водки. Мне стало интересно, что использовали в качестве декораций при съёмках фильма и что сейчас стало с участвовавшими в съёмках подводными лодками?
Кадры из фильма «Особенности национальной рыбалки» снятые в Б-307
Интересным оказался тот факт, что для съёмок использовали подлодки сразу двух типов. Снаружи снимали подлодку проекта 865 «Пиранья», а внутри съёмки велись в полноразмерной подлодки Б-307.
И если судьба малых подлодок, засветившихся в фильме, затерялась, то судьба Б-307 хорошо известна и что самое важное, в ней сейчас может побывать любой желающий! Но обо всём по порядку…
Кадр из фильма «Особенности национальной рыбалки» снятые в Б-307
Что из себя представляет субмарина Б-307?
Если не вдаваться в детали, то это дизель-электрическая подводная лодка проекта 641Б «Сом». Выпускались подводные лодки этого проекта с 1973 по 1982 год на судостроительном заводе «Красное Сормово» в Нижнем Новгороде. Всего было выпущено 18 подводных лодок м почти все из них в настоящий момент утилизированы.
Подводная лодка проекта 641Б «Сом» на боевом дежурстве
Коротко о подводной лодке в цифрах: это 90 метров стального корпуса разделенного на 7 отсеков, в которых до 80 суток автономного плавания находились 78 человек экипажа. Управлять подводной лодкой этого класса тем составом, который был в фильме невозможно. Впрочем, стоит напомнить, по легенде они плыли на лодке проекта 865 «Пиранья», которую там называют «Малютка», экипаж которой составлял 3 офицера.
Как сейчас выглядит и где находится подводная лодка из фильма?
Во время съёмок, происходивших в 1998 подлодка из «Особенностей Национальной Рыбалки», находилась в водах финского залива, но в 2005 году переехала в Тольятти заняв почётное место в экспозиции паркового комплекса истории техники завода АвтоВАЗ. Любопытно, что по всей видимости съёмки фильма велись ещё до того, как подлодку списали.
Сейчас внутри подводной лодки организован музей, а о участи подлодки в съёмках напоминает информационный стенд с кадрами из фильма.
Сохранилось даже кресло с леопардовой накидкой! При желании, можно было бы воссоздать кадры из фильма, но стенд постоянно попадал в кадр и поймать «нужный ракурс» у меня не получилось.
Если не брать в расчёт немного аляповатые стенды, музей обустроили на должном уровне. Приятно, что подводная лодка почти не растеряла оригинального облика. Хотя, для удобства посетителей часть переборок была демонтирована или обзавелась проходами в полный рост.
По подлодке можно гулять свободно. Только часть кают с воссозданной обстановкой спряталась за стеклом. Для любителей техники и просто интересующихся историей советского флота музей им. Сахарова можно рекомендовать только ради одной этой подлодки! (хотя и кроме неё здесь есть на что посмотреть)
Подводная лодка "Новосибирский комсомолец"
Как выглядел гигантский короткомордый медведь в натуральную величину (по мнению ученых)
Многие ученые считают, что именно эти звери на долгие годы задержали миграцию людей в Северную Америку.
Абордаж по-канадски
Абордажный бой был неотъемлемой частью морских сражений эпохи парусного и гребного флотов.
С развитием артиллерийского и торпедного вооружения кораблей значение абордажа было сведено практически к нулю: противники стремились уничтожить друг друга на дальней дистанции.
Казалось бы, к началу Второй мировой войны время абордажа ушло навсегда, но в любом правиле есть исключения.
Таковым стал бой между немецкой подлодкой и канадским корветом в августе 1942 года в Карибском море, завершившийся настоящим абордажем в духе корсаров XVI–XVII веков.
Бойня в Карибском бассейне
С момента объявления Германией войны Соединённым Штатам одними из самых жарких районов за всю историю подводной войны стали Карибское море и Мексиканский залив. Как и столетия назад, воды Вест-Индии снова окрасились кровью, но теперь вместо галеонов и бригов на дно шли сухогрузы и танкеры.
В течение первой половины 1942 года немецкие подлодки безнаказанно истребляли там торговый флот союзников, пользуясь неподготовленностью Америки к его защите.
Это привело к потере большого количества судов, что полностью отвечало стратегии командующего подводными силами Германии Карла Дёница, строившейся на идее нанесения ударов в местах, где у противника отсутствовала противолодочная оборона.
Союзники старались учиться на уроках, преподанных немцами, и медленно, но верно вводили систему конвоев в Карибском бассейне. Потери судов снизились, так как их одиночное плавание было сведено к минимуму. Кроме этого, резко возросла роль противолодочной авиации, которая стала грозным противником немецких лодок в этом районе.
Однако это не заставило Дёница отказаться от действий у Карибских островов, где пролегали основные маршруты танкеров и судов с бокситами.
Пока оставался малейший шанс на успех, немецкие лодки продолжали атаковать судоходство.
Канадский корвет «Оуквилл» — один из главных героев истории с гибелью U 94. Лодка стала единственной, которую этот корабль потопил в ходе войны. Снимок сделан во время проводки конвоя FH-70 7 августа 1943 года.
В течение июля-августа 1942 года к Северной Америке из Франции вышли 28 лодок: 15 «девяток» и 13 «семёрок».
Несмотря на то что Дёниц был осведомлён о введении конвойной системы между Ки-Уэстом, Тринидадом, Арубой и Кюрасао, большинство из них были отправлены именно туда.
Действия в этом районе имели свои плюсы и минусы. Противник наращивал там силы ПЛО, но конвойное движение было активным, и лодкам не приходилось днями ожидать целей — их было много.
Дёниц призывал своих командиров при обнаружении конвоя атаковать и передавать на другие лодки сообщения о контакте.
В отличие от Северной Атлантики, субмарины занимали позиции в ключевых точках судоходства недалеко друг от друга, что позволяло нескольким лодкам нападать на конвой поочерёдно, так как о формировании «волчьей стаи» не могло быть и речи.
Субмарины не могли часто выходить в эфир и устраивать длительное преследование конвоя из-за небольшого района действий, который активно патрулировала авиация противника.
«Каталина» из 92-й эскадрильи ВМС США патрулирует район Карибского моря, 1942 год.
Такая тактика принесла определённые плоды: в течение августа 1942 года в Карибском море и Мексиканском заливе десять немецких лодок атаковали восемь конвоев, которые понесли потери в виде 18 потопленных судов общим тоннажем 95 769 брт.
За это время немцы потеряли в указанном районе две субмарины, одну из которых после жаркого боя взял на абордаж канадский корвет.
Звезда немецкого подплава
Вошедшая в состав флота в августе 1940 года U 94 была лодкой типа VIIC.
Её первый командир капитан-лейтенант Герберт Куппиш (Herbert Kuppisch) совершил на ней четыре похода и 14 мая 1941 года был награждён Рыцарским крестом за «успешные атаки вражеского судоходства».
Немецкое радио объявило, что он потопил вражеский эсминец и 17 судов общим тоннажем 90 260 брт, в то время как реальные успехи Куппиша составили 16 судов на 82 108 брт.
Однако пятый поход на U 94 стал для 31-летнего Куппиша последним — он, как говорится, «сгорел на работе». Нервы Куппиша были расшатаны, поэтому Дёниц снял его с лодки и перевёл на штабную работу.
29 августа 1941 года на U 94 был назначен новый командир — 23-летний обер-лейтенант цур зее Отто Итес (Otto Ites).
Несмотря на молодость, он был опытным подводником: два года Итес был вахтенным офицером на знаменитой U 48 под началом таких асов, как Герберт Шульце (Herbert Schultze) и Генрих Бляйхродт (Heinrich Bleichrodt), после чего был назначен на «двойку» U 146, на которой совершил два похода в Атлантику и потопил одно судно — финский пароход «Плуто» (Pluto). Любопытно, что «финн», следовавший из Америки в Петсамо с грузом угля, за десять дней до гибели был арестован в Датском проливе британским крейсером «Саффолк» (HMS Suffolk) и отправлен под контролем команды морских пехотинцев в Шотландию на призовой суд, но 28 июня 1941 года был потоплен U 146.
Командир «Оуквилла» коммандер Кларенс Кинг (Clarence King). Он был самым возрастным командиром корвета: на момент описываемых в статье событий Кингу было уже 56 лет.
Дружелюбием в общении Итес быстро завоевал уважение команды U 94 и получил от неё прозвище «дядюшка Отто», а дерзость в бою дала ему Рыцарский крест от Дёница.
На тот момент Итес стал самым молодым подводником, получившим эту награду: ему было 24 года.
С сентября 1941 по июль 1942 года Итес совершил на U 94 четыре похода, доведя свой общий счёт до 15 потопленных судов на 76 882 брт и одного повреждённого судна на 8022 брт. Дёниц благоволил молодой звезде подплава настолько, что даже позволил нарушить установленные правила: Итес попросил командующего вернуть своих старшин после курсов переподготовки обратно на U 94, хотя они должны были попасть в экипажи новых подлодок, и Дёниц пошёл ему навстречу.
Поход в Карибское море
3 августа 1942 года U 94 вышла из Сен-Назера в свой десятый по счёту поход с заданием действовать в районе Кубы. Это был первый поход Итеса в тёплые моря — до этого лодка всегда действовала в холодных водах. Путь к Кубе не был омрачён какими-либо инцидентами, поэтому Итес разрешил своей команде загорать на верхней палубе. Это коснулось даже дизелистов и мотористов, которым обычно не позволялось покидать рубку при подъёме на мостик, если существовала малейшая угроза атаки с воздуха.
К вечеру 18 августа к западу от Азорских островов U 94 встретилась с подводным танкером U 462. С него Итес получил 57 тонн топлива и провианта на десять дней. Потратив на погрузку четыре часа, лодки расстались, и U 94 продолжила свой путь на юго-запад. Спустя шесть суток Итес доложил в штаб, что достиг района действий: U 94 подошла к Наветренному проливу.
27 августа с лодки были замечены самолёты, немцы истолковали их появление как признак приближения конвоя.
Герои абордажа U 94 сублейтенант Лоуренс (слева) и старшина Пауэлл. Любопытно, что канадский плакат, размещённый в статье ниже, достаточно точно отображает происходившее в тот момент на палубе субмарины. Оба канадца действительно были в трусах, так как на момент объявления тревоги отдыхали от вахты на койках и выскочили на палубу, не успев одеться.
Весь световой день U 94 потратила на то, чтобы остаться незамеченной для авиации противника, однако к вечеру, устав от игры в кошки-мышки, Итес пренебрёг осторожностью.
После установления контакта с ожидаемым конвоем он заявил своему вахтофицеру Рольфу-Курту Гебешусу (Rolf-Kurt Gebeschus), что если они заметят самолёт, то «будут выжидать до последней минуты» и лишь потом погружаться.
Кроме этого, U 94 отправила в штаб сообщение, что обнаружен конвой с сильным воздушным эскортом, после чего выходила в эфир ещё три раза.
При полной луне подлодка находилась в надводном положении уже целый час при волнении моря и восточном ветре в четыре балла.
Итес отманеврировал внутри ордера эскорта для торпедного залпа по одному из эсминцев, когда один из сигнальщиков заметил самолёт. Вахтенный офицер Вальтер Шмидт (Walter Schmidt), который наблюдал в этот момент за другим сектором, ответил ему: «Ты видишь привидение».
Однако сигнальщик оказался прав: «привидением» оказалась американская летающая лодка «Каталина», поэтому U 94 пришлось срочно погрузиться. Изрыгая проклятия, Итес сказал Гебешусу: «Мне удавалось прятаться от этого самолёта весь день, и вот теперь, когда я готов атаковать, он меня заметил».
В лучших традициях абордажного боя
«Каталина» лейтенанта Гордона Фисса (Gordon R. Fiss) из 92-й эскадрильи ВМС США прикрывала с воздуха конвой TAW-15, следовавший из Тринидада в Ки-Уэст. В 22:30 (здесь и далее восточное военное время — EWT) 27 августа Фисс визуально заметил U 94 c дистанции в полторы мили, так как субмарина была хорошо видна в лунном свете. Самолёт увеличил скорость и стал снижаться для атаки. Настигнув субмарину, Фисс сбросил на неё четыре бомбы в тот момент, когда U 94 уже погружалась, но её рубка ещё была видна над водой. Взрывом лодку выбросило на поверхность — она задрала нос и всплыла, но затем снова ушла под воду.
Самолёт описал круг и сбросил в месте погружения фальшфейер, после чего начал передавать сигнальным прожектором SUB SUB — сигнал, означавший обнаружение субмарины, — на корвет, который был замечен в двух милях от места атаки.
В этот момент лодка снова появилась на поверхности, но, что с ней произошло дальше, лётчики не видели, так как «Каталина» ушла на новый круг. В это время подоспел канадский корвет «Оуквилл» (HMCS Oakville).
Из рапорта его командира следует, что на нём приняли с самолёта световой сигнал SSS и увидели фальшфейер. «Оуквилл» пошёл полным ходом к нему и сбросил там пять глубинных бомб, взрыватели которых были выставлены на глубину 30 метров. Чуть позже «асдиком» был зафиксирован контакт, а менее чем через полминуты в 100 метрах по указанному пеленгу с «Оуквилла» заметили нос подводной лодки.
Члены экипажа «Оуквилла»: матрос Джордж Ховард (слева) и старшина Чарльз Скеггс (справа) — также приняли участие в потоплении U 94. Она стала единственной немецкой лодкой, которую топили не только снарядами, бомбами и тараном, но и кока-колой. В моменты, когда корвет сближался с субмариной, матросы из партии сброса глубинных бомб закидывали рубку U 94 пустыми бутылками из-под газировки.
Дистанция между U 94 и корветом стала медленно расти, поэтому последний пошёл на таран. Лодка прошла под носом «Оуквилла», но, когда он резко изменил курс влево, ударила его в левый борт. Корвет открыл огонь и снова попытался таранить.
Канадцы добились попадания в рубку лодки, другим снарядом снесли ей палубное орудие. U 94, по-видимому, попыталась уйти и увеличила скорость. «Оуквилл» протаранил её в правый борт, а затем сбросил глубинные бомбы, одна из которых, судя по всему, взорвалась прямо под лодкой, заметно уменьшив её ход. Корвет снова отошёл, а затем протаранил лодку в третий раз — теперь удар пришёлся чуть позади рубки.
После первого тарана Итес приказал дать самый полный ход, но лодка не смогла развить скорость более 12 узлов. Одной из возможных причин этого могло быть то, что у U 94 возникли проблемы с вращением винтов. Как вспоминал впоследствии вахтенный старшина-дизелист, оба дизеля всё время работали штатно, а тахометры показывали обороты самого полного хода.
Он сначала заявил, что ему не было известно о неспособности лодки развить самый полный ход, но, когда ему об этом сказали, он сам указал на возможную неисправность муфты. Он также показал, что гребной вал могло заклинить.
Электрик правого электромотора считал, что таранный удар вызвал перегрузку в сети, так как сразу после него выбило предохранители обоих моторов. Он заявил, что ему удалось запустить снова правый мотор.
Приводная цепь тахометра левого мотора была порвана упавшими консервными банками, которые хранились рядом. По мнению электрика, на тот момент винты, скорее всего, не вращались.
Сам Итес заявил, что после тарана он лично осмотрел кормовую часть и посчитал, что винты повреждены.
Оценив положение своего корабля как безнадёжное, командир U 94 приказал экипажу открыть клапаны вентиляции цистерн и покинуть лодку. Подводники выбирались из U 94 через рубочный люк.
Матроса Германа Шее (Hermann Schee), когда он вылезал из рубки, ударило волной. Он упал обратно в шахту вниз головой, но зацепился ногой за люк и повис без сознания.
Его товарищ Генрих Мекленборг освободил его ногу и вынес Шее на палубу, где тот пришёл в себя. Впоследствии Шее удалось спастись, а вот Мекленборг утонул.
Выбравшиеся на верхнюю палубу подводники оказались под пулемётным огнём с корвета, которым канадцы хотели предотвратить использование немцами оставшейся на лодке зенитки.
Вылезший из рубки Итес был ранен в ногу. Поднявшийся вслед за ним Гебешус был вынужден залечь прямо на мостике, чтобы не попасть под свинцовый шквал, которым «Оуквилл» поливал U 94. Канадцы также хотели предотвратить затопление субмарины в надежде захватить кодовые таблицы к «Энигме» или даже саму подлодку.
При среднем волнении моря корвету удалось стать борт о борт с лодкой, после чего на неё с пистолетами в руках прыгнули сублейтенант Гарольд Лоуренс (Harold Lawrence) и старшина Артур Пауэлл (Arthur Powell), которые составили абордажную партию.
Из рубочного люка появились двое немцев, одним из которых был инженер-механик U 94 Генрих Мюллер (Heinrich Müller). Когда они проигнорировали приказ канадского офицера остановиться, тот убил одного из них. Второй сделал движение в сторону Пауэлла, и его тоже застрелили — впоследствии выжившие немцы утверждали, что Мюллер пытался сдаться.
Затем Лоуренс разрешил оставшимся внутри лодки немцам выйти наверх и оставил их под охраной старшины на верхней палубе. Сам же он проник в рубку, люк которой застрял под углом в 40°. Внизу выяснилось, что света нет, нижняя палуба затоплена (оставалось чуть более метра до подволока), в воздухе пахло каким-то газом.
Лодка вздрогнула и как будто начала садиться кормой. Лоуренс указал в своём рапорте, что ему не удалось найти никаких секретных документов, поэтому он схватил четыре бинокля и вылез наверх. Он приказал всем прыгать в воду, и приблизительно в 23:00 лодка затонула, задрав нос, когда немцы и канадцы уже отплыли примерно на 15 метров.
Карл Дёниц встречает вернувшуюся из похода U 94 Герберта Куппиша. Сен-Назер, июнь 1941 года.
К этому времени подошёл американский эсминец «Леа» (USS Lea), но с «Оуквилла» передали, что в помощи не нуждаются.
Эсминец также послал абордажную партию на лодку, но, когда она подошла, над поверхностью оставалась только рубка, да и та скоро скрылась под водой. Американцы вернулась ни с чем, не успев даже ступить на палубу.
Из 45 членов экипажа U 94 пять были спасены корветом, ещё 21 поднят на борт «Леа». Пленные были уверены, что весь экипаж оставил лодку. По их мнению, некоторых убили во время боя, а остальные утонули. Было сказано, что лейтенант Шмидт утонул, так как не умел плавать.
Никто из экипажа U 94 не мог понять, почему лодка после атаки самолёта так и не смогла погрузиться, несмотря на попытки заставить её это сделать.
Гебешус рассказал, что сам осознал причину этого только тогда, когда U 94 задрала нос и затонула кормой: он заметил, что у лодки не было носовых горизонтальных рулей.
По его мнению, их сорвало взрывами глубинных бомб с самолёта. Таким образом, атака «Каталины» лейтенанта Фисса стала роковой для U 94.
Удар с другой стороны
Пока эскорт конвоя чинил расправу над лодкой Итеса, другая немецкая субмарина атаковала суда TAW-15. Это была U 511 капитан-лейтенанта Фридриха Штайнхофа (Friedrich Steinhoff), которая приняла все радиограммы, отправленные Итесом после обнаружения и преследования им конвоя.
Штайнхоф, следуя полученным координатам, шёл по следам Итеса и стал невольным свидетелем гибели U 94. Однако, согласно записям в журнале боевых действий U 511, её командир посчитал увиденное обманным ходом неприятеля, отвлекающего внимание от конвоя:
«23:00, квадрат EC 1298. Световые вспышки и стрельба осветительными снарядами по пеленгу 140°, и трассеры, как при стрельбе зениток. Прожектор самолёта. Два взрыва и вспышки замечены. Настоящий фейерверк. Возможно, отвлекают внимание».
U 511 обнаружила TAW-15 в 00:15 28 августа. Немцы насчитали 12–13 пароходов от 7000 до 9000 брт, идущих в четырёх колоннах и охраняемых кораблями эскорта. Фронт конвоя составляли большие танкеры.
Несмотря на яркую луну, Штайнхоф решил атаковать из надводного положения и осторожно начал предзалповое маневрирование, старясь не быть замеченным вражеским эскортом.
В 00:29 с дистанции 1200–1500 метров U 511 последовательно выпустила по выбранным целям сначала четыре торпеды из носовых, а затем две из кормовых торпедных аппаратов.
Погрузившись после атаки, Штайнхоф услышал три сильных взрыва, которые принял за попадания четырёх торпед, две из которых взорвались почти одновременно.
Затем лодку легко встряхнуло от двух взрывов, которые были приняты за глубинные бомбы или бомбы с самолёта. Чуть позже лодку сильно встряхнуло от двух сильнейших взрывов, которые немцы приняли за гибель одного из танкеров, который разнесли в клочья последние две торпеды.
Первый командир U 94 — Герберт Куппиш.
В 1:30 U 511 всплыла и сразу заметила на расстоянии 3000–4000 метров корабль эскорта у тонущего судна (оценённого в 8000 брт), а чуть позже ещё два эскорта, которые были приняты за вражескую группу ПЛО, ищущую дерзкую подлодку. Так как U 511 оказалась повреждена взрывами, Штайнхоф счёл необходимым покинуть опасное место, чтобы позже заняться ремонтом.
По его мнению, торпеды поразили три-четыре парохода общим тоннажем в 22 000–29 000 брт, из которых, вероятно, затонули два или три судна.
Это была первая атака U 511 — лодка находилась в своём первом походе и в первый раз разрядила в противника свои торпедные аппараты. Штайнхоф доложил в штаб об успешной атаке, честно заявив только два судна на 17 000 брт, в потоплении которых был уверен.
В реальности же его торпеды отправили на дно два танкера: «Роттердам» (Rotterdam) на 8968 брт и «Сан Фабиан» (San Fabian) на 13 031 брт. Кроме того, был торпедирован танкер «Эссо Аруба» (Esso Aruba) на 8773 брт, но судно не затонуло и сумело дойти до Кубы. Таким образом, U 511 отомстила конвою TAW-15 за гибель U 94.
Субмарина как яблоко раздора
Все выжившие подводники U 94, включая раненого Отто Итеса, были высажены в Гуантанамо на Кубе и попали в руки американцев. Последние были весьма горды тем, что у них в плену впервые оказался немецкий подводный ас, кавалер Рыцарского креста. Однако потопление лодки Итеса имело и неприятные последствия, которые американский историк Клэй Блэйр описал в своём труде о Битве за Атлантику следующим образом:
«Дело в том, что командующий военно-морской базой в Гуантанамо Джордж Уэйлер (George L. Weyler) попробовал раздуть участие американцев и затушевать действия канадцев. Он настаивал на том, что потопление должно быть засчитано эсминцу «Леа», так как он «открыл огонь» по лодке. Кроме того, рапорт Уэйлера вышестоящему начальству содержал едва прикрытую критику канадцев. Основываясь на рапортах американских экипажей «Каталины» и «Леа», командиру «Оуквилла» Кларенсу Кингу удалось опровергнуть обвинения Уэйлера и его бестактный рапорт. Официально потопление засчитали групповое — пополам экипажу «Каталины» Фисса и экипажу «Оуквилла» Кинга. U 94 стала шестой лодкой, потопленной непосредственно канадцами или при их участии. Это выдающееся достижение не было в то время оценено».
Блэйр прав в том, что подвиг канадцев не был оценён по достоинству.
За потопление U 94 командир «Оуквилла» Кинг лишь в декабре 1942 года был награждён орденом «За выдающиеся заслуги».
Любопытно, что он был ветераном Первой мировой и ещё в те годы имел крест «За выдающиеся заслуги» за службу на судах-ловушках для подлодок. Герой абордажа Гарольд Лоуренс был представлен за свои действия к Кресту Виктории, но Комитет по награждениям в Лондоне почему-то не нашёл оснований для этого, и канадский офицер был повышен в звании и награждён только крестом «За выдающиеся заслуги» со следующей формулировкой:
«За храбрые действия в непосредственном контакте с противником лейтенант Лоуренс, командовавший абордажной партией в составе двух человек, которая пыталась предотвратить затопление немецкой подлодки. С презрением к опасности, действуя в лучших традициях Королевского Канадского Флота, этот офицер в сопровождении старшины взошёл на борт немецкой лодки и, взяв в плен её экипаж, предпринял действия для предотвращения её затопления, невзирая на то, что она уже тонула».
Другой участник абордажа старшина Пауэлл был награждён медалью «За выдающиеся заслуги». Такую же награду получил и старшина Дэвид Уилсон (David Wilson) за предотвращение затопления помещения корвета, в котором образовалась пробоина после столкновения с подлодкой.
Однако канадская военная пропаганда не оставила без внимания подвиг своих моряков, и вскоре вышел плакат, изображавший момент, когда Лоуренс и Пауэлл брали на абордаж немецкую субмарину.
В завершение хотелось бы сказать пару слов о том, как сложилась дальнейшая судьба героев этой истории.
Кларенс Кинг после «Оуквилла» командовал фрегатами «Суонси» (HMCS Swansea) и «Раннимид» (HMCS Runnymede).
Он стал настоящим асом в борьбе с немецкими подлодками и в 1944 году принимал участие в потоплении ещё четырёх субмарин: U 845, U 448, U 311 и U 247, за что был повторно награждён крестом «За выдающиеся заслуги». После войны Кинг вышел в отставку, жил в Канаде и скончался в 1964 году.
Гарольд Лоуренс после «Оуквилла» продолжил службу на эсминце «Сиу» (HMCS Sioux). Он участвовал в проводке полярных конвоев в СССР и обеспечивал высадку в Нормандии во время операции «Оверлорд». После окончания войны Лоуренс остался на флоте и вышел в отставку только в 1965 году. Затем он преподавал в университете Оттавы и написал несколько книг о войне в Атлантике. Скончался в 1994 году в Канаде.
Отто Итес пробыл в плену у американцев до весны 1946 года, после чего вернулся в Германию. До 1956 года он работал зубным врачом, а после создания в ФРГ бундесмарине вернулся на флот, где прослужил 20 лет, выйдя в отставку в 1977 году контр-адмиралом. Итес скончался в 1982 году на родине, в городе Норден (Нижняя Саксония).
Blair С. Hitler's U-boat War. The Hunters, 1939–1942. — Random House, 1996.
Busch R., Roll H.-J. German U-boat Commanders of World War II. — Annapolis: Naval Institute Press, 1999.
Bush R., Roll H.-J. Der U-boot-Krieg 1939–1945. Deutsche Uboot-Erfolge von September 1939 bis Mai 1945. Band 3. — Hamburg-Berlin-Bonn: Verlag E.S. Mittler & Sohn, 2001.
Gannon M. Operation Drumbeat. — New York: Harper Perennial, 1991.
Livingston S.E. Oakville's Flower: The History of HMCS Oakville. — Dundurn Group, Toronto, 2014.
NARA T1022 (трофейные документы немецкого флота).
Rohwer J. Axis Submarine Successes of World War Two. — Annapolis: Naval Institute Press, 1999.
Wynn K. U-Boat Operations of the Second World War. Vol.1–2. — Annapolis: Naval Institute Press, 1998.