В Воронцовские пещеры с «Барьером»

Воспоминания о новичковых походах в Воронцовские пещеры со спелеоклубом «Барьер»

Январь 1996 года

В 10 км от Чёрного моря недалеко от Сочи в верховьях реки Кудепста протянулись на многие километры подземные ходы Воронцовских пещер, красота, легкодоступность и исключительное разнообразие которых притягивают туда множество начинающих и опытных спелеологов.

Чем же занимаются спелеологи в поезде долгие 35 часов от Москвы до Хосты? Конечно же шьют обвязки. Берут толстенные иглы с заправленными капроновыми нитями и сшивают друг с другом прочные толстые стропы, периодически примеряя обвязку на себе. Ну ещё, конечно, играют на гитаре, ведут спелеологические разговоры и играют в мафию. По крайней мере так было в 90-х годах прошлого столетия.

Поздно вечером проезжаем Белореченск. Родители передают мне большой пакет со свежеиспечёнными пирожками с повидлом, которые тут же перекочёвывают в голодные студенческие желудки. «Давай твою маму в поход возьмём!» — шутят.

Поезд постепенно углубляется в горы, скрипя рельсами на крутых изгибах, замедляет ход на подъёмах и останавливается на тёмных горных полустанках. Я не сплю до поздна, всматриваясь через мутное окно в резко очерченные в свете яркой полной луны плавные контуры гор и предгорий Северного Кавказа.

Хоста. Ночь. Небольшой, но чистый вокзал под огромной высокой эстакадой нового шоссе. Зимой на Чёрном море не жарко, но по стравнению с морозной Москвой — просто лето.

Ранним утром, пока ещё в полной темноте, загружаемся в тесный автобус до Калинового озера. Рюкзаки свалены в кучу на задней площадке. То и дело атобус резко заносит на крутых горных серпантинах — только успевай держаться за поручни. На сиденьях кемарят сонные спелеологи и несколько местных жителей, непонятно куда собравшихся в такую рань.

А за окнами над далёкими контурами Кавказских вершин занимается неземной красоты кроваво-красный рассвет.

Рюкзак спелеолога весьма тяжёл (тяжелее бывает, пожалуй, разве что только рюкзак спелеолога подводника). Но с другой стороны, спелеологу, как правило, не нужно каждый день собирать рюкзак и перетаскивать его с места на место, в отличие от того же горного туриста. И всё таки два раза — на пути туда и обратно — придётся напрячься.

Путь от посёлка Калиновое озеро до пещер начинается наезженной просёлочной дорогой и проходит мимо садов и чайных плантаций, постепенно спускаясь к реке Подземная Хоста. Говорят, каньон этой реки необычайно красив и интересен, о чём, впрочем, можно догадаться из её названия. Тут дорога делает большую петлю, поэтому мы сворачиваем с неё и, перейдя через ручей, начинаем подъём по полузаросшей просеке. Тяжёлый рюкзак с зимними вещами, спальником, продуктами, снаряжением, гидрокостюмом, фотоаппаратом и прочими мелочами немилосердно тянет вниз, но вскоре подъёму конец и у домиков посёлка Воронцовка мы снова выходим на дорогу — сократили путь ценой резкого подъёма по крутому склону.

Как обычно, за сборами и разговорами цепочка спелеологов растягивается на многие сотни метров, но постепенно все собираются у памятника военным лётчикам у развилки на Воронцовские пещеры. Отсюда ещё немного простого пути по лесной дороге, потом по тропе, и вот мы, наконец, прибываем на место — относительно ровная площадка в чистом редком лесу. Пора ставить палатку и готовиться к первому выходу в пещеру, огромный грот которой призывно чернеется неподалёку.

Воронцовские пещеры — это на самом деле одна огромная связанная система ходов общей длиной более 11 км, но для удобства и по характеру залегания эту систему условно разделяют на 4 части.

Спелеолог упал в 40-метровом колодце Кабаньего Провала. Звучит страшно, но на самом деле, когда до дна колодца оставалось всего 15 метров, человек потерял контроль над спусковым устройством и просто очень-очень быстро съехал по верёвке вниз. Бобины «решётки» (спускового устройства) совершенно не держали на мокрой и скользкой верёвке, а страховочный самохват, предназначенный именно для таких случаев, потерпевший в панике обхватил руками, от чего он перестал выполнять свою функцию.

Пока я находился в ступоре от случившегося на моих глазах падения, более опытные товарищи обеспечили подъём упавшего на поверхность (на самом деле вылез своими силами) и уложили в самую сухую палатку. Тем временем быстроногий гонец (был у нас в группе спортсмен ориентировщик) сбегал на Воронцовский приют вызвать спасотряд, а мы пока из двух прочных палок и верёвки изготовили носилки, чтобы с рассветом отнести человека до приюта.

Ночью валил снег, покрыв ровным пушистым слоем всю грязь, прошлогоднюю листву и натоптанные спелеологами тропинки. Четверо несли на плечах носилки, ещё более многочисленная группа поддержки семенила рядом, периодически сменяя друг друга. На ветках громоздились комья свежевыпавшего тяжёлого снега и вокруг было безумно красиво.

Как выяснилось потом, упавший оказался совершенно цел и невредим. А ещё его показали по телевизору в местных новостях.

После похода все отправились на поезде обратно, перед этим традиционно искупавшись в зимнем Чёрном море. Я же остался ещё на денёк у знакомых в Хосте, чтобы на следующий день попытаться пройти пешком весь хребет Алек. Это после снегопада то? Конечно же у меня ничего не получилось, но об этом отдельный рассказ.