Диалектика души героев романа Л. Н. Толстого «Война и мир»

Л.Н. Толстой известен не только как гениальный писатель, но и как удивительно глубокий и тонкий психолог. Роман Л.Н. Толстого «Война и мир» открыл миру галерею бессмертных образов. Благодаря тонкому мастерству писателя-психолога, мы может проникать в сложный внутренний мир героев, познавая диалектику человеческой души.Основными средствами психологического изображения в романе «Война и мир» являются внутренние монологи и психологические портреты.Образ Пьера Безухова является одним из самых важных в романе. Автор знакомит нас со своим героем уже с первых страниц произведения, в салоне Анны Павловны Шерер. Современники отмечали заметное сходство межу персонажем и автором. Действительно, Пьер Безухов выражает многие заветные мысли писателя. Но отождествлять их во всем не следует.

Диалектика души героев романа Л.docx

Л.Н. Толстой известен не только как гениальный писатель, но и как удивительно глубокий и тонкий психолог. Роман Л.Н. Толстого «Война и мир» открыл миру галерею бессмертных образов. Благодаря тонкому мастерству писателя-психолога, мы может проникать в сложный внутренний мир героев, познавая диалектику человеческой души.

Основными средствами психологического изображения в романе «Война и мир» являются внутренние монологи и психологические портреты.

Образ Пьера Безухова является одним из самых важных в романе. Автор знакомит нас со своим героем уже с первых страниц произведения, в салоне Анны Павловны Шерер. Современники отмечали заметное сходство межу персонажем и автором. Действительно, Пьер Безухов выражает многие заветные мысли писателя. Но отождествлять их во всем не следует.

Образ Пьера Безухова, как и образы Наташи Ростовой и Андрея Болконского, дан в динамике, то есть в постоянном развитии. Лев Толстой делает акцент на искренности, детской доверчивости, доброте и чистоте помыслов своего героя. Пьер охотно и даже радостно подчиняется чужой воле, наивно веря в благосклонность окружающих. Он становится жертвой корыстолюбивого князя Василия и легкой добычей для лукавых масонов, также неравнодушных к его состоянию. Толстой замечает: повиновение «даже не представлялось ему добродетелью, а счастьем».

Одно из нравственных заблуждений молодого Безухова – бессознательная потребность подражать Наполеону. В первых главах романа он восторгается «великим человеком», считая его защитником завоеваний французской революции, позже радуется своей роли «благодетеля», а в перспективе – и « освободителя» крестьян, в 1812 году хочет избавить людей от Наполеона, «Антихриста». Стремление возвыситься над людьми, даже продиктованное благородными целями, неизменно приводит его в духовный тупик. По мнению Толстого, и слепое повиновение чужой воле, и болезненное самомнение равно несостоятельны: в основе того и другого – безнравственный взгляд на жизнь, признающий за одними людьми право повелевать, а за другими – обязанность подчиняться.

Юный Пьер – представитель интеллектуальной дворянской элиты России, с презрением относившейся к «близкому» и «понятному». Толстой подчеркивает «оптический самообман» героя, отчужденного от повседневной жизни: в обыденном он не способен рассмотреть великое и бесконечное, видит только «одно ограниченное, мелкое, житейское, бессмысленное». Духовное прозрение Пьера – это постижение ценности обычной, «негероической» жизни. Испытав плен, унижения, увидев изнанку человеческих отношений и высокую духовность в обычном русском мужике Платоне Каратаеве, он понял, что счастье – в самом человеке, в «удовлетворении потребностей». «… Он выучился видеть великое, вечное и бесконечное во всем и потому… бросил трубу, в которую смотрел до сих пор через головы людей», - подчеркивает Толстой.

На каждом этапе своего духовного развития Пьер мучительно решает философские вопросы, от которых «нельзя отделаться». Это самые простые и самые неразрешимые вопросы: «Что дурно? Что хорошо? Что надо любить, что ненавидеть? Для чего жить, и что такое я? Что такое жизнь, что смерть? Какая сила управляет всем?» Напряженность нравственных поисков усиливается в кризисные моменты. Пьер нередко испытывает «отвращение ко всему окружающему», все в нем самом и в людях представляется ему «запутанным, бессмысленным и отвратительным». Но после бурных приступов отчаяния Пьер вновь смотрит на мир глазами счастливого человека, постигшего мудрую простоту человеческих отношений.

Находясь в плену, Пьер впервые ощутил чувство полного слияния с миром: «и все это мое, и все это во мне, и все это я». Радостное просветление он продолжает чувствовать и после освобождения – все мироздание кажется ему разумным и «благоустроенным». Толстой отмечает: «планов теперь он не делал никаких…», «не мог иметь цели, потому что он теперь имел веру – не веру в слова, правила и мысли, но веру в живого, всегда ощутимого Бога».

Пока человек жив, утверждал Толстой, он идет по пути разочарований, обретений и новых потерь. Это относится и к Пьеру Безухову. Периоды заблуждений и разочарований, сменявшие духовное просветление, не были нравственной деградацией героя, возвращением героя на более низкий уровень нравственного самосознания. Духовное развитие Пьера – сложная спираль, каждый новый виток выводит героя на новую духовную высоту.

В эпилоге романа Толстой не только знакомит читателя с «новым» Пьером, убежденным в своей нравственной правоте, но и намечает один из возможных путей его нравственного движения, связанного с новой эпохой и новыми обстоятельствами жизни.

ПЕЙЗАЖ В РОМАМЕ

Толстой - гениальный пейзажист. В его пейзажах поражает прежде всего необычайная на-блюдательность писателя и художественная чуткость к запахам и краскам, к тончайшим оттенкам жизни природы. Он отметит и молодые «зелёные клейкие листья» берёзы, и зеленеющий где-то кустарник, и «сочную, тёмную зелень дуба», и лунный свет, ворвавшийся в комнату, и свежесть весенней ночи. Вспомним чудесно описанную охоту в Отрадном. И люди, и животные, и природа выступают здесь как показатели мощной силы жизни, её полнокровия.

Пейзаж выполняет в романе различные функции. Наиболее общей особенностью пейзажа Толстого является соответствие этого пейзажа настроению героя.

Разочарование, мрачное настроение князя Андрея после разрыва с Наташей окрашивает в мрачные тона и окружающий пейзаж. «Он посмотрел на полосу берёз, с их неподвижной желтизной, зеленью и белой корой, блестящих на солнце. «Умереть. чтобы меня убили, завтра, чтобы меня не было. чтобы всё это было, а меня бы не было. »

Его томят страшные предчувствия и мучительные мысли о смерти. И эти берёзы с их светом и тенью, и эти курчавые облака, и этот дым костров - всё это вокруг преобразилось для него и показалось чем-то страшным и угрожающим. А поэтичность натуры Наташи, наоборот, раскрывается на фоне весенней лунной ночи в Отрадном.

В других случаях пейзаж непосредственно воздействует на человека, просветляя и умудряя его. Князь Андрей, раненный под Аустерлицем, смотрит на небо и думает: «Да! Всё пусто, всё обман, кроме этого бесконечного неба». Дуб, который дважды встречает на своём пути князь Андрей, совершенно по-разному раскрывает ему «смысл жизни»: в одном случае он кажется князю Андрею олицетворением безнадёжности, в другом - символом радостной веры в счастье.

Наконец, Толстой использует пейзаж как средство характеристики реальной обстановки. Вспомним хотя бы сильный туман, расстилавшийся сплошным молочно-белым морем над окрестностями Аустерлица. Благодаря этому туману, закрывавшему позиции французов, русские и австрийские войска были поставлены в худшее положение, так как не видели неприятеля и неожиданно столкнулись с ним лицом к лицу. Наполеон же, стоявший на высоте, где было совершенно светло, мог безошибочно руководить войсками.

Важно подчеркнуть, что Толстой смотрит на природу чисто материалистически, не вкладывая в неё никакого таинственного, религиозного смысла и содержания.

В романе-эпопее Л. Н. Толстого "Война и мир" широко представлены все формы психологического анализа состояния героев: портреты, речь и поступки героев, пейзаж, внутренние монологи и др. Остановимся подробнее на последнем художественном приеме где ярче всего проявляется мастерство писателя передавать тончайшие переживания, что и дало повод Н. Г Чернышевскому назвать эту сторону таланта Толстого "диалектикой души".

Наиболее ярко раскрывают названный прием переломные, критические моменты, когда происходят изменения в жизни героев, во взглядах на окружающий мир, на самих себя.

Например, эпизод, когда молодой Николай Ростов, впервые оказавшись на войне, попадает в "дело". Только столкнувшись лицом к лицу со смертью, близкой и ужасной, юный офицер осознает всю значимость и ценность человеческой жизни, понимает бессмысленность и жестокость войны, которая противоречит естественным законам природы: "Николай Ростов отвернулся и, как будто отыскивая чего-то, стал смотреть на даль, на воду Дуная, на небо, на солнце! Как хорошо показалось небо, как голубо, спокойно и глубоко! Как ярко и торжественно опускающееся солнце! Как ласково-глянцевито блестит вода в далеком Дунае!" Читая эти строки, невольно вспоминаешь о бренности всего сущего. Жизнь человека должна протекать тихо и безмятежно, всякое отклонение от этого кажется противоестественным: "Во мне одном и в этом солнце так много счастья, а тут . стоны, страдания, страх и эта неясность, эта нелепость". Как и на всякого чувствующего красоту жизни человека, на Ростова внезапно сходит отвращение ко всему творящемуся вокруг него: "И страх смерти, и любовь к солнцу и жизни - все слилось в одно белезненно-тревожное впечатление".

Вероятно, подобное же ощущение испытывал князь Андрей после ранения на Аустерлицком поле. Ему также вдруг открылась картина совершенно иного, независимого от людей мира. Однако в отличие от Ростова Болконский в состояние понять и выразить словами свое чувство: "Да! все пустое, все обман, кроме этого бесконечного неба. Ничего, ничего нет, кроме него. Но и того даже нет, ничего нет, кроме тишины, успокоения. И слава Богу. " Небо Аустерлица стало для князя Андрея откровением, он понял, что в мире существует еще что-то, чему нет дела до людских горестей и волнений, неудач, тревог: "Как тихо, спокойно и торжественно, совсем не так, как я бежал, не так, как мы бежали, кричали и дрались, совсем не так, как с озлобленными и испуганными лицами тащили друг друга и француз и артиллерист, - совсем не так ползут облака по этому высокому бесконечному небу. Как же я не видал прежде этого высокого неба? И как я счастлив, что узнал его наконец". Один пейзаж, и жизнь видится совсем другою, то новое, что Болконский узнал на Аустерлицком поле, стало на долгое время основой его миропонимания.

Таким образом, для Толстого-психолога важным было показать не только слова и поступки героев, что немаловажно в понимании целостного образа, но в большей мере уделить внимание внутреннему миру человека, его переживаниям, мыслям, чувствам.