Кратко - «Либерализм. гораздо опаснее фашизма.» Далее много букв, либерастам к прочтению обязательно. ⁠ ⁠

Я думаю, что либерализм угрожает всему человечеству. Фашизм был более бесхитростным, поэтому был не так опасен. Он не угрожал всему человечеству.

4. Равенство. – Как мне представляется, либерализм хотя и говорит о равенстве, но настолько извращает смысл этого понятия, что от равенства ничего не остается. «Равенство все чаще интерпретировалось как «равенство возможностей», - пишут М. и Р. Фридман, - в том смысле, что никто не имеет права произвольно препятствовать другим индивидуумам в использовании их возможностей для достижения поставленных ими перед собой целей. Таков основной смысл, который и сейчас вкладывает в это выражениебольшинство граждан Соединенных Штатов» (Там же, с. 73). Мы видим, что сначала «равенство» интерпретируется как «равенство возможностей», а затем подменяется «равенством в использовании своих возможностей». А ведь всем нам прекрасно известно, что никакого равенства возможностей – в смысле одинакового набора каких-то благ, имеющихся у каждого человека с момента рождения, не существует: один ребенок родился в бедной семье и у него нет возможности получить качественное образование, избрать ту сферу деятельности, которая ему нравится и вкоторой он наилучшим образом сумел бы проявить свои способности, и т.д.; у ребенка из состоятельной семьи все эти возможности имеются. Один родился в глухой деревушке, другой – в столице или крупном культурном центре; один – сын сенатора, другой – сын безработного. Ясно, что при равенстве использовать свои возможности, никакого равенства самих возможностей не существует и не может существовать, если сохраняется частная собственность и институт наследования. Надо сказать, что Фридман это вполне осознает, но стремится оправдать: «…когда дети богатых родителей, - пишет он, - от рождения оказываются в привилегированном положении с остальными своими сверстниками – это несправедливо. Однако несправедливость в нашем мире может проявляться по-разному. Например, одним детям достается в наследство от родителей облигации, акции, дома и заводы; другие наследуют музыкальные способности, физическую силу, математическую одаренность; а третьи – ни того, ни другого. Наследование имущества представляет собой болееочевидную мишень для критики, чем наследование таланта, но разве с моральной точки зрения между ними есть какая-то разница?» (там же, с. 83). Мне кажется, в своей апологетике капитализма либеральные идеологи порой готовы отказаться даже от здравого смысла. Что же, Фридман не понимает разве, что между наследованием имущества и наследованием таланта имеется громадная разница именно с моральной точки зрения? Разнообразные способности – как и рост, цвет глаз или волос, форма носа – являются результатом случайной игры генов – игры, в которую человек только еще начинает вмешиваться. Наследование же имущества обусловлено общественными отношениями, нормами права, которые складываются врезультате деятельности людей, поэтому то общественное устройство, при котором уже с рождения какие-то люди наделены определенными привилегиями, кажется большинству людей несправедливым. И в реализации унаследованного имущества и унаследованного таланта существует громадная разница. Получив в наследство имущество, я могу для его сохранения и преумножения нанять каких-нибудь «эффективных менеджеров», а сам буду пользоваться всеми благами жизни, не ударивпальцем о палец. А вот если я унаследовал только талант к какому-то виду деятельности, то мне самому нужно очень и очень много потрудиться, чтобы развить этот талант и реализовать его. Все это настолько очевидно, что неловко даже говорить об этом. Следует ясно осознать, что либеральная философия принципиально отвергает равенство. Если главная цель всякого человека, с точки зрения либерализма, заключается в стремлении к приобретению и сохранению материальных благ, к улучшению своего положения и на первом месте должна стоять свобода в достижении этой цели, то равенство – в обычномсмысле равной доступности для всех социальных благ – невозможно. Признавая равенство всех людей, мы должны были бы признать справедливым такое распределение социальных благ, при котором каждый получает равную долю с другими; если же кто-то получает больше, то это должно быть заслужено – большими усилиями, большими способностями, большим вкладом в общее дело. Либерализм же говорит о равенстве только в том смысле, что люди должны иметь равные права стремиться к своим целям. Однако, признавая частную собственность, либерализм оправдывает неравенство стартовых условий у разных людей, следовательно, оправдывает неравенство в достигаемых ими результатах и, в конечном счете, –социальное неравенство. Поэтому-то либеральные мыслители легко мирятся даже с сохранением остатков старого сословного неравенства во многих странах Европы. Королевская власть сохраняется в Англии, Нидерландах, Испании, Швеции и т.д. Что собой представляет палата лордов в Англии? – Феодальный институт, членами которого становятся по праву рождения! Всем известен принц Чарльз, наследник английского престола. В десятилетнем возрасте он был награжден орденом Подвязки, сейчас у него более двух десятков высших орденов разных стран. Он имеет воинское звание адмирала флота, маршалаВВС и фельдмаршала. За какие, спрашивается, заслуги? Но что-то я не видел, чтобы кто-то из англо-американских либеральных мыслителей обратил на это внимание. 5. Этика либерализма. – Яркий портрет человека либеральной идеологии создала в своих произведениях американская журналистка, писательница русского (увы!) происхождения Айн Рэнд (1905 – 1982). Для нас в данном случае интересно то, что Айн Рэнд попыталась создать этическую теорию, призванную представить морального оправдание свободного рыночного капитализма и сформулировать нравственные принципы, которыми должен руководствоваться либеральный индивид в своих отношениях к себе и к окружающим его людям. Пишет она ярко, хлестко, пренебрегая сдержанностью и корректностью, которые, в общем, характерны для американских интеллектуалов, однако выражает в своих сочинениях именно те идеи, которые они разрабатывают и пропагандируют в своих теоретических работах. Человек для Рэнд – это, прежде всего и главным образом, биологический организм, руководствующийся инстинктом самосохранения. Главное для него – сохранить и благоустроить свою жизнь. «Физическое ощущение удовольствия – сигнал, показывающий, что деятельность организма осуществляется в правильном направлении» (Рэнд А. Добродетель эгоизма. 2-е изд. М., 2012, с. 19). Отсюда понимание важнейших категорий этики: добро – то, что приносит удовольствие организму; зло – то, что ему вредит или уменьшает удовольствие. Рэнд претендует на то, чтобы быть философом и строит особую этическую систему – «этику объективизма», согласно которой «главная задача морали – определить правильные ценности и интересы человека;… забота о собственных интересах – это сущность нравственного существования; и… нравственные поступки должны приносить пользу самому человеку» (там же, с. 10). Здесь мы видим, как рассуждения экономических либералов о том, что стремление к личной выгоде на рынке в конечном итоге приводит к выгоде для всех, возводится в ранг общего этического принципа.

Как следует относиться к другим людям? Здесь я вынужден привести длинную цитату: «Чтобы верно определить, - пишет Рэнд, - стоит ли помогать другому человеку и в каких случаях, нужно опираться на собственную рациональную заинтересованность и собственную иерархию ценностей: время, деньги или усилия, которые необходимо потратить, риск,на который необходимо пойти, должны быть пропорциональны ценности, которую представляет для вас другой человек. Покажем это на любимом примере альтруистов: вопросе о спасении тонущего. Если человек, которого требуется спасать, - незнакомец, то с моральной точки зрения спасать его стоит лишь в том случае, если опасность для вашей жизни минимальна; если риск велик, пытаться спасти его будет аморально: только неадекватно низкая самооценка может позволить человеку ставить свою жизнь не выше жизни любого случайного незнакомца» (там же, с. 55). Человек живет и действует в обществе себе подобных. Рэнд это осознает. Но для нее общество – это просто механическая совокупность рядом живущих индивидов и не более того: «нет такой реальной сущности, как «общество», - утверждает она, - а общество – просто набор личностей» (там же,

Ответ на пост «В центре Москвы, у входа в Большой театр прошла заукраинская акция против спецоперации на Украине»⁠ ⁠

В преддверии Дня Победы активизировались многие организации. Например движение Весна решило перейти от развешивания зелёных ленточек к более активным действиям. Для меня лично, и думаю что для многих других людей, Бессмертный полк всегда был и остаётся истинно народным и правильным движением, и очень не хочется чтобы некоторые бандерлоги навредили этому движению

Организаторы этих провокаций активно привлекают внимание к своим действиям. Под многими постами медузы, Навального и других СМИ в Инстаграме появляются подозрительно похожие друг на друга комментарии, призывающие участвовать в этих провокациях.