В ОККУПАЦИИ. Как американский еврей Шусторович стал распорядителем русской науки

Прекращает существование знаменитое издательство "Наука", которому в 2018 году фактически исполнилось 290 лет. Предшественником издательства была Академическая книгопечатня в Петербурге, находившаяся на пересечении Девятой линии и Большого проспекта. В известном нам виде "Наука" - детище Сергея Вавилова, который совместил две задачи - выпускать книги учёных и книги для учёных. Понимая, что научное книгоиздание – вещь дорогая и трудная, Вавилов объединил торговую сеть, издательство и типографию. "Наука" подчинялась напрямую АН, таким образом, Вавилов добился некоторой автономии, книги издательства не проходили Главлит.

Система оказалась очень жизнеспособной. В лихие девяностые издательство "Наука" практически не пострадало, только число магазинов заметно сократилось: из 152 "Академкниг" осталось 9 (часть оказалась за границами РФ). Но и магазины, а, в первую очередь, типографии в Питере и Москвеудержали издательство на плаву, в то время как не смогли пережить эти годы такие гиганты книгоиздания как "Прогресс" и "Мир". Более того, "Наука" смогла пройти относительно без потерь и жесточайший кризис 2008 года, когда книжный рынок просел и многие ведущие издательства чудом избежали краха. В 2012-м у издательства с оборотом порядка 600 миллионов рублей к концу года долг равнялся миллиону – стандартный объём для больших организаций. Но за несколько лет долги "Науки" вырастают в сотни раз. Получается, что издательство откровенно и целенаправленно ведут к банкротству.

Улица "ждёт" несколько сотен уникальных специалистов-редакторов. Да, кто-то из них перетечёт в иные издательства, кто-то просто уйдёт на пенсию. Но восстановить систему, заново собрать коллектив впоследствии будет невозможно. Не будем забывать и о том, что цикл производства книг "Науки" - неизбежно продолжителен, некоторые проекты ведутся более десяти лет.

Часть академического сообщества наивно уповает на "цифру", видимо, ориентируясь на мифы конца нулевых. Однако если ориентироваться на западный опыт, то только 30% рынка – это электронные книги, а 70% – бумажные. Фундаментальные издания наподобие отечественных "ЛитПамятников" доступны в "цифре", но и бумажные издания востребованы, их обязательно выпускает ведущие европейские издательства.

На месте типографии "Науки", вероятно, появится очередной бизнес-центр с ресторанами. А многолетняя история крупнейшего в мире научного издательства подходит к концу. И основной причиной тому - не экономика, кризис или отсутствие читательского интереса, а желание вполне определенных людей защитить свой бизнес.

В 1992 году Академия наук озаботилась тем, что наших учёных плохо знают за рубежом, и откликнулась на интересное предложение американо-российского бизнесмена Александра (Алекса) Шусторовича. Господин Шусторович – фигура колоритная. Сын членкора Академии наук, фигурант скандального "уранового дела", один из сонма бывших женихов Ксении Собчак. Даже фамилия встречается в двух вариантах: светский лев Алекс Шустерович и успешный бизнесмен Александр Шусторович. К слову, в настоящее время въезд в Россию ему заказан.

Шусторович предлагает переводить журналы Академии наук и издавать их на Западе. Это и знаковые гуманитарные журналы вроде "Вопросов философии", "Русской литературы", и естественно-научные, всего АН принадлежит порядка 140 журналов. Разумеется, Шусторовича, в первую очередь, привлекают вторые – "Доклады Академии Наук", "Журнал физической химии " и т.п. - имеющие спрос заграницей.

В 1993 году создаётся ООО "Международная академическая издательская компания (МАИК) „Наука/Интерпериодика“", учредителями которой выступили ГУП "Академиздатцентр „Наука“", РАН и компания Шусторовича Pleiades Publishing Inс. Академия наук входит в компанию с очень интересной формулировкой - «интеллектуальной собственностью журналов», оцененной аж в 14 тысяч рублей, вклад "Науки" - здания и сооружения. Соответственно, возникает подконтрольная Шусторовичу контора, которая работает на площадках "Науки", Академия наук со своей стороны приносит всё, что наиздавала Шусторовичу, а Pleiades Publishing, обладая монопольным правом на продвижение всех российских академических журналов за границей, переводит и продаёт. Так, Шусторович заключает контракт с влиятельной немецко-американской компанией Springer Nature. Между прочим, западное издание российских академических журналов приносит ежегодный доход в 40 миллионов долларов. Основными покупателями являются ведущие западные университеты.

В 2014 году на сцене появляется Федеральное агентство научных организаций, которое забирает в своё ведение все «непрофильные активы» - гаражи, детские сады, столовые и издательства. Почему-то ФАНО решило, что издательства – это не научная деятельность, а сервис. Впрочем, нельзя сказать, что и Академия наук как-то сражалась за "Науку".

В 2016 году руководство "Науки" начинает противоборство с МАИК с целью вернуть выпуск журналов под свой контроль. В ответ Шусторович начинает враждовать с "Наукой", ещё больше вгоняя издательство в долги. С подачи руководства Академии наук вопрос издания журналов выносится на конкурсы-аукционы. При этом "Наука" тоже должна участвовать в этих аукционах, хотя, во-первых, весь редакторский состав журналов входит в штат издательства, а, во-вторых, эта модель выходит за рамки закона, ибо участвовать в таких конкурсах могут организации, не имеющие задолженности перед государством (а "Наука" к тому моменту в долгах как в шелках).

Идея очевидна - легально разобрать активы. Большую часть предложений "выигрывали" американцы, "Науке" предлагалось сидеть тихо и получать свой локальный гуманитарный кусок.

Последнее руководство "Науки" отказывается играть по правилам Шусторовича. Поэтому он решает, что бизнес надо защитить. А защитить бизнес – значит, забрать его целиком. Шусторович заходит на аукционы через фиктивную фирму-посредника и выигрывает конкурс на издание 80% журналов. Отныне российские научные журналы по физике, химии, биологии, геологии будет издавать компания "Академкнига, но 100%-ым учредителем оной является Pleiades Publishing Inc. Дополнительно компания получает на издание журналов от государства 67,5 миллионов рублей. Получается, что на государственные деньги открыто частное окошко по приёму результатов научных исследований российских учёных. А книгоиздательская программа "Науки" в этой коммерческой истории становится просто лишней.

Через своих посредников Алекс Шусторович делает российским учёным предложение, от которого они фактически не могут отказаться. Договоры о публикации в журналах отныне составлены таким образом, что статьи навсегда переходят в собственность компании Шусторовича.

Как раз в декабре прошлого года ФАНО принимает решение, по которому показателем отчётности за исследование, сделанное на государственные деньги, является публикация в академическом журнале. А оценка труда российского учёного нынче напрямую зависит от так называемого "индекса Хирша", который основан на количестве публикаций и количестве цитирований этих публикаций.

Как возникает сей пресловутый индекс. Например, можно выучить английский язык, накопить денег для взноса на участие в конференции, прочесть интересный доклад (и тебя позовут работать в Штаты или Англию). Но если ты не можешь ездить по конференциям или просто не хочешь уезжать из России - статью должен принять академический журнал, тогда есть шанс издаваться напрямую. Значит, надо всеми правдами и неправдами быть принятым и переведённым господином Шусторовичем. В этом случае индекс растёт как на дрожжах, потому что учёный попадает в единые базы, его цитируют. Получается, что Шусторович теперь ещё обладает и инструментом рейтингования учёных и влияет даже на то, какую зарплату Российская Федерация положит учёному.

Итак, Алекс Шусторович оказывается на позиции, которая позволяет контролировать российскую науку. Даже если предположить, что в его бизнес-интересах то, чтобы курица продолжала нести яйца, сиречь, чтобы были исследования и результаты – ситуация выглядит, мягко говоря, довольно странно. А если предположить, что господин Шусторович в той или иной степени несамостоятелен? Тогда все декларации о суверенитете нашей страны повисают в воздухе. Ведь учёный может заниматься совершенно абстрактными теориями, однако и эти исследования будут востребованы в военной сфере.

Для менеджмента бывшего ФАНО ликвидация "Науки" - хрестоматийный способ решения проблемы. РАН, в свою очередь, тоже не беспокоится, хладнокровно наблюдая за гибелью своего книгоиздания. А академическая наука в целом оказывается в руках американского бизнесмена, которому закрыт въезд в Российскую Федерацию.

Занятная статья в продолжение темы о перехвате науки в России. При всём обличительном пафосе, однако, она грязнет в деталях и не даёт общего понимания, потому сначала поясню.

(а) научное издание (журналы) в мире сравнительно недавно стало сильно монополизировано, его перехватили 3 мега-игрока - 'Elsevier', 'Springer' и кто-то ещетретий

Если вы ученый и вам надо публиковать результаты исследований, то У ВАС НЕТ ВЫБОРА, как только публиковать у монополистов. Почему? - а просто, вторая часть системы контроля, разные "аттестации" и т.д., требует публикаций именно в "признанных" журналах, с не менее чем таким-то "рейтингом". Иначе - если пытаться создать альтернативу или использовать имеющиеся открытые места - вы не считаетесь "ученым" по "стандартам" в исследовательском мире

(б) Что значит публикация - монополист НЕ ДЕЛАЕТ НИЧЕГО, даже не оформляет статьи под образец журнала - монополист даже типографское форматирование вынуждает делать самих ученых.Далее монополист отписывает себе с договоре некие эфемерные "права" ("на оформление" у Элсевиэр'а, что бы это ни значило) - и начинает торговать - себе в карман, авторы не получат ни шиша, ведь монополист теперь "владеет" какими-то там "правами", т.е. торгуют чужим ТРУДОМ, КОТОРЫЙ УЖЕ БЫЛ ОПЛАЧЕН частоГОСУДАРСТВЕННЫМИ и т.д. деньгами, и по правилам многих государств ОБЯЗАН быть открытым и свободным (как и по традициям науки, ученые подразумевается как бы свободно обмениваются результатами исследований). Перехват любых "прав" прокладкой на чужую огромную и требующую многолетней квалификации работу - абсолютный рэкет.

Даже старые, 1960х-1970х, статьи монополисты продают в моей области (естественные науки) за 30-35 долларов штука. Поскольку для своей работы надо сделать поиск (я помню как-то поднял 650 публикаций чтобы разобраться, просмотреть, выделить нужное для одной своей), то даже для американских богатых университетовподписка на издания монополистов становится неподъёмной.

Т.е. НЕ ДЕЛАЯ НИЧЕГО прокладки-гешефтеры ПОЛУЧАЮТ ДО 40% прибыли, на ровном месте. И их не обойти, потому что иначе ты "не учёный", и перестанешь получать свои гранты на исследования и т.д.

(в) В оккупированной России была введена в точности та же система. Насколько можно понять, еврейский гешефтер, бывший жених Ксении Собчак, сынок химика-еврея, давно когда-то эмигрировавшего в США, не действовал сам и по наитию. Как 99% прочих механизмов после оккупации и расчленения СССР, он стал лишь посланником больших западных корпораций и стратегических соображений по перехвату и контролю за всем потоком публикаций в России.

Совфед попросит прокуратуру и ФСБ проверить издательскую деятельность РАНПрофильный комитет Совета Федерации привлечет Генпрокуратуру и ФСБ к ревизии договоров об использовании интеллектуальной собственности РАН. Причина в том, что российские научные труды переводит и распространяет компания из СШАФото: Сергей Бобылев / ТАСС

Комитет Совета Федерации по науке, образованию и культуре попросит Генеральную прокурату и Федеральную службу безопасности (ФСБ) проверить договоры Российской академии наук (РАН) по использованию интеллектуальной собственности начиная ​с 1990-х годов, рассказал РБК член комитета Виктор Кондрашин. Поручение провести такую проверку комитету дала председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко во вторник, 25 июля. Планируется, что обращения комитета будут поданы в ближайшее время, сообщил Кондрашин.

Под «использованием интеллектуальной собственности» в данном случае подразумевается прежде всего издательская деятельность, следует из выступления Кондрашина на пленарном заседании верхней палаты (текст есть у РБК). Ее надо будет проверить на «соответствие национальным интересам России». Сенатор заявил, что государственное издательство «Наука» с 1990-х годов стало «прикрытием» для деятельности Международной академической компании «Наука/Интерпериодика» (МАИК), учрежденной при участии американского издательства Pleiades.

Pleiades требует от авторов научных статей передачи авторских прав, а также, помимо печати переведенных на английский язык журналов РАН, распространяет их электронные версии, о чем не уведомляет ни редакцию, ни авторов. Такое поведение, по мнению Кондрашина, нарушает российские законы о персональных данных и об авторском праве.

«Я сторонник международного научного сотрудничества, наука по природе свой интернациональна. Но нужно учитывать, что результаты научных исследований нередко становятся предметом политического регулирования», — заявил в своем выступлении Кондрашин.

Он пояснил РБК, что вся издательская деятельность РАН непрозрачна. Например, издательство «Наука» и курирующее ее Федеральное агентство научных организаций (ФАНО) не отчитываются перед редакциями научных журналов ни о бюджетах, потраченных на печать, ни о распространении изданий. Сложно получить сведения о тираже журналов, их подписчиках и механизме распространения. Между редакциями нет договорных отношений ни с ФАНО, ни с «Наукой» или МАИК, подчеркнул сенатор.

Редакции научных институтов обычно находятся при институтах РАН и готовят контент самостоятельно, объяснил РБК профессор Михаил Гельфанд.

МАИК «Наука/Интерпериодика» была создана в 1992 году. Ее учредители, по данным СПАРК-Интерфакс, — РАН (10%), Pleiades Publishing Inc (49%) и издательство «Наука» (41%). МАИК занимается переводом статей журналов РАН на английский язык и их дальнейшим распространением. Pleiades учредил российско-американский бизнесмен Александр Шусторович, указывает Кондрашин. Шусторович, сын ученого-химика, эмигрировавшего в США в 1970-е годы, также известен как бывший жених Ксении Собчак. На сайте Pleiades указано, что Шусторович — президент компании.

Александр Шусторович (Фото: Сергей Авдуевский / ТАСС)

При этом Pleiades — партнер крупнейшего мирового научного издательства Springer Nature, которое распространяет 181 российский англоязычный журнал Pleiades. Это 6% от всех распространяемых изданий Springer Nature, говорил операционный директор издательства Шусторович Spri​nger Nature Мартин Мос в интервью «Вестнику РАН» весной 2017 года.

Отношения МАИК и Pleiades с учеными строятся по принципу сотрудничества, рассказали РБК профессор Михаил Гельфанд и академик, редактор одного из издания РАН, пожелавший остаться неизвестным. Pleiades​ получает права на английские версии статей у их авторов, а зарабатывает за счет их дальнейшего распространения по подписке, заметил Гельфанд. «Но не все так просто. В 1990-е годы на многих редакторов оказывали административное давление и практически принуждали сотрудничать именно с МАИК и Pleiades. Кто-то смог сохранить независимость, но таких осталось мало», — указал он.

Михаил Гельфанд (Фото: Михаил Метцель / ТАСС)

Договоры, которые заключались в 1990-е годы, в условиях дефицита бюджета, преследовали цель сохранить науку, научные школы, из-за чего была заинтересованность в западных партнерах, признает Кондрашин, однако заключает: «Следствие — монополизация научно-журнального дела, появление фирм-«прокладок», вроде МАИК».​

В МАИК не ответили на запрос РБК (на сайтах МАИК и Pleiades контактные телефоны совпадают, а письмо на имя директора МАИК отправлено на e-mail на домене Pleiades). По данным СПАРК-Интерфакс, в 2016 году МАИК показала убыток 1 млн руб.

РАН в центре внимания

Намерение Совета федерации обратиться в следственные органы именно сейчас выглядит двусмысленно, заметил Гельфанд. «Да, деятельность МАИК и Pleiades действительно не мешало бы проверить. Но, во-первых, я не понимаю, почему претензии сенатора направлены на американские связи компания. Во-вторых, я не верю, что появление этой инициативы Совфеда именно сейчас, — это совпадение», — указал он. Профессор напомнил, что последние полгода РАН сопровождают скандалы, связанные с выборов президента академии. 20 марта все три кандидаты взяли «самоотвод». Собеседники РБК тогда предполагали, что в выборы вмешалась администрация президента. Летом Госдума приняла поправки в закон о РАН, которые усиливают зависимость академии от Кремля и правительства.

Коммерческие аспекты издательской деятельности РАН вряд ли действительно волнуют власти, полагает совладелец ИД Hearst Shkulev Media Виктор Шкулев. «Такие журналы существуют только за счет подписки, поскольку рекламного рынка практически нет», — пояснил он. Больших оборотов у МАИК и Pleiades нет, подтверждает президент Ассоциации научных редактор и издателей Ольга Кириллова. «Доход, который дает распространение российских журналов МАИК, Pleiades или Springer, небольшой», — указывает она. Претензии Совета федерации похожи на политические. «Да, Pleiades — частная американская компания, и это многим не нравится», — замечает она.

Помимо обращения в следственные органы, комитет по образованию и науке верхней палаты собирается проанализировать порядок издания журналов и установить прозрачные правила их распространения и финансирования, пообещал Кондрашин. К обсуждению проблемы сенатор хочет привлечь ​​ФАНО, издательство «Наука», руководство РАН, главных редакторов и директоров институтов РАН. Отдельно сенатор планирует решить вопрос по бесплатному доступу российских ученых к интеллектуальной собственности, создаваемой РАН на средства федерального бюджета.

Глава комитета Совета федерации по науке Зинаида Драгункина была недоступна для комментариев.

При этом в апреле 2017 года врио директора «Науки» Сергей Палаткин направил письмо в Springer Nature о том, что издательство нарушило авторские права «Науки». Российское издательство собрало документы по передаче ему прав на интеллектуальную собственность от авторов, уточнял Палаткин, и теперь намерено обратиться в соответствующие контролирующие органы в России, Германии и США. Письмо Палаткина вызвало недоумение в руководстве РАН: по мнению вице-президента РАН Анатолия Григорьева претензии издательства необоснованны, поскольку «Наука» выполняет функцию издателя, но не является учредителем академических журналов.

В «Науке» и ФАНО не ответили на запрос РБК.Авторы: Полина Звездина, Евгения Кузнецова.