Валентина Матвиенко: Откровенный разговор. Линия судьбы.

Был такой период в жизни Валентины Ивановны Матвиенко, когда она всеми силами рвалась в науку. Но всякий раз не могла осуществить задуманное и продолжала заниматься тем, что ей удавалось лучше других, - быть лидером. Наверное, не зря говорят, что если уж человеку что-нибудь написано на роду, то, как ни сопротивляйся, упрямая фортуна повернет-таки в ту сторону, в какую ей нужно.

- Итак, Валентина Ивановна, на втором курсе вас выбрали секретарем комитета комсомола. Несмотря на ваш самоотвод, несмотря на то, что вы не член партии. Вы тогда понимали, что роль лидера, комсомольского вожака, как тогда говорили, может стать определяющей в вашей жизни? - Конечно, нет. Некогда было проецировать новую должность на будущую жизнь. Мне ведь пришлось начинать буквально с чистого листа. Было сложно, но интересно. Ведь жизнь в институте удалось изменить коренным образом. У нас стали проходить интересные вечера с самыми лучшими на то время эстрадными коллективами, которые в принципе было трудно вытащить к студентам. К нашим вечерам интерес был такой, что приходилось вызывать наряд милиции - иначе просто двери бы выломали. И в общежитии мы ввели самоуправление, и студенческое научное общество стало по-другому работать, и организовали стройотряды - то есть делали все, чего раньше не было, но к чему стремились студенты. Прекрасно помню наш первый стройотряд: мы поехали в Болгарию, в Варну. А потом - в Астрахань, на уборку урожая. В пять утра вставали, шли на грядки и до часа, пока не начиналось настоящее пекло, убирали помидоры - такие крупные, сочные. Честно говоря, я потом два года помидоры просто видеть не могла. Потом отдыхали, снова шли работать, вечером уже буквально ползком по этим грядкам передвигались. Но зато в Астрахани наш отряд был на слуху. Мы побеждали на всяких конкурсах самодеятельности, вечерах авторской песни. - А ведь получается, что из-за своей общественной активности вы лишились возможности стать фармацевтом. Не жалеете об этом? - Ну, вообще-то, когда я заканчивала институт, меня уже распределили в аспирантуру. Мне хотелось написать и защитить диссертацию. Хотелось преподавать в нашем институте. Когда меня распределяли в аспирантуру, ректор сказал, что они рассчитывают на меня после окончания аспирантуры. Но не успела я закончить институт, меня переизбрали секретарем комитета комсомола. А тут еще звонят и приглашают в Петроградский райком комсомола, предлагают перейти к ним на работу заведующей студенческим отделом. Я отказалась, потому что это не входило в мои планы. Тогда меня вызывают к секретарю райкома партии, который уже более настойчиво просит не отказываться от сделанного предложения. Я опять отказываюсь, говорю, что хочу закончить аспирантуру, защитить кандидатскую диссертацию. И выражаю готовность вернуться к этой теме, но только после аспирантуры. После этого я сразу же пошла к ректору - он легендарная личность, к тому же интеллигентный и умный человек. Я объяснила ситуацию, а он спрашивает: «А ты как сама?» Отвечаю: «Я против, о чем и сказала в райкоме». Он говорит: «Не волнуйся, ты нам нужна в институте, я вопрос решу». Через день приглашают к ректору. По его лицу уже понятно: что-то произошло. «Знаешь, - говорит он, - со мной так еще никто не разговаривал. Я сказал секретарю райкома, что на тебя планы в институте, что ты должна продолжить учебу. Тогда он заявил, что я вряд ли могу вообще возглавлять институт, если не понимаю кадровую политику партии по выдвижению молодых и способных». Я говорю ректору: «Но я хочу учиться в аспирантуре!» И вот тогда ему уж совсем стало как-то неудобно, он даже глаза опустил: «Мне сказали, что если ты не пойдешь в райком, то такие несознательные молодые ученые стране не нужны. В общем, мне запретили тебя брать в аспирантуру». - То есть вас поставили в ситуацию, когда нет выбора. При отказе от райкома ради науки вам все равно дорога в науку была бы закрыта. - Да, и я вынуждена была согласиться, но с одним условием: отработаю два-три года - и вернусь в аспирантуру. Но стоило мне проработать всего лишь несколько месяцев заведующей отделом, как меня избирают секретарем райкома! А у меня семья (мы с мужем поженились еще в институте), и я жду ребенка! Причем почти до самых родов я работала без всякого декретного отпуска. Приходилось шить такую одежду, чтобы не было видно, что я в положении. Когда сыну исполнилось полгода, меня снова вызывают в райком партии и говорят: «Есть мнение рекомендовать вас первым секретарем Петроградского райкома комсомола». Это известие меня вообще повергло в ужас. Я говорю: «Простите, как? Сыну полгода, да и вообще после декрета я хотела вернуться в институт. » А ведь Петроградский район - это такие крупные вузы, как ЛЭТИ, ЛИТМО, Первый медицинский, Химико-фармацевтический, крупные предприятия. И женщину с маленьким ребенком рекомендуют первым секретарем райкома! Но как я ни отказывалась, меня избрали первым секретарем. Приехала мама, которая меня выручила в этой ситуации - сидела с сыном. Как сейчас помню: веду конференцию, а у меня время кормить сына. В перерыве сажусь в машину, уезжаю, кормлю сына, возвращаюсь. Вот в таком режиме начиналась моя работа первым секретарем райкома комсомола. - Ну к этому-то времени вы, наверное, поняли, что это всерьез и надолго? - Я все равно делала несколько попыток уйти в другую сферу. У нас в районе была фармацевтическая фабрика, а там - очень опытная и уважаемая женщина-директор, которая мне все время говорила: «Валентина, приходи к нам на фабрику - я тебя буду готовить себе на смену». И она мне предложила пост начальника ампульного цеха: «Осмотришься, вольешься в коллектив. » А у меня как раз кончался трехлетний срок секретарства, и мне на самом деле очень хотелось пойти на производство. Меня выслушал первый секретарь райкома партии, говорит: «Вообще-то это интересный вариант - опыт, школа, конкретное дело». Но вот как-то нахожусь у него в кабинете, что-то докладываю, и вдруг зазвенел, как мы его называли, «красный телефон» первого секретаря обкома партии Григория Романова. И по разговору я понимаю, что Романов расспрашивает обо мне. Ну я для приличия вышла из кабинета. А потом оказалось, что «есть предложение» избрать меня секретарем обкома комсомола. Ну тут у меня уж совсем руки опустились. - Валентина Ивановна, вы вот говорите «руки опустились», но ведь на протяжении многих лет вы отлично справлялись с работой комсомольского лидера. Это, можно сказать, ваш «конек». Вы согласны? - Видите ли. Мне нравилось то, чем я занимаюсь. Я полностью отдавалась работе, была ею увлечена, я занималась реальными делами, решала реальные проблемы, но в то же время понимала, что это не может быть профессией всей жизни. Конечно, после стольких лет я поняла, что в аспирантуру уже поздно, что время упущено. Но у меня все время было желание попробовать себя в другом деле. Тогда - не получалось. - Я знаю, что в тот период вас приглашали и на работу в Москву, но вы отказались. Почему? - Действительно, тогда меня пригласил в Москву на беседу первый секретарь ЦК комсомола Борис Пастухов и предложил мне место секретаря ЦК. Я отказалась, мотивируя это тем, что не хочу уезжать из Ленинграда. Он заметил, что это необдуманный ответ, и предложил вернуться к разговору на следующий день. Естественно, я переживала, позвонила мужу, и он меня поддержал. Утром прихожу к Пастухову и говорю: «Я еще раз все взвесила и решила, что не поеду в Москву». Никогда не забуду его реакцию: «Ну, знаете, вы можете не успеть еще до Ленинграда доехать, как вас снимут с работы, потому что не принято отказываться от предложений ЦК». Я говорю: «Что бы ни было, но это мое решение». Когда я уехала, он позвонил Романову и высказал свое неудовольствие по поводу моего неправильного понимания кадровой политики. Но, как ни странно, Романов не только не выгнал меня с работы, но в ходе нашей беседы сообщил, что «есть мнение» рекомендовать меня на место первого секретаря обкома комсомола. В итоге меня избрали первым секретарем обкома комсомола, и я стала членом бюро Центрального комитета комсомола. Вот тогда я окончательно поняла, что работа с людьми - это моя судьба. Хотя и твердо знала: впереди будут и другие должности, другие сферы деятельности. ДОСЛОВНО «. В итоге меня избрали первым секретарем обкома комсомола, и я стала членом бюро Центрального комитета комсомола. Вот тогда я окончательно поняла, что работа с людьми - это моя судьба. Хотя и твердо знала: впереди будут и другие должности, другие сферы деятельности». Валентина Матвиенко. Продолжение - 8 сентября. Оплачено из средств избирательного фонда В. И. Матвиенко.

Валентина Матвиенко: Откровенный разговор. Линия судьбы.

Читайте также