Русские в Республике Северная Осетия-Алания. 2. Причины оттока

Отток людей, представляющих наиболее многочисленную и более других связанную с российским государством национальность, тревожен сам по себе. Дополнительное беспокойство доставляет отношение к оттоку русского населения республиканской власти, которое характеризуется очевидным нежеланием вникать в проблему, более того – отрицанием её «с порога».

Приведу типичные высказываний ответственных лиц.

В феврале 2009 г. тогдашний министр РСО-Алания Таймураз Касаев по делам национальностей заявлял: « Поднимаемая некоторыми общественными деятелями проблема оттока из Северной Осетии русскоязычного населения сильно преувеличена. […] эту проблему неуместно раскачивать, и мне пришлось предупредить лидеров общественных институтов, что если в и дальнейшем будут огульно приводиться какие-то цифры, то мы оставляем за собой право обратиться в суд по поводу откровенной клеветы» (http://region15.ru/news/main/2009/02/19/12-18/). Тональность представителя власти, прямо скажем, никак не располагает к диалогу. Тот же Таймураз Касаев в декабрьском 2010 года интервью Валерию Коровину (научный консультант Северо-Кавказского новостного агентства/СКФОnews), приводил следующую аргументацию: «До 1989 года тенденции больших оттоков не существовало. 34% в 1979 году, это опять же данные Госкомстата и переписи населения. В 1989 году – 30% стало. А вот дальше возникает показатель, который сегодня беспокоит федеральные органы власти, вдруг в 2002 году численность составляет 23%. Это показатель русского населения. По сравнению с 1979-м годом – 11% убыль. Цифра беспокойная. И правильно задумываются аналитики. Но если мы с вами, сугубо арифметически, исключим фактор резкого роста общей численности населения республики, и из общей численности населения, которая сейчас составляет 710 тысяч, уберём 100 тысяч прибывших к нам за период с 1989 по 2002, то получится на самом деле, что русских 29% так и было бы сегодня. В принципе, как в 1989 году. Когда я говорю с представителями русских общин, все в один голос твердят о том, что русские массово уезжают, что продают квартиры. Но есть же перепись населения. Давайте на неё ориентироваться. Вот если нам перепись этого года (т.е. 2010 – С.П.) покажет, что русских было в 2002 году 23%, а стало 22%, то я скажу, что это очень хорошая тенденция для нашей республики, если на 1% за десять лет сократилось население русских, наряду с другими субъектами федерации» (http://skfonews.info/article/125).

Министр или не в теме, или лукавил. Все переписи (см. выше таблицу: ссылка ) показывают не только относительное (в процентах), но и абсолютное (в цифрах) падение доли русского населения. За период с 1989 по 2002 год русские потеряли 24 тыс., к 2010 году цифра возросла до 42 тыс. Сокращение за последний межпереписной период, вопреки надеждам министра, оказалось значительно больше 1%, а именно - 2,4% (причем не за 10, а за 8 лет) по отношению ко всему населению, и не равнозначна той, что имеет место в «других субъектах федерации». Напомню, что численно русские потеряли за 2002–2010 гг. в целом по стране 4,2%, тогда как в РСО-Алания – 10,7% причём доля русских во всем населении России даже не уменьшилась (как в республике), а выросла с 80,64% до 80,90% среди указавших национальность. Не подтверждает статистика и еще одно утверждение министра, данное им в февральском интервью 2009 года, а именно то, что «наряду с русскоязычным населением из республики выезжают и представители титульной национальности, примерно в равных пропорциях»: за последние 8 лет осетинское население, в отличие от русского, выросло на 15 тыс. человек. Какую-то часть прироста дают переселенцы из Южной Осетии (хотя не в столь больших количествах, как в 1990-е гг.), но здесь возникает вопрос: а почему не едут представители других национальностей? Не потому ли, что атмосфера в республике не слишком благоприятствует проживанию в ней лиц «нетитульных» национальностей?

Зато есть желание (и возможность) разделаться с теми, кто эти фактические данные приводит, тем самым тревожа покой власть придержащих. Посмотрим на стилистику речи Мамсурова. «Подлец», «глупость», «подлость», «невежество», «наглость»: всё это по отношению к полноправным гражданам России, поднимающим больные для них, и актуальные для целостности страны (отмечено, в том числе, В.В.Путиным) вопросы. И разговаривает в такой тональности носитель власти, обязанный защищать их, этих граждан, права, отстаивать их интересы. Имея слабость к концепции правового государства, не могу не процитировать Конституцию: «Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием» (ст. 18 К РФ). Корректность и толерантность, по моему простодушному представлению, – не просто личные качества, а обязательный для носителя власти набор, предписываемый нормами служебной, профессиональной этики и правилами делового поведения (позволю здесь не перечислять все инструкции, они есть). Но воспитанник Коммунистической партии и Ленинского комсомола Таймураз Мамсуров так и не отрешился от командно-административного стиля управления, при котором мнение людей не имеет никакого значения, политика вершится помимо них, и не для них, а ради каких-то других целей.

«Давайте разговаривать с русскими, которые здесь живут», – заявляет Глава республики. Видимо, Таймураз Дзамбекович надеется на то, что местные русские, в отличие от тех, кто в большой России, уже приобрели комплекс неполноценности и будут послушны начальственному окрику. Как отмечал в своём прошлогоднем докладе «Миграция русских: причины оттока с Северного Кавказа» Валерий Коровин, тема притеснения русского населения в республиках Северного Кавказа замалчивается местными властями. «Само же русское население в Северо-Кавказских республиках запугано и боится об этом говорить. Пресса либо подконтрольна местной власти, либо не хочет портить отношения с местной властью, поэтому вся информация остается внутри этих социальных групп, того небольшого количества русского населения, которое сегодня всё ещё остается в республиках Северного Кавказа» (http://skfonews.info/article/148&c=1).

И, всё-таки, не все русские «запуганы». Остаются те, что не «боятся говорить», даже без надежды быть услышанным. Кто те анонимные «общественные деятели», «лидеры общественных институтов», которые «раскачивают проблему оттока»? Кто те «наглецы», «невежды», «подлецы», и прочая, и прочая, что смеют, вопреки воле начальства, говорить об исходе русских? Раскроем имена, секрета нет. В журнале «Осетия-Квайса» пару лет назад был проведён опрос под говорящим названием: « Что нужно сделать, чтобы остановить отток русского населения из Республики Северная Осетия-Алания?» Приведу два ответа (http://osetia.kvaisa.ru/1-rubriki/14-panorama-mnenij/chtoby-russkie-na-kavkaze-ne-stali-ekzotikoj/ ).

Юрий Георгиевич Бессонов, 20-летний бессменный лидер республиканской общественной организации «Русь»: Я много раз уже об этом говорил и писал, но дело, увы, так и не сдвинулось с мертвой точки. […] Первыми должны начать работу в этом направлении руководители парламента и правительства Северной Осетии с участием авторитетных представителей русскоязычной и титульной общественности. Для начала всем сообща необходимо провести заседание круглого стола с широким обсуждением проблем миграции русскоязычного населения. Ведь за все постперестроечные годы федеральные и региональные руководители на самом деле не сделали ни одного конкретного движения в поддержку русского (русскоязычного) населения северокавказских республик, были только лозунги “о нерушимом единстве” с Россией».

Владимир Петрович Писаренко, председатель правления Северо-Осетинской республиканской общественной организации «Славянский союз Осетии»: « Исход русских с Северного Кавказа – проблема очень серьезная. И чем больше их уезжает из некогда “братских” республик, тем “горячее” делаются эти территории и все больше денег пожирают из отнюдь не бездонного государственного бюджета. […] Чтобы русские не уезжали из Северной Осетии, нужно вернуть их в законодательные и исполнительные органы власти, откуда их вытеснили. Второе – нужно внимательнее относиться к жалобам со стороны славянского населения. У меня их целая пачка. […] Из Осетии в поисках заработков, лучшей жизни сейчас уезжают и многие осетины. Но они при этом не распродают все свое имущество. Они уезжают на заработки, а потом возвращаются. Русские же если уезжают, то уже навсегда. Это исход».

Говорят русские, с рождения связанные с землей нынешней Северной Осетии, представители легальных общественных организаций. При сопоставлении их позиций с официальной становится понятнее воинствующее нежелание местной власти обсуждать отток русских из республики, поскольку неизбежно встаёт вопрос о причинах оттока. Владимир Писаренко заостряет внимание на различиях в характере миграции осетин и «русскоязычных», т.е. выходит на проблемы национальных отношений. Это именно то, против чего последовательно выступает руководство республики, настаивая на общих причинах экономического характера. Из уже цитированного интервью Мамсурова (РСН, 25.04.2012): «А проблемы одинаковые. […] Когда эти заводы исчезли, то не только русские, но и осетины, которые династиями на заводах этих работали, особенно молодежь, стали искать для себя другое место, многие уезжали вслед за работой. Перемещение внутри страны идет. Это великое завоевание. Вот эти демократы-болтуны, они же не знают, что один из критериев демократии в стране — это свободное перемещение товаров и людей. […] Поэтому перемещение — это нормально. Если говорить о том, что работы нет, это касается не только русских. У нас 100 национальностей. У нас тут, допустим, поляки живут. Если вы придете к полякам, они скажут, что работы нет. Вы же не будете говорить, что поляков выдавливают, потому что для них работы нет».

Здесь к «наглецам» и «подлецам» добавляются столь же анонимные, с трудом угадываемые «демократы-болтуны». Отвечать в подобном тоне не будем, просто в очередной раз констатируем, что аргументов у Мамсурова нет, почему он и теряет выдержку («Юпитер, ты сердишься, значит неправ»). Что до тезиса относительно преимущественно экономических причин отъезда русских из республики, то он давно оспорен в исследовательской литературе. Процитирую статью 2006 года известного социолога А.Б. Дзадзиева, работавшего, кстати, и при Правительстве РСО-Алания. «Что касается миграционного оттока русских и населения других нетитульных национальностей из республик Северного Кавказа, то у них наряду с причинами экономического характера имели место и причины этнического характера. Республиканская и центральная власти старались не замечать этнических причин миграционного оттока из республик Северного Кавказа русского и другого нетитульного населения, объясняя усиливающуюся миграцию только экономическими причинами. Не хотят видеть действительных причин современных миграционных процессов и многие нынешние руководители республик Северного Кавказа. Как и их предшественники, основную и единственную причину миграционного оттока нетитульного населения из республик региона они объясняют причинами экономического характера. Эти причины, безусловно, присутствуют в миграционных установках нетитульного населения, но не они являются решающими в принятии решения о переезде в другие субъекты России». http://rcnc.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=75&Itemid=1)

Что включают в себя «причины этнического характера», составляют секрет Полишинеля: они в создании преимуществ для одной «титульной» национальности. По этой проблеме тоже имеются специальные работы, и доктору политологии Мамсурову не грех бы и ознакомиться с ними. В Северо-Осетинском институте гуманитарных и социальных исследований, например, было проведено исследование, в котором делался вывод о том, что отток русских из республики вызван «определенной национальной политикой руководства РСО-Алании», свидетельствующей о том, что «в Северной Осетии за последние годы была выбрана и достаточно плодотворно реализована идея создания этнократического государства» (Федосова Е.В. Особенности межэтнического взаимодействия в Северной Осетии в период системных реформ российского общества // Социальные процессы и межнациональные отношения в РСО-Алания. Владикавказ, 2002. С. 91). Напоминаю определение из Википедии: «Этнократия – форма организации политической власти в гетерогенных обществах, при которой одна этническая группа имеет диспропорционально большое по отношению к другим этническим группам представительство в органах власти и проводит политику, направленную на обеспечение собственных интересов».

О какой этнической группе у власти идёт речь, разъясняет (для тех, кому ещё непонятно) сам Мамсуров. Из интервью Мамсурова главреду газеты «Завтра» Александру Проханову: «Я всегда говорю , какой бы я ни был интернационалист, я в первую очередь, руководитель своей республики, сын своего народа. И у меня есть собственные оценки и собственная позиция. Юнус-Бек Евкуров - он представитель своего народа и президент своей республики. Поэтому мы часто очень не совпадаем в оценках, в предложениях и так далее. Но это тоже нормально». Дальше, отвечая н а вопрос о Программе развития осетинского языка: «А сколько в республике людей “ неосетинской ” национальности, которые свободно говорят на языке титульной нации ? У них такая установка: если живу среди них , значит, должен их понимать, если начну понимать, станут ближе и их обычаи, традиции. А самое главное, это значит, что в нашем осетинском сообществе они намерены жить не одно поколение» ( http://kapitalist-news.ru/joomla/index.php?option=com_content&task=view&id=13017&Itemid=71). Глава субъекта Российской Федерации считает себя не россиянином, а сыном «своего» народа (из сопоставления с Евкуровым понятно – осетинского), и работает он на создание условий для жизни не в российском многонациональном, а в «осетинском» (!) сообществе, подробнее можно прочитать в его книге «Построй свою башню», усиленно пропагандирумой в школах (http://ironau.ru/daemaesygru.html). Неосетинам (а в РСО-Алании насчитывается до сотни национальностей) предлагается довольствоваться положением граждан второго сорта, гостей (по терминологии директора СОИГСИ З.В. Кануковой ­– представителей «диаспор», пусть даже их предки сотни лет живут на этой земле) на чужой территории, обязанных приноравливаться к «хозяевам» (а эти хозяева сами не столь давно выселились с гор на освоенную русскими территорию), учить их язык, обычаи, культуру, перенимать чужую этническую традицию, и не настаивать на праве выбора, гарантированном Конституцией страны.

То, что этнократическая установка Мамсурова противоречит Основному закону страны – понятно без слов. Но она расходится и с позицией высших руководителей государства – Путиным и Медведевым, поменявшихся в этом году постами Президента и Премьер-министра, но действующими в «тандеме» с 2008 года. Приведу наиболее ясные высказывания. Медведев: «Все государственные служащие, на каком бы посту и в каком бы регионе они ни служили, должны действовать в интересах народа в целом, а не его отдельных групп. Подчёркиваю: народа в целом! […] люди, облечённые властью, не имеют права занимать одну из сторон в каком бы то ни было межнациональном конфликте (как получается у Мамсурова с Евкуровым – С.П.). Власть должна быть объективна и справедлива. И это не вопрос популярности, не вопрос эмоций. Мы с вами должны помнить, уважаемые коллеги, что последствия такого популизма могут быть катастрофичны. И мы обязаны беречь наше межнациональное согласие, чтобы человек любой национальности уверенно чувствовал себя в любом регионе нашей страны и чтобы наши дети жили в мирной и процветающей России» ( http://state.kremlin.ru/state_council/9913). Из другого Медведевского выступления: «Каждый гражданин любого государства должен, прежде всего, ощущать себя частью большой страны, и уже во вторую голову он должен ощущать себя представителем того или иного этноса. Иначе государство разваливается на части, если вперед выдвигаются какие-то другие соображения» (http://www.ntv.ru/novosti/242617/print/ ). С трактовки В.В. Путиным роли русского народа я начинал, сейчас напомню его слова из той же статьи в «Независимой газете» (23.01.2012): «Любой человек, живущий в нашей стране, не должен забывать о своей вере и этнической принадлежности. Но он должен прежде всего быть гражданином России и гордиться этим».

Я подробнее остановился на Мамсурове, хотя обстановка в республике зависит от многих составляющих. Но в нынешней «вертикальной» системе власти наиболее действенной выглядит связь между центром (Кремль) и главами регионов. Снова цитирую Медведева: «Конечно, очень важно, чтобы ваши позиции находили отклик в позициях общественных деятелей, представителей неправительственных организаций, региональных, территориальных структур, особенно в таких сложных регионах, как Северный Кавказ. Мы с вами знаем, что на Северном Кавказе всё тоже очень своеобычно и очень многое зависит от руководителя. Я никого не буду ни хвалить, ни обвинять, потому что не имею по понятным причинам на это права, я обязан соблюдать нейтралитет. Тем не менее скажу, что, например, после смены руководителя в Ингушской Республике (я думаю, что со мной вы все согласитесь) ситуация изменилась» (http://kremlin.ru/transcripts/15170).

Аналогичное мнение высказывает и Путин в своём недавнем визите на Селигер, где, между прочем, был затронут вопрос о критериях оценки региональных руководителей с привлечением общественного мнения. «Уверен, – говорит Путин, – что подавляющее большинство людей, которые предъявляют претензии к власти, заинтересованы в том, чтобы менять ситуацию к лучшему в стране. И, конечно, я полностью с Вами согласен, нужны различные формы диалога общества и человека, человека и власти. Если мы сможем разработать такой дополнительный механизм, который Вы предложили, – давайте подумаем. […] Мы же прописываем сейчас критерии оценки деятельности региональных, муниципальных властей, Правительства Российской Федерации. Наверное, и об этом нужно подумать» (http://news.kremlin.ru/transcripts/16106).

Почему бы в число «критериев оценки» не включить проверку того, как руководитель относится к идее единства общероссийского гражданского пространства? Без делений на «осетинское», «ингушское», «татарское» сообщества, как получается по Мамсурову (отдельного «русского» сообщества в рамках русской республики, как известно, не существует).

Полномочий для принятия мер в отношении Глав регионов у Президента России достаточно: не так давно был снят с должности не кто иной, как авторитетнейший «политический тяжеловес», глава крупнейшего субъекта Федерации, мэр Москвы Юрий Лужков с формулировкой «за утрату доверия». «У главы государства всегда достаточно инструментов, чтобы решать любую кадровую задачу, прежде всего в отношении тех людей, которые не выполняют должным образом возложенных на них функций», - напомнил недавно Путин на заседании Госсовета 17 июля (ссылка). Но в отношении Кавказа у российских руководителей до сих пор действует принцип невмешательства во внутренние дела республик, если это не касается личной и партийной лояльности. Кавказ, по сути дела, отдан на откуп местным националистическим кланам.

Не является исключением в этом отношении и единственная «православная» северокавказская республика – Северная Осетия. Как итог – русское население здесь «всё еще остаётся», но уже не имеет возможности, в его сегодняшнем состоянии играть роль носителя государственных устоев. На местном уровне проблему дерусификации населения Северной Осетии, как и других республик Северного Кавказа, не решить. Требуется радикальное изменение политики на федеральном уровне, включающее усиление контроля за деятельностью местных властей. Нужные слова Путиным сказаны, дел пока не видно.

А русские тем временем из Северной Осетии уезжают. И не приезжают. Скрепы, объединяющие великую цивилизацию в единое государство, слабеют.