Нужна информация про подвиг Марата Казея

Kub, ты прежде чем пишешь - думаешь ? даже скажем так, ты думаешь в твоих словах логика есть ?

вот если бы Казей дожил до наших дней, и ты в его сарае нашел гранату - тогда б и сравнивал тот случай с найденным номером.

и при чем тут сегодняшние "герои" с грантами ?

давай лучше не ржинимаги, а подумай

18 лет на сайте пользователь #16152

SergeP, дАрагой, а ты знаешь сколько и каких людей ходило тогда по лесам с гранатами. или все знания на уровне школьного учебника?

18 лет на сайте пользователь #18478

Kub, застрелись

у меня нет желания с тобой разговаривать

Автор: Марина ГУЛЯЕВА

. Когда ее принимали в комсомол, любимая учительница по истории встала и сказала: "Что вы! Она же дочь врага народа! Ее нельзя принимать в комсомол!" Потом началась война. Ее мать прятала от немцев раненых партизан, за что ее потом убили немцы. Ариадна с братом ушли в партизанский отряд. Во время блокады отряда Ариадна обморозила ноги, и в госпитале ей их ампутировали. А брат, когда его окружили немцы и потребовали сдаться, подорвал себя гранатой. Его звали Марат Казей.

СЕМЬЯ "ВРЕДИТЕЛЕЙ" И "ТРОЦКИСТОВ"

Только спустя 25 лет Иван Казей, отец знаменитого пионера-героя Марата Казея, был реабилитирован. В 1959г. Верховный суд отменил приговор за отсутствием состава преступления. Но ни тогда, в 1934-м, когда он был арестован, ни потом семья Казеев никогда не верила в виновность отца, не отказалась от него, и мать, как вспоминает Ариадна Ивановна Казей, ни разу не сказала, что Советская власть - "плохая". Она дала им все, как и они отдавали ей все, самозабвенно работая на нее и веря в нее безоговорочно.

Родители Марата и Ариадны Казеев - из простых крестьянских семей. Но, как говорит Ариадна, всегда тянулись ко всему "новому". Может, от этого и имена у детей были непростые: Марат, Ариадна, Ким, Нелли. Отец Марата около 10 лет прослужил на Балтийском флоте, плавал на знаменитых кораблях "Парижская коммуна" и "Севастополь". Дети выросли на его рассказах, а Марат мечтал, что после войны обязательно пойдет в Нахимовское училище и станет моряком.

Мать закончила двухклассное городское училище в Койданово, потом поступила в Московский педагогический университет. Отец, вернувшись с флота, вначале работал на локомобиле в колонии для беспризорников, которую устроили в имении графа Чапского. Была такая машина - локомобиль, она вырабатывала электрический ток. У Ивана Казея, как и у всех троих его братьев, были золотые руки. И когда в Дзержинске началось строительство МТС, два брата Казеев отправились туда. Работали в две-три смены с одним, может, раз в месяц выходным. Конечно, Иван Казей был коммунистом, и помимо основной работы нес еще массу общественных нагрузок. Был председателем товарищеского суда, организовал курсы для трактористов и даже успел выпустить первых "студентов".

Много работала и мать. Ариадна вспоминает, как райком партии отправил мать на строительство железнодорожной станции в Негорелом - последняя станция перед границей, внимание к которой было особое. Мать нашла детям девчонку-няньку из деревни, а сама поехала выполнять задание партии.

А в 1934г. Ивана Казея и всех его сыновей арестовали как "врагов народа". Через 25 лет выяснилось, что Ивана обвинили во вредительстве: якобы слишком часто выходили из строя трактора, а тут еще и ящик с оружием нашли - значит, готовил заговор против Советской власти.

Когда Ариадну уже в 1959г. вызвали в КГБ, ей отдали все документы отца, приговор и даже характеристику с "Парижской коммуны". Положительная характеристика. Никто из братьев Казеев не вернулся "оттуда", но документы, позволившие в конце концов подтвердить их невиновность, были сохранены.

. Мать, Анна Казей, ездила в Москву, к самому Калинину. Но что мог сделать Калинин, если к тому времени арестовали его собственную жену, Полину Жемчужникову. Потом арестовали и саму Анну Казей - по обвинению в "троцкизме". Ариадна говорит, что хорошо помнит эти аресты: она громко плакала, на что один из работников НКВД сказал: "Понимаешь, что мать виновата?"

Анну Казей арестовывали два раза, последний раз она сидела в тюрьме 9 месяцев. Все это время четверо детей жили одни. Родственники к ним не показывались. Боялись, иногда подбрасывали что-то из продуктов.

Потом мать выпустили. Но она все равно продолжала работать. Учиться она уже не могла, потому что ее исключили из института. Устроилась сортировщицей писем на почту. И работала, наверное, хорошо - привыкла все отдавать этой власти. Организовала даже драмкружок, где в одном из спектаклей играла Ариадна. Пьеса называлась "За Родину". В ней Ариадна сыграла дочку профессора, которая не дает похитить важные документы. Роль получилась такой удачной, что многие приходили за кулисы и хотели познакомиться с юной талантливой актрисой.

А в 1937г. на первых выборах в Верховный Совет Анна Казей вошла в избирательную комиссию. Ходила по деревням, объясняла правила голосования, рассказывала, что происходит в мире. А в деревнях жили одни женщины - это была приграничная зона, мужчин к тому времени кого посадили, кого выслали, видимо, так "очищали" приграничную зону. Придет Анна Казей с дочкой в деревню, соберутся вокруг нее одни бабы, расскажет она им, что строится Беломорканал, потом поставит пластинку на патефоне, который с собой принесет. И в следующую деревню.

А потом началась война. Анна прятала в своем доме раненых партизан, кормила их, лечила, помогала распространять листовки. Но кто-то из деревенских выдал. Ее забрали немцы. Ариадна знает только то, что маму сильно били, пыталась искать ее в Минске, но так и не нашла. Она была убита немцами. Жена "врага народа", до последнего боровшаяся за Советскую власть.

. Отряд попал в окружение. Выходили группами, один день вынуждены были пролежать в снегу. Обморозились тогда почти все. И многим тогда отрезали кому пальцы, кому ступню. Ариадне ампутировали две ноги. В 19 лет.

Когда на самолете ее увозили в госпиталь, командир отряда предлагал и Марату полететь - продолжить учиться. Он до войны только четыре класса окончил. Но Марат отказался и остался в партизанском отряде.

Отлежав в госпитале, вначале в Иркутске, а потом под Москвой, Ариадна решила поехать на Кавказ. Почему не домой? "В 19 лет, оставшись без обеих ног, мыслишь другими категориями", - говорит она. Хотелось устроить свою жизнь самой, не быть никому обузой. Пусть без ног, но сама! И началось: Тбилиси, Сочи, Таганрог. Каша из мамалыги, опять госпитали, потому что раны все время открывались.

Ариадна Ивановна вспоминает это время со счастливыми слезами на глазах: "Впридачу к моему невероятному оптимизму мне очень везло на людей. Какое бы ни было время, всегда рядом с неприглядным, страшным и тяжелым происходят удивительные, чудесные вещи. "

Она вспоминает о своем госпитальном романе, когда нянечка по ночам передавала ей письма от влюбленного сержанта. Как плакала и смеялась, когда получила первое и последнее письмо от Марата. Как в Сочи, уже по дороге домой, в поезде они с подругой прятались от контролеров за спинами моряков. Как выписывала для Марата адреса всех суворовских училищ. Как ждала и мечтала, что именно он ее встретит на Минском вокзале.

После войны она окончила педагогический институт, работала в школе учителем белорусского языка. Как мать и отец, она тоже очень много работала, и каждая награда для нее была толчком к еще большей работе: "Что я еще могу сделать? Как я теперь должна работать, чтобы оправдать эти награды?" Ариадна Казей - Герой Соцтруда, была депутатом Верховного Совета, членом ревизионной комиссии ЦК КПБ.

Редко кто догадывался, что эта женщина без двух ног. Это благодаря маме, которая в любые времена ухитрялась красиво одеваться и элегантно выглядеть, имея всего одну пару туфель, юбку и кофточку. У нее двое детей, есть внуки, самый младший из которых уже перерос погибшего в 15 лет Марата.

То поколение, у которого еще было "пионерское" детство и "комсомольская" юность, знает, кто такой Марат Казей. Хотя при проведении маленького опроса среди знакомых и родственников разных возрастов, выяснилось, что какой, собственно, подвиг совершил юный белорусский партизан, знают и помнят далеко не все.

Хотя были времена, когда именем Марата Казея назывались тысячи пионерских отрядов по всему СССР, школы и улицы. Музей Марата Казея в 28-й минской школе вел переписку со школьниками всего Советского Союза. В музее даже повесили карту и флажками отметили те места, где велась переписка. Оказалось, что не было ни одной области в бывшем СССР, откуда бы не шли письма о мужестве и героизме Марата Казея, о желании быть таким, как он. Тысячи копий с фотографий Марата разлетались по уголкам огромной страны, которые вешались в красных уголках, где юные казеевцы клялись быть всегда готовыми защитить родину так, как защищал ее 15-летний Марат Казей.

Мы знали всех их поименно, плакали над Зоей и Шурой, сжимали кулаки, когда читали о муках Ульяны Громовой, хотели быть такими, как Олег Кошевой. Нам снилась война, о которой мы прочитали в книгах, в наших снах взрывались бомбы, летали "фоккеры", и ходили страшные "тигры", как в фильмах, которые мы знали наизусть. Великая Отечественная, ее герои, ее великая правда и победа жили в нашей памяти так же, как и в памяти тех, кто ее прошел.

Только сегодня мы начинаем узнавать, какой на самом деле была эта война и чего стоила победа. И даже те, кто называют Виктора Суворова предателем, считают, что в чем-то он прав. И попросив предварительно выключить диктофон, говорят о том, что некоторые командиры добивались прежде всего звездочек на погонах, а не заботились о жизни людей. Что немцы не зверствовали так, как зверствовали свои. Что пионер-герой, имя которого вот уже 55 лет, как это ни громко звучит, живет в сердах людей, оказывается, был сыном "врага народа".

. Мы были высоки, русоволосы,

Вы в книгах прочитаете как миф

О людях, что ушли, не долюбив,

Не докурив последней папиросы.

В этих строчках, как мне кажется, и заключена та великая правда о людях, завоевавших победу. Правда и трагедия отца и матери Марата и Ариадны Казеев и еще тысячи таких же людей - отдавших этой стране свои жизни, веривших, что ошибка будет исправлена, победа будет за нами и нашу страну ждет великое будущее. И иначе быть не может.

Наверное, поэтому подросток Марат Казей всегда носил на поясе две гранаты - слева и справа. Сестре он так и объяснял: одну для немцев, вторую - для себя.