«Рак излечим». Представитель благотворительного фонда Константина Хабенского — о лечении опухолей мозга в России, фобиях и мифах

В Детской областной клинической больнице прошёл нейроонкологический семинар, который проводил благотворительный фонд Константина Хабенского. Журналист «Фонаря» узнал у представителя фонда, руководителя программы «Знать и не бояться» Алёны Щавлевой о современном состоянии нейроонкологии в России и попросил развеять основные мифы о злокачественных опухолях и их лечении.

— Алёна, расскажите, пожалуйста немного о семинаре. Знаю, что он проходит в рамках программы «Знать и не бояться». Какие её цели?

— С одной стороны, программа «Знать и не бояться» направлена на борьбу с канцерофобией (боязнь заболеть раком — прим. ред.), а с другой — это реализация проектов, которые будут направлены на повышение квалификации врачей. Группа экспертов федеральных клиник приезжает в какой-либо город и читает лекции, основанные на личном опыте, с примерами из своей практики и определённым кейсом проблем и их решений.

Мы считаем это очень полезным делом, потому что оно способствует налаживанию контактов между региональными специалистами. Ведь, согласитесь, допустим, в Белгороде специалист работает с восемью детьми с опухолью, а в практике специалиста из Москвы в десятки раз больше детей с подобными проблемами, и у московского специалиста гораздо больше опыта, которым он может поделиться со своим коллегой.

— Хотите сказать, что сейчас в этом направлении сложился некий застой?

— Наоборот. Мне кажется, что сейчас в этой отрасли всё очень даже подвижно. Мы хотим улучшить процесс коммуникации, хотим показать, что это может быть ещё проще. В этот процесс вовлекается гораздо больше людей, и они понимают, что успешное лечение заболевания — это, в первую очередь, командная работа специалистов, которые преследуют одну цель.

— Сколько лет вы уже проводите этот семинар?

— В 2015 году у нас появилась идея такого семинара совместно с детским онкологом высшей категории Ольгой Желудковой. В первый год мы провели два семинара, в 2016 году их было уже четыре. В этом году это уже второй семинар, но мы работали в двух городах. Один день мы были в Орле, а после на два дня приехали в Белгород. С начала существования программы мы посетили десять городов. У нас нет задачи достичь какой-то цифры. Мы привозим специалистов только туда, где это целесообразно: где есть клиники и пациенты нашего профиля, специалисты, заинтересованные в том, чтобы учиться и повышать квалификацию.

— А почему складывается ситуация, что не везде есть специалисты такого узкого профиля?

— Кому полезны такие семинары?

— В первую очередь, семинар нацелен на подготовленных практикующих специалистов, у которых есть вопросы к более опытному коллеге. То есть, на нем обсуждаются довольно узкоспециализированные темы. Поэтому, хотя теоретически на семинар и может прийти любой желающий, не факт, что ему будет все понятно.

У нас есть отдельная лекция для студентов и педиатров. Мы попросили Ольгу Желудкову подготовить материал об опухолях центральной нервной системы, доступный слушателям с разным уровнем подготовки . В лекции фокус не на основных аспектах лечения, а о необходимости ранней диагностики. Чем раньше о заболевании станет известно, тем выше будет вероятность излечения. И это зависит в том числе от внимательности врачей-педиатров. Для которых мы, кстати, в этот раз впервые провели лекцию на тему ранней диагностики опухолей центральной нервной системы. В целом, наша программа — «Знать и не бояться» — не про панику, а про то, что лучше знать симптомы заранее, внимательно следить за состоянием ребёнка и диагностировать болезнь вовремя — на ранних стадиях.

Алёна Щавлева, фото runet-id.com/335941

— Есть ли какие-либо особенности при развитии опухолей мозга у детей?

— Как вы в целом оцениваете состояние сферы лечения опухолей мозга в России? Есть ли в ней развитие? Насколько российские специалисты подготовлены?

— Квалификация врачей нашего профиля находится на очень высоком уровне. Они принимают участие в международных исследованиях, постоянно участвуют в научных и обучающих мероприятиях, причём они не просто слушают, но и выступают с собственными докладами. О профессионализме наших врачей говорят и их международные коллеги — российские врачи работают на таком же высоком уровне. Например, пациентов в России лечат по тем же протоколам, что и в Германии, и в США.

— В последнее время у нас довольно часто недовольны работой врачей. В чём причины этого?

— Очень трудно однозначно ответить на этот вопрос, потому что каждый случай индивидуален. В вопросе онкологии очень важно не только убрать опухоль — после этого нужна качественная реабилитация. Ведь это в вмешательство в мозг, а после него могут возникнуть различные нарушения, которые необходимо правильно решить.

Несомненно, врачебные ошибки бывают, но бывают также ситуации, когда пациент реагирует не очень адекватно. Это психологически сложно. На всех стадиях болезни бывает и шок, и отрицание, и гнев. В итоге, кто-то берёт вину на себя, кто-то перекладывает её на специалистов.

В самом начале развития этого направления были действительно токсичные препараты, которые могли нанести вред пациенту, но это не из-за действий врача, а просто потому, что не было на тот момент других вариантов.

— Почему возникают массовые фобии и страхи?

— В том числе, из-за того, что многие не проинформированы о положительном опыте лечения рака. В массовом сознании это некая неизлечимая болезнь, и когда тебе ставят такой диагноз — это крест на всю жизнь. Эта ситуация существует ещё и потому, что сами пациенты не готовы рассказывать о своём положительном опыте в обществе. Они опасаются рецидива, боятся, что опухоль вернётся, и хотят об этом забыть, как о страшном сне, закрывают эту страницу своей жизни и могут даже никому о своей болезни не рассказать. Получается, что известно становится только о случаях с плохим исходом, и люди живут в информационном поле, где существует исключительно негативный опыт, а позитивных примеров очень мало.

— Вы можете назвать три самых больших мифа о раке и развеять их?

Второй миф — лечение онкологического заболевания обязательно очень дорого! Это не совсем так. Далеко не во всех случаях лечение выходит невозможно дорогим. Полис обязательного медицинского страхования покрывает расходы на лечение. Не всегда в том объеме, который требуется пациенту. Многое зависит от отдельных страховых кампаний. В России сейчас существуют разные психологические и консультационные службы помощи, которые могут проконсультировать каждого отдельного человека и подсказать дальнейшие шаги, необходимые для лечения и получения необходимой медицинской помощи.