Братья Запашные: "Женщин тоже дрессируем"

Знаменитые повелители хищников рассказали нашему корреспонденту о трюках из Книги рекордов Гиннесса, детской клятве и Краснодарском цирке. А еще о том, к каким необычным бракам может привести американская толерантность.

Знаменитые повелители хищников рассказали нашему корреспонденту о трюках из Книги рекордов Гиннесса, детской клятве и Краснодарском цирке. А еще о том, к каким необычным бракам может привести американская толерантность.

Эдгард и Аскольд привезли в Краснодар шоу «Эмоци и…». Без ложной скромности братья называют его «проектом мирового уровня». Гвоздь программы – «Прыжок на льве», занесенный в Книгу рекордов Гиннесса. Перед шоу братья дали интервью в одном из ресторанов города. Первым пришел Эдгард: «Уф, брат вечно опаздывает! Терпеть не могу эту его привычку». А вот наконец и мускулистый Аскольд. На многих фото Запашные – блондины с длинной шевелюрой, а на интервью пришли стриженые брюнеты. – Почему сменили имидж? Э.: – Перекрасились в блонд по совету отца (дрессировщика Вальтера Запашного. – Прим. авт.), когда поехали с ним выступать в Китае. Нужно же было чем-то отличаться от жителей Поднебесной! А потом эти образы так к нам и приклеились. Недавно сказал: «Все, надоели эти белобрысые космы!» и подстригся. А имиджмейкера у нас с братом нет, костюмы и сценические образы придумываем сами. – В Краснодаре вы впервые? А.: – Нет, второй раз. Но пока толком ничего не видели. Говорят, у вас есть большой Сафари-парк, хотелось бы взглянуть.

– Мы не отстаем от мирового тренда – у нас есть и защитники, которые требуют, чтобы животных из цирков и зоопарков выпустили на волю…

А.: – Слава Богу, что сумасшедшие есть и в вашем городе, вам не скучно. А вы знаете, что уссурийские тигры до сих пор не исчезли благодаря зоопаркам? Эти хищники – большие эгоисты, и в природе два самца обычно вступают в схватку, пока один не убьет другого, потому что каждый защищает себя до последнего. Получается, что, помимо браконьеров, тигры еще и сами себя уничтожают. Считаю, если держать животных в достойных условиях, это сохранит им жизнь. Поэтому зоопарки спасают. Хотя и здесь не все так просто. В Ижевске, например, очень хорошее содержание питомцев, чего не скажешь, к сожалению, о питерском зоопарке. Условия надо создавать. Э.: – «Зеленые» любят животных, да, но не любят людей. И поэтому доходят до абсурда. Давайте отберем сейчас любимого котенка у малыша или собаку-поводыря у слепого. А что? Это же, по их логике, насилие над братьями меньшими?! Я за свою жизнь не видел ни одного «зеленого», который помогает животным. Популистов много, лицемеров еще больше. Ни один человек не пришел к нам и не сказал: «Друзья, давайте создадим хорошие условия для животных». Напротив, они очень агрессивны. Вы почитайте комментарии зоозащитников в интернете. Если происходит какое-то ЧП, обычно пишут: «Так им и надо», «Пусть они сдохнут». Люди, очнитесь! Границы зыбкие. Легко пойти не той тропинкой. Сейчас в США модно заключать однополые браки, а завтра животных признают личностями. А это значит, что зверью разрешат голосовать, с кошками и собаками можно будет заключать браки. Почему бы и нет? Мы же толерантны к ним…

– Вы выступаете в Ледовом дворце. Почему не в Краснодарском цирке?

Э.: – А вы его видели? Смело могу сказать, что Краснодарский цирк находится в тройке худших в стране. Как ни печально, но я знаю многих артистов, которые просто отказываются ехать на гастроли в столицу Кубани, потому что здание цирка в ужасающем состоянии. И мы с братом долго не хотели приезжать. Нам просто жалко зрителя, который туда придет. Я участвовал в общественном совете при Минкульте России, который год назад решил передать цирк в ведение властей Кубани. Мы надеемся, что новый губернатор края не забудет о нем. Еще одна причина – наш проект все-таки больше шоу, выходящее за рамки просто цирка, ну а на спортивной арене есть где развернуться. Вообще, проект таких масштабов мало кто делает сейчас в Европе: в последнее время сложностей прибавилось – новые законы, проблемы на границах. С животными работать становится просто невыгодно, да и не нужно. – Я знаю, что пара ваших номеров даже попала в Книгу рекордов Гиннесса… Э.: – Мы, вообще, многостаночники – выступаем как жонглеры и акробаты на лошадях, как джигиты, как акробаты-вольтижеры и акробаты на роликах. Постоянно тянет на что-то сложное по исполнению. Что касается рекордов, то брат делает прыжок верхом на льве. Его исполнял наш отец Вальтер Запашный, но делал это со страховкой. Аскольд пошел дальше и сделал его без страховки. Второй трюк – самая высокая колонна из людей, стоящих друг на друге на двух бегущих лошадях. Я стою на кобылах и на мне еще двое акробатов. Сначала был более легкий вариант, но я решил его усложнить, в итоге родился такой рекорд. На репетицию каждого трюка ушло по два года. Теперь у меня новый план – хочу взять на плечи льва. Это и опасно, и физически трудно. Буду год тренироваться. – Хищникии на вас нападали когда-нибудь? А.: – О, вы видели эту пасть? Когда хватает тигр, ты как минимум остаешься без одной конечности, а как максимум… ну, вы понимаете. Есть очень мало счастливчиков, на которых напали тигры, и они выбрались живыми. Такой пример – наш дед. Ну а мы с братом – обладатели большого количества шрамов, серьезных травм не было.

– А с братом вы «кусаетесь» – спорите, конфликтуете? А.: – Здоровая конкуренция есть всегда. Если кто-то начинает распускаться, лениться, то другой ему обязательно об этом напомнит. Конфликтуем часто, потому что мы, на секундочку, 37 лет вместе. Недавно вот поспорили насчет льва по кличке Филипп. Брат сказал, что толку с него не будет, хищник бездарен, и его надо сдать. Я считал по-другому и стал с ним заниматься сам. В итоге брат передо мной даже извинялся. Сейчас Филипп – один из наших лучших артистов. Просто в работе с ним требовалось больше терпения. И могу сказать, что лев стал моим другом. А в более юном возрасте с братом был и другой конфликт. Я вообще думал, что с тиграми работать не стоит, потому что мы могли стать плохой копией отца, который достиг в этом деле небывалых высот. Я боялся, что мы потратим всю свою жизнь только на то, чтобы его повторить. Но Эдгард меня переубедил – в работе с хищниками есть какая-то героика. Те же жонглеры, достигшие мирового уровня, никому не известны, в отличие от дрессировщиков. Юрий Никулин приводил такой пример. Циркач много времени потратил на то, чтобы научиться жонглировать спичками. Вышел на манеж, и… его искусство никто просто не разглядел. Он был раздавлен…

– Откуда взялись ваши необычные имена?

А.: – В цирковых династиях так принято. Папа вообще меня хотел назвать Октавианом, но мама была против. Тогда решили кинуть жребий. Победил Аскольд – имя, которое придумала мамина подруга.

Э.: – А когда я родился, папа был так счастлив, что вышел на улицу и разрядил целую обойму холостых патронов в воздух, – он ждал сына, ведь от первого брака у него была дочь. Ему сообщили во время работы: «Вальтер, сын». Потом накрыл стол, и на три дня открыли ворота в цирке и прохожие могли зайти и выпить чарочку. Мы, кстати, и животным даем особые клички – хищников называем по именам певцов – у нас был, например, лев Майкл – в честь Майкла Джексона. А попугаев – по именам писателей.

– А ваш любимый писатель?

А. – Обожаю Стивена Кинга, Чейза, Толкиена. Люблю булгаковское «Собачье сердце». Когда прочитал, удивился смелости автора и еще раз убедился, что терпеть не могу стереотипы. А вот Чехова я не понимаю.

– Правда, что вы в детстве дали друг другу какую-то клятву?

А.: – Да, поклялись с братом, что всегда будем вместе. До сих пор держимся, как видите.

– Неужели и из-за девушек не дрались в юности?

А.: – Скажем так, показывали друг другу свою силу, но до драк не доходило. Но даже если бы я и побил брата, от этого девушка бы меня больше любить не стала.

– Навыки дрессуры животных применяете в общении с женщинами?

– На самом деле, психология взаимоотношений человека и животного, дрессуры, идентична психологии взаимоотношений людей. Человек, который дрессирует опасных животных, должен быть хорошим психологом. Знания психологии могут пригодиться где угодно. Просто слово «дрессура» у многих ассоциируется с негативом – взял хлыст и запугал, закошмарил. Хотя многим женщинам такой подход нравится (улыбается). Тем не менее в таком контексте мы никогда не применяли свои знания, конечно.

– Ваш идеал женщины? А.: – Это женщина, которая не только слушает, но и слышит. И еще не воспринимает меня отдельно от моей профессии. Многие девушки, пытаясь познакомиться, говорят: «Поверь мне, я не отношусь к тебе как к звезде». Но это тоже странная позиция. Я артист, который 80 процентов своей жизни тратит на цирк. Как можно меня оттуда вырезать? При этом нужно понимать и мои слабости – я амбициозен, пользуюсь большим интересом со стороны девушек – нужно соответствовать. Есть много женщин, особенно молодых, которые упрощают все это до формул. Считают, например, что надо жить, «как все». Но я не есть, как все. Я человек с богатым опытом, у меня в жизни было много женщин. Я много путешествую, мало кто видит столько, сколько я. Меня даже удивить очень трудно, но не потому, что я такой классный, а потому, что это факт. И непонимание этого рождает множество противоречий, и девушка сама не понимает, почему у нас не получаются взаимоотношения. – Вам не скучно жить с такой позицией: «А чего я там не видел, чем вы там можете меня удивить?»

– Наоборот. Человек, который умеет перед собой ставить цели и задачи, найдет интерес даже в простых вещах. Скучно тому, кто примитивно смотрит на мир. И мне будет скучно со скучным человеком. И, наоборот, если человек мне нравится, я с радостью «подтяну» его до своего уровня. Э.: – А что это вы у брата про идеал женщины спрашиваете? Он женатый человек!

– Ваш идеал, Эдгард? Э.: – Я не строю себе идеалов.

– И все же?

Э.: – Женщина должна быть красивой, доброй, адекватной, любящей.

– Любящей вас?

Э.: – Умеющей любить. Ну, если она меня не будет любить, не будет смысла в наших отношениях. Умеющей любить меня, детей, животных, жизнь… и делать это искренне.

– Если бы не цирк, чем бы вы занялись?

Э.: – Сейчас мы установим рекорд по краткости – мы не знаем, потому что, как говорил папа, «родились в опилках». А.: – Вы, наверное, хотели спросить, чем мы увлекаемся в обычной жизни? Я бы, например, с удовольствием занимался… Э.: – Вот видишь, как ты мягко перевел этот вопрос на себя, чтобы рассказать, какой ты компьютерный гений (улыбается). А.: – Так я и о тебе хотел рассказать! Э.: – Нет, такого не бывает.

– Как считаете, есть ли у молодежи сегодня стимул идти в цирковые училища?

Э.: – Мы с братом входим в десятку Forbes – нас нельзя назвать бедняками. Так что как минимум материальный резон есть у всех. Хвастаемся не потому, что нам так хочется, а потому что сами с трудом в это верили когда-то. Потому что с уходом Попова и Никулина степень звезды в российском цирке очень сильно упала. Он стал безликим. По-хорошему, таким остается до сих пор. Можно сейчас назвать максимум пять имен в цирке – Запашные, Куклачев, Карина и Артур Багдасаровы. Все! Хотя сделать себе имя вполне реально. Вряд ли можно найти более известного в мире артиста из России, чем клоун Олег Попов. Ту же Пугачеву меньше знают. Я был на его представлении в Германии, а перед этим видел рекламу – не русский цирк, а просто – «Олег Попов», и всем все понятно. Это серьезный пример, на который можно ориентироваться.

А.: – Знаете, я… Э.: – Подожди, я не договорил, а то сейчас меня обвинят в тщеславии. Самое главное для меня то, что цирк – это искусство прямого эфира. Мы каждый день вновь и вновь пытаемся доказать зрителям, что мы что-то можем. А для этого надо пахать. Когда ты после двухчасового представления, выжатый, как лимон, слышишь аплодисменты зрителей, ты чувствуешь себя человеком, который чего-то добился.

– Вы разносторонние личности. В проектах типа «Евровидения» не хотели поучаствовать?

Э.: – Я Сереже Лазареву предлагал такую идею. Но пока у него что-то не срослось. Но у нас были не менее интересные проекты. Наши дети-артисты принимали участие в закрытии Олимпийских игр в Сочи. Впереди чемпионат мира по футболу – надо показать себя!

– Как отдыхаете?

Э.: – Я скоро полюблю отдыхать, потому что пока вообще не получается. Мы сегодня 4 часа поспали, и я понимаю, что завтра-послезавтра будет еще хуже.

А.: – Ты пожаловался?(смеется) Теперь я скажу. У нас есть активный и пассивный отдых. Любим футбол, раз в неделю обязательно гоняем мяч на стадионе в Санкт-Петербурге. Мне нравится хоккей, пинбол. Обожаю путешествовать, мечта – отправиться на Северный полюс. А пока устроил себе совершенно беспрецедентный отдых: месяц ездил по Соединенным Штатам. Брат звонил каждый день.

Э.: – А я объясню, почему. Пока я тут весь «в соплях» от тигров, потому что снимался в фильме и постоянно приходилось голову в пасть засовывать, брат там в Инстаграме в разных позах – и так, и сяк (показывает). А в титрах – Аскольд и Эдгард Запашные значатся (улыбается).

А.: – Недавно еще креативный директор «Камеди клаб» показывал фотографии, как они на Эльбрус пять дней поднимались. Ух, я обзавидовался! Обожаю такие авантюры!

– Кстати, о кино. В какой роли лучше себя ощущаете – дрессировщиков или актеров?

Э.: – Мы никогда не ставили задачу, чтобы карьера киноактера перекрыла цирковую, как это, к сожалению, случилось у Юрия Никулина. Не могу сказать, что нас заваливают предложениями киношники, но у меня есть несколько ролей, за которые мне не стыдно. Очень понравилось играть в сериале «Интерны». Я сам искренне люблю этот фильм, реально не пропустил ни одной серии. И когда мне позвонили и сказали, что будут писать сценарий специально под меня, гордость меня просто распирала (улыбается). Чаще нас приглашают сыграть самих себя. Но вот буквально на днях закончили сниматься в ленте об актрисе «Полосатого рейса» Маргарите Назаровой. Этой работой я действительно горжусь. Вот где настоящий цирк! Мы играли вместе с тиграми. Вообще, это нонсенс. Ведь фильмов, где животные на первых ролях и вокруг них строится вся история, у нас со времен «Приключений итальянцев в России» не было. В этом байопике нет компьютерной графики. Назарову, например, сыграла Ольга Погодина, которая все трюки делала сама, подвергая свою жизнь опасности. Сериал покажут на Первом канале. – Правда, что вы собираетесь сняться в ремейке «Полосатого рейса»? Э.: – Да пока только мечтаем. Но конкретных предложений еще не было. – О чем еще грезите? Э.: – Хотелось бы так раскрутить наш бренд, чтобы Цирк братьев Запашных встал на одну ступеньку с канадским «Дю Солей». Работаем над этим.