автореферат диссертации по филологии, специальность ВАК РФ 10.02.01 диссертация на тему: Трансформация английской лексики в языке русского зарубежья XX-XXI вв.

автореферат диссертации по филологии, специальность ВАК РФ 10.02.01 диссертация на тему: Трансформация английской лексики в языке русского зарубежья XX-XXI вв.

Полный текст автореферата диссертации по теме "Трансформация английской лексики в языке русского зарубежья XX-XXI вв."

На правах рукописи

ПОДСВИРОВА Лариса Викторовна

ТРАНСФОРМАЦИЯ АНГЛИИСКОИ ЛЕКСИКИ В ЯЗЫКЕ РУССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ ХХ-ХХ1 ВВ.

10.02.01 - Русский язык

диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Работа выполнена в ФГБОУ ВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет»

Научный руководитель доктор филологических наук профессор

Буров Александр Архипович

ФГБОУ ВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет»

Официальные доктор филологических наук профессор

оппоненты Горина Ирина Ивановна

ГОУ ВПО «Армавирская государственная педагогическая академия»

доктор филологических наук профессор Ходус Вячеслав Петрович

ГОУ ВПО «Ставропольский государственный университет»

Ведущая организация ГОУ ВПО «Таганрогский государственный

Защита диссертации состоится 29 сентября 2011 года в 15 часов на заседании диссертационного совета ДМ 212.256.02 при ГОУ ВПО «Ставропольский государственный университет» по адресу: 355009, Россия, г. Ставрополь, ул. Пушкина, 1, аудитория 416.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ГОУ ВПО «Ставропольский государственный университет» по адресу: 355009, Россия, г. Ставрополь, ул. Дзержинского, 120.

Автореферат разослан«/^)* августа 2011 г.

Ученый секретарь диссертационного совета доктор филологических наук профессор

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность работы. В современную эпоху сближения и взаимодействия языков различных систем, семей и групп, когда поликультурная коммуникация определяет статус любого уровня общения, как никогда важна объективная оценка соотношения в каждом развитом языке исконного и заимствованного начал. Русский язык уже в течение многих столетий является уникальной языковой средой, в пространстве которой длительное время взаимодействуют собственно славянские и неславянские элементы. С учетом различий в системах, этнокультурных языковых стереотипах, а значит — и языковых картинах мира и способах речевого мышления языковой личности мы считаем целесообразным выделить в словаре русского литературного языка XX - XXI вв. особый пласт лексики (фразеология может быть рассмотрена отдельно), который мы называем трансформированной. Сюда мы отнесем слова, которые, будучи исконно нерусскими (или относительно исконно), то есть заимствованными, испытали воздействие русской языковой системы, в первую очередь в лексико-семантическом, лексико-деривационном и лексико-грамматическом аспектах. При этом и этимологический план, который фиксируется в корневых элементах, вполне естественно подвергся определенным изменениям.

Подобные явления самими писателями, представляющими рассматриваемое нами пространство русского языка, выводятся за пределами нормативной речи. Один из наиболее ярких представителей языка русского зарубежья В.П.Аксенов объясняет это так: «. невольно даже засоряешь свою речь, потому что один язык находит на другой, одни понятия - на другие» [Шарымова 1990: 89].

Вместе с тем в лингвистике до сих пор еще очень мало работ, в которых лексика, подвергшаяся структурно-семантической трансформации

под воздействием европейских языков, находит свою интерпретацию [Язык русского зарубежья 2001; Залесова 2002; Большакова 2005; Колесова 2005 и др.]. Это относится в основном к тому словарному пласту, который образует особое лексико-грамматическое поле русского словоупотребления как в иноязычной, так и в отечественной языковой среде. Именно поэтому мы считаем актуальным анализ заимствованной лексики, которая подверглась воздействию русскоязычных законов словообразования и словоупотребления. При этом формируется лексико-семантическое пространство слов-трансформативов, представляющее интерес для исследователя как особый фрагмент словаря современной русской языковой картины мира. Этот фрагмент весьма показателен с точки зрения реального представления о тенденциях, проявляющихся в функционировании русского языка эмиграции и свидетельствующих не только о мимикрии, приспосабливаемости русского языка к языку-контексту за рубежом, но и об известной деструкции, неизбежно наблюдаемой в условиях иноязычной среды. По словам того же В.П. Аксенова, «эмигранты отстают от языка (имеется в виду - родного русского — Л.П.), и в обыденной вещи за рубежом появляются всевозможные искажения: пошли поланчуем . ; возьмешь двадцать седьмой экзит, повернешь на втором лайте, то бишь на светофоре» [цит. по: Большакова 2005:35].

Изучению проблемы заимствования в русском языке, связанного в том числе и с трансформацией заимствованных слов, посвящено немало работ (Ахманова 2004; Биржакова 1972; Брейтер 1997; Ваганова 2005; Винокур 1996; Глазырина 2006; Гловинская 1996; Голубева-Монаткина 1993; Дьяков 2003; Ефимова 1957; Захватаева 2011; Зеленин 2008; Земская 2000, 2001; Карташова 2002; Караулов 1992; Касьянова 2003; Костомаров 1996; Крысин 1996, 1998; Кубрякова 1986 Лотман 1994;

Лотте 1982; Маринова 2008; Семенова 2007; Таганова 2004; Черкасова 1997; Шанский 1972 и др.).

Соответственно, объектом исследования в диссертации выступает лексическое пространство заимствований в языке русского зарубежья XX -XXI вв. При этом имеется в виду язык русских эмигрантов как часть русского литературного языка в его живом, естественном функционировании в письменной и устной форме различных речевых жанров (Земская 2001: 14 и след.).

Предметом исследования является заимствованная в языке русского зарубежья рассматриваемого периода английская лексика, подвергшаяся трансформации под воздействием законов и процессов современного русского языка.

В основе эмпирического материала работы - художественно-публицистические тексты русскоязычных писателей, оказавшихся в социальном пространстве русского зарубежья XX — XXI вв. (преимущественно это 3-я и 4-я волны эмиграции).

Методологическая база исследования. Методология предпринятого исследования основывается на общефилософских принципах представления языка как системы материального, объективного, динамического характера, которая функционирует и постоянно развивается. Употребление тех или иных единиц этой системы осуществляется в строгом соответствии со сложившимися правилами соотношения языка и речи.

Общенаучные методологические принципы работы определяются системностью, динамизмом, а главное - антропоцентрическим подходом к анализу объекта и предмета диссертации.

Частная научная методология, на которую мы опираемся в работе, базируется на концепции динамического развития словаря языка и на принципах взаимоотношения исконной и заимствованной лексики. Кроме

того, важное место в методологической базе занимают труды по теории заимствования и конкретно связанные с анализом словарей разных языков [Ахманова, 2004]. Особое место в методологической базе исследования принадлежит работам, посвященным языку русского зарубежья [Земская, 2001; Дьяков, 2003].

Исследование и обобщение материала осуществляется в диссертации на основе как традиционных, так и современных методик лингвистического анализа. Это наблюдение, описание, аналитико-синтетическая систематизация, а также методы структурно-функционального, дистрибутивного и компонентного анализа, методы антропогенного анализа (с учетом выводов теории языковой личности) и другие.

Цель работы - определить структурно-семантическую специфику процесса трансформации английской лексики в языке русского зарубежья XX — XXI вв.

1) дать сопоставительную характеристику словарных систем современного русского литературного языка и языка русского зарубежья в аспекте лексико-словообразовательных контактов двух языков, одновременно представив язык русского зарубежья в качестве особой функциональной разновидности современного русского литературного языка;

2) показать специфику влияния английского языка на современный русский язык в плане формирования словаря языка русского зарубежья как особой функциональной разновидности, включающей особое лексико-грамматическое поле слов-трансформативов (дилемма «язык-гость» - «язык-контекст»);

3) определить причины и специфику лексической трансформации как «реакции» заимствованного слова на чужеродный (в нашем случае русский) контекст;

4) выявить основные тенденции и способы трансформации английских слов, подвергшихся русификации, и представить особенности их употребления;

5) охарактеризовать портрет языковой личности автора художественного текста русского зарубежья, уделив основное внимание словарному уровню;

6) установить объективные и субъективные закономерности в соотношении исконной и заимствованной лексики в словаре языка русского зарубежья с учетом употребления слов-трансформативов.

Задача рассмотреть анализируемую лексику в сопоставительно-типологическом плане в работе не ставится.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в следующем.

1. Установлено, что в русистике дается сопоставление систем современного русского литературного языка и языка русского зарубежья как языка русских эмигрантов — части русского литературного языка в его живом, естественном функционировании в аспекте лексико-словообразовательных контактов, ведущих к трансформационным процессам;

2. Показана специфика влияния английского языка на формирование словаря языка русского зарубежья как особой функциональной разновидности, чей словарь обусловлен характером дилеммы «язык-гость» - «язык-контекст»;

3. Определена специфика и выявлены экстралингвистические и интралингвистические причины лексической трансформации как «реакции» английского заимствованного слова на русский контекст;

4. Выявлены основные способы лексико-семантической и лексико-деривационной трансформации английских слов, подвергшихся русификации;

5. Предпринята попытка портретирования языковой личности автора художественного текста русского зарубежья с учетом употребления слов-трансформативов;

6. Определены роль и место трансформированной лексики в словаре как современного русского языка, так и языка русского зарубежья.

Теоретическая значимость диссертационной работы заключается в постановке проблемы статуса английской лексики, трансформированной в языке русского зарубежья. Данная лексика характеризуется в первую очередь лексико-деривационной спецификой и отражает определенные тенденции в речевом общении как носителей языка русского зарубежья, так и современного русского языка в целом. Мы имеем дело с проявлением динамических тенденций в интерактивном словоупотреблении современного русского языка.

Практическая ценность диссертации обусловлена возможностью применения ее материалов и выводов в вузовском и школьном преподавании лексикологии современного русского литературного языка, а также стилистики, филологического анализа текста, сопоставительной типологии русского и английского языков, в процессе работы над созданием текста, в частности — публицистического. Кроме того, диссертация может заинтересовать специалистов в области перевода.

Материалы и выводы работы, на наш взгляд, также могут заинтересовать всех носителей языка русского зарубежья и тех, кто непосредственно контактирует с ними, в плане осмысления тенденций развития современного русского литературного языка XXI в.

Положения диссертации, выносимые на защиту.

1. Сопоставление систем современного русского литературного языка и языка русского зарубежья - языка русских эмигрантов как части русского литературного языка в его живом, естественном функционировании в аспекте лексико-словообразовательных контактов этих двух языковых пластов показывает, что язык русского зарубежья является особой функциональной разновидностью современного русского литературного языка и в русской языковой картине мира в полной мере отражаются контакты русского языка, прежде всего — с английским языком.

2. Лексика языка русского зарубежья XX - XXI вв., оказываясь в контексте пространственной дилеммы «язык-гость» — «язык-контекст», подвергается трансформации в своей словообразовательно-грамматической части, сохраняя при этом лексико-семантическую основу (корень слова).

3. Лексико-словообразовательная специфика слов-трансформативов характеризуется в языке русского зарубежья экстралингвистическими и интралингвистическими моментами; при этом трансформации подвергается в основном посткорневая часть слова (суффиксы и окончания).

4. Основные способы лексико-семантической и лекенко-деривационной трансформации английских слов, подвергшихся русификации, соответствуют моделированию современного русского морфологического словообразования (суффиксация, префиксация, модификация флексии и т.д.).

5. Есть все основания говорить о «семантическом сопротивлении» данным изменениям со стороны носителя языка русского зарубежья как языковой личности автора художественного текста и о компромиссах в сфере трансформации лексического материала.

6. Трансформированная лексика занимает специфическое место в словаре как современного русского языка, так и языка русского зарубежья, характеризуя особенности лексических контактов русского и английского языков XX - XXI вв. и трансформационные тенденции в развитии современной русской языковой картины мира.

Апробация диссертации. Основные положения диссертационного исследования отражены в 10 публикациях по теме (общий объем - 4 п.л.), в том числе в 3 статьях, включенных в журналы из списка, утвержденного ВАК РФ. Материалы и выводы исследования апробированы на заседаниях аспирантского объединения и кафедры русского языка ГОУ ВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет», а также в докладах на научно-теоретических и научно-практических конференциях: «Портрет языковой личности писателя русского зарубежья (конец XX -начало XXI века)» (Пятигорск, 2007); «Трансформационные тенденции в употреблении англицизмов в языке русского зарубежья» (Пятигорск, 2009); «Процесс освоения иноязычных слов в конце XX столетия» (Тамбов, 2009).

Структура исследования: введение, 3 главы, заключение, библиографический список (271 источник на русском и иностранном языках).

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении освещены основные «паспортные» данные исследования: актуальность, объект, предмет, цель, задачи, методологическая база, приемы и методы, источники, новизна, выносимые на защиту положения, теоретическая ценность, практическая значимость, апробация работы.

Глава I «Лексическая система языка русского зарубежья: аспект влияния англоязычного контекста» посвящена проблеме, связанной в первую очередь с языковыми контактами как взаимодействием, соприкосновением языков, возникающим в результате территориального, социального, межэтнического, культурного общения разноязычных народов.

В разделе 1.1 «Язык русского зарубежья как функциональная разновидность современного русского литературного языка» говорится о том, что данная языковая сфера как самостоятельный способ бытования современного русского языка, как отдельная сфера его существования, наряду с другими, достаточно автономными, его ипостасями, функционирующими на исторической родине, представляет собой «необозримую и сложную тему», характеризуя разные «волны» эмиграции [Караулов 1992: 5].

С одной стороны, как правило, иноязычные слова и выражения используются представителями всех волн эмиграции, что вполне естественно, поскольку им приходилось ежедневно вступать в речевой контакт с исконным населением. С другой стороны, не менее естественным оказывается и такое взаимодействие русского языка эмигрантов с «языком-контекстом», когда лексика контактирующих языков подвергается трансформации, что в первую очередь отражается на грамматической форме слова.

В разделе 1.2 «Специфика словаря языка русского зарубежья в сравнении со словарем современного русского литературного языка» лексическая система языка рассматривается в качестве основы языковой картины мира.

Если понимать под словарем языка русского зарубежья известное образование, соотносящееся со словарем современного русского литературного языка, то нужно отметить: в большинстве

энциклопедических и справочных источников само понятие «язык русского зарубежья» как самостоятельное когниолингвистическое образование отсутствует.

Словарь языка русского зарубежья (и соответствующая языковая картина мира) подвергся консервации и оказался обреченным на самовоспроизведение как а) либо сопротивление иноязычной среде; б) либо подчинение этой среде.

В зоне контаминации 2-х вариантов языковой картины мира возникает рассматриваемое в диссертации явление словарной интерференции, ведущее к появлению в языке русского зарубежья, а вслед за этим - и в современном русском языке слов-трансформативов, уникальным образом расширяющих сферу словоупотребления.

Словарь языка русского зарубежья характеризуется противоречивой динамикой характера, о чем свидетельствуют следующие признаки:

• неизбежное взаимодействие словарей «языка-гостя» и «языка-контекста» русского и английского языков;

• закрытость, отсутствие национальной этноязыковой «подпитки»;

• количественный отток лексического материала;

• открытость в отношении к иноязычному окружению;

• асимметричное развитие в пределах исторического действия языка;

• пассивное функционирование письменной (законсервированной) и устной (открытой) форм.

В разделе 1.3 «Лексические заимствования в современном русском литературном языке и языке русского зарубежья» анализируются вопросы, связанные со спецификой сферы лексического взаимодействия языков.

Вследствие проникновения иноязычных словарных элементов из одного языка в другой на лексическом уровне проявляются инновации в словаре носителей языка, в том числе - эмигрантов.

Когда носители языка перестают ощущать непривычность иноязычного слова, оно теряет сопроводительные сигналы и комментарии и начинает употребляться «на равных» с другими словарными единицами родного языка.

Сравнительно недавно заимствованное русским языком из английского словосочетание уик-энд ('конец недели; отдых в конце недели') было распространено преимущественно в речи интеллигенции. Это не значит, что оно неизвестно представителям других социальных слоев и групп, хотя там оно используется менее активно. Например, Вот тебе и уик-энд, настоящий «подвиг разведчика»! (В. Аксенов. Скажи изюм).

Вполне естественно происходит адаптация иноязычного слова в русском языке. Многие иноязычные лексические элементы являются специальными терминами и в качестве таковых сохраняют достаточно узкую сферу употребления. Кроме того, слова, взятые из других языков, могут оставаться приметами словоупотребления определенной социальной среды: ср., например, многочисленные англицизмы в молодежном жаргоне 60 - 70-х гг. - типа френд 'друг', герла 'девушка', шузы 'ботинки, обувь

вообще' и т.п.: Каман, фрэнд, у вас у самого есть теперь шанс стать авторитетом в этом городе (В. Аксенов. Скажи изюм).

Раздел 1.4 «Лингвокогнитивный статус английских заимствований в языке русского зарубежья» посвящен характеристике заимствований из английского языка, которые появились в современном русском языке недавно. Однако в связи с кардинальными изменениями во всех сферах нашего общества они уже довольно прочно вошли в обиход и большинством носителей языка, особенно среднего и молодого возраста, не воспринимаются как нечто чужеродное ни в «языке-основе», ни в языке, оказавшемся в англоязычном окружении.

На фоне значительной группы заимствований из английского языка можно особо выделить так называемые американизмы, которые включают как слова с отрицательным семантическим и эмоционально-стилистическим ореолом, так и слова — названия тех или иных фактов и явлений, отношение к которым не выражено непосредственно в слове и его контекстуальном окружении, а зависит от ситуации речи, от тех или иных намерений говорящего и т.д.

Лингвокогнитивный статус английских слов, в той или иной форме заимствуемых носителем языка русского зарубежья, формируется благодаря взаимодействию двух начал. С одной стороны, это степень инерции русского языка-основы, усвоенного с детства и связанного с картиной мира, которая не приемлема с точки зрения жизненных, а, следовательно, и когнитивных ценностей (идеология и политика здесь не менее, если не более значимы, чем материальные условия жизни, быт). С другой стороны, это ста потребности, жизненной необходимости не только овладеть новым языком-контекстом (в нашем случае - это английский язык), принять его ценности и, соответственно, когнитивные установки, его вариант картины мира, запечатленный в речевых формах, но и найти точки соприкосновения с ним в своем родном языке.

Взаимодействие этих начал зачастую приводит не к гармонии межязыковых контактов, а к их столкновению, даже к аннигиляции, когда носители русского языка в условиях новой действительности становятся социальными париями, а потом погибают, оставаясь «без языка» (В.Г. Короленко).

В разделе 1.5 «Английские заимствования в языке русского зарубежья как лексико-грамматическое поле» утверждается, что подход к изучению языковых явлений в плане их системного осмысления представляется весьма продуктивным, так как появляется возможность вскрыть наиболее существенные черты языка и установить ключевые закономерности, детерминирующие состояние, изменения и особенности функционирования этого важнейшего средства человеческого общения и отдельных его элементов, в первую очередь лексических - как основы языковой картины мира. В рамках данного подхода и был разработан полевый принцип изучения языковых явлений — одно из самых значительных достижений XX в. в лингвистике [Павлов 1996 и др.].

История исследования полей в разных областях научного знания берет начало в античной эпохе, когда человек осознал необходимость изучать предметы, явления, существующие в мире, не отдельно друг от друга, а во взаимосвязи, т.е. системно, а, следовательно - и систематизировать их названия.

Под «полем» в лингвистике понимается совокупность языковых единиц, объединенных содержательной общностью и отражающих понятийное, предметное и функциональное сходство обозначаемых явлений [Лингвистический энциклопедический словарь 1990: 380]. Данному понятию придается лингвокогнитивная направленность интерпретации, когда поле трактуется как «совокупность

содержательных единиц (понятий, слов), покрывающая определенную область человеческого опыта» [Ахманова 1966:334].

Репрезентантами элементов поля заимствований-трансформативов в языке русского зарубежья выступают лексические элементы, представляющие определенную область заимствований, которые совмещают типологические признаки двух языков и представляют собой уникальный способ межъязыковой интерференции.

В главе II "Лексика языка русского зарубежья II половины XX века как отражение взаимодействия «языка-гостя» и «языка-контекста»" рассматриваются процессы, связанные с трансформацией лексических заимствований из английского языка в речи носителей языка русского зарубежья.

Раздел 2.1 "Особенности взаимодействия «языка-контекста» и «языка-гостя»" посвящен разграничению этих понятий.

В нашем понимании современный английский язык в качестве «языка-контекста» на протяжении последних ста лет вступал в активные контакты со многими языками, в том числе и с русским языком, который оказывался и в положении «языка-гостя». Последнее обстоятельство и заставляет нас обратиться к особенностям взаимодействия этих двух языков на уровне отношений «контекст-гость». Эти особенности русификации английских слов, проявляющиеся в словаре, затрагивают прежде всего звуковую (графическую), словообразовательную и морфологическую области.

А) Область фонетической русификации - первая сфера, обнаруживающая англоязычное присутствие в языке русского зарубежья. Например, очень часто мы встречаемся с формой беби, в которой английское произношение [Ъе1Ы] предполагает произнесение гласного [в], отсутствующего в русского фонетике и по вполне понятным причинам замещаемого звуком [э]: Так что придется кое-что напомнить нашему

беби Фттариону и сделать это деликатнейшим образом (Аксенов. Желток яйца); Одна, черноглазая, веселая (через тридцать лет встреча в магазине «Блэк Си» на Брайтон-бич), говорит: Приходи ко мне, мой грустный беби! (Аксенов. В поисках грустного бэби); Рано утром Маруся бежала к остановке сабвея. (Довлатов. Иностранка). Обратим внимание на очевидные авторские разногласия в написании номинации, обозначабщей денотат, именуемый по-русски «ребенок».

Б) Область словообразовательной русификации - другая сфера, в которой мы видим «вторжение» «языка-контекста», то есть присутствие английского слова в несвойственном ему словообразовательном (русском) облике. Так, в слове ланчевать английское имя существительное lunch выступает лексико-деривационной базой при суффиксации русского глагола (-ева - ть). Ср. контекст: Я пастаивач на том, чтобы в каждый ее ланч мы отправлялись бы ланчевать в новый ресторан (Лимонов. Американские каникулы). Ср.: аналогичное образование от англ. spelling: Как спеллингуете свое имя? (Аксенов. В поисках грустного бэби).

В) Область морфологической русификации, касающаяся в первую очередь имен существительных, связана с решением принципиального для английского языка вопроса приобретения флексий, давно утраченных словами. Для употребления застывших форм языка аналитического типа богатейшая система падежей, характерная для русского языка как черта синтетической типологии, является настоящим грамматическим «потрясением». Так, склонение слов типа герла (от английского girl), возникшее в разговорном стиле как следствие русификации, не только режет слух, основанный на грамматико-типологической интуиции, но и вызывает некоторый культурный диссонанс. Например, Апрельским полуднем (так и хочется сказать «афтернуном») я гуляю с нашей собакой в Рок-Крик-парке. (Аксенов. В поисках грустного бэби).

Активная роль английского языка как «языка-донора» в российском речевом поведении обусловлена не только исторически сложившейся ролью англоязычных стран в мировой геополитике и, соответственно, английского языка как языка международных отношений, но и активной англоязычной (прежде всего американской) культурной экспансией последних лет, связанной с развитием на российской почве современной демократии, парламентаризма и рыночного либерализма. Поэтому понятие «язык-донор» применительно к английскому языку связано с русским языком в первую очередь тогда, когда речь идет об исконной территории его распространения, то есть о России. Что же касается языка русского зарубежья, то его словарь, заимствующий англицизмы, связан с английским языком скорее всего как с «языком-контекстом». Более того, само понятие языка русского зарубежья за пределами англоязычного территориального контекста разрушается.

Речевой портрет русских эмигрантов, особенно в области словаря, характеризуется высокой степенью освоения английской лексики и трансформации ее элементов, статус которых отличается от заимствований, вошедших в состав современного русского литературного языка («язык-основа»).

Взаимодействие «языка-контекста» и «языка-гостя» носит характер донорства — своеобразной подпитки лексической системы языка русского зарубежья гибридными англицизмами. Они, с одной стороны, способствуют расширению русского словоупотребления, а с другой -придают положительный имидж английскому языку как «языку-донору», делящемуся своей лексической и грамматической материей с русским «языком-гостем» и выполняющему интернациональную функцию.

В разделе 2.2 «Общие закономерности трансформации лексических заимствований в языке русского зарубежья» анализируется процесс образования лексических трансформативов в области заимствований,

употребляющихся в языке русского зарубежья. При этом учитываются данные, накопленные в отечественной лингвистике и связанные с изучением причин и характера заимствования [Дьяков 2003; Зеленин 2008; Крысин 2006; Линник 1989; Лотте 1982; Несветайло 2006; Фомина 2001; Шанский 1964,1981 и др.].

Традиционно выделяются внеязыковые (экстралингвистические) и языковые (лингвистические) причины данного явления. К экстралингвистическим обычно относят. 1) наличие более или менее тесных связей между двумя лингвокулыурами в политике, экономике, культуре, обмен опытом и инновациями в этих сферах, что мгновенно отражается на уровне лексики; 2) психологические, этические и другие факторы, приводящие к использованию иноязычной лексики (например, стремление к эвфемистичности) [Арутюнова 1998; Крысин 1996, 2009; Норман 1994]. В работе отмечается, что в современную эпоху изменения в словарном составе языка, связанные с заимствованием и преобразованиями в области заимствуемой лексики, во многом обусловлены изменениями в экономической и политической жизни, расширением международных контактов, миграционными процессами.

Среди лингвистических факторов, определяющих процесс заимствования, выделяют такие, как 1) стремление устранить полисемию (раскрутка - промоушн); 2) образование структурно аналогичных слов или наличие ряда с общим структурным компонентом (например, слова с английскими морфемами -мен', спортсмен, бизнесмен, полисмен)] 3) соответствие обозначаемого понятия с нерасчлененностью обозначаемого (электронное распечатывающее устройство — принтер). Кроме того, здесь важно учитывать и действие общеязыковых законов. К примеру, закон асимметричности языкового знака приводит к расширению значений слова, в результате чего многие слова могут переходить в самостоятельные

слова; закон языковой аналогии создает новые слова по словообразовательным моделям и т.д.

Изучение процессов освоения англоязычной лексики в языке современного русского зарубежья требует анализа этой проблемы в контексте общих закономерностей трансформации лексических заимствований.

В разделе 2.3 «Специфика трансформационных процессов в сфере лексического заимствования, характерных для языка русского зарубежья» рассматриваются общие закономерности, обусловливающие трансформацию английских заимствований в словаре языка русского зарубежья.

Мы выделяем способы лексической трансформации английских слов в языке русского зарубежья с учетом следующих уровней: грамматического, лексико-деривационного, фонетико-графического, семантического.

В грамматике языка русского зарубежья исследователи отмечают явления как специфичные, так и типичные для русского языка метрополии. В настоящем исследовании грамматические явления рассматриваются на морфологическом и синтаксическом подуровнях, мэн - мужчина; мани — деньги; аскать — спрашивать,, литловый — маленький; мыло или Емеля (е-таП) — электронная почта. В отличие от других языковых подсистем словообразование русского языка - самое мощное звено, которое не подвергается иноязычному натиску. Отметим деривацию неологизмов на «русской почве» от слов, либо не существующих в русском языке метрополии, либо имеющих другое значение. Ср.: Мало кто знает, что в таком месте еще сохранился старый грязный отелишко. Каунтримены всегда имели слабость к француженкам. Невероятное достижение для только что вырвавшегося в писатели интернационального траблмэйкера. Он, управляя тяжелым траком, глядя на толпу, цедит

сквозь зубы. До моего прихода, — зашептал Кирилл, делая мне водку с оранджусом. Первъш, не считая тех, кто читал ее в манускрипте Троцкого (Э. Лимонов. Красавица, вдохновляющая поэта). Имена существительные «отелишко», «каунтримен», «траблмэйкер», «трак», «оранджус», «манускрипт» можно рассматривать с точки зрения словообразования, ведущего к появлению лексем, которые автор использует для адаптации иностранных заимствований в пространстве русского языка с целью выражения нового его состояния, когда возникает интердискурсивное состояние общения в новых социолингвистических условиях.

Важнейший признак заимствованной лексемы - семантическая самостоятельность. Она предопределяет функциональную активность слова, регулярность его употребления в речи. Семантически полноценное иноязычное слово необходимо как средство общения, в то время как слово, дублирующее значение другой лексической единицы, легко вытесняется из употребления.

Слово аппликация, употребляющееся в русском языке в значении «кусочек бумаги/ткани, закрепленный на поверхности другой ткани/бумаги», обогатилось еще одним семантическим оттенком, возникшим под воздействием английского языка, - «анкета» (аррИсаНоп): «Вам нужно будет заполнить аппликацию». Слово интервью тоже закрепило за собой дополнительное значение - «собеседование по поводу приема на работу»: «Сложно ли пройти это интервью?» [Крысин 2009].

В разделе 2.4 «Прогнозирование трансформационных тенденций в употреблении англицизмов в языке русского зарубежья» говорится об одной из актуальных проблем современной лингвистики - взаимодействии и взаимовлиянии контактирующих языков. Ярким примером языковых контактов можно считать сам факт появления и функционирования в одном языке слов другого языка. Для начала XXI в, характерно

расширение сфер международных контактов, когда английский язык становится языком международного общения. Важная политико-экономическая роль англоязычных стран в мире, их превосходство в некоторых сферах деятельности в значительной степени активизируют появление и использование англицизмов в русском языке. В первую очередь это характерно для языка русского зарубежья как непосредственного «контактера» с английским языком.

В главе III «Лексические трансформации англицизмов в художественном стиле языка русского зарубежья как следствие проявления интенции языковой личности автора» речь идет о портретировании языковой личности автора художественного текста, представляющей язык русского зарубежья и, соответственно, его словарь как индивидуально осмысляемое явление. Анализ производных речевой деятельности этой личности свидетельствует, что в ее речи активно употребляются слова-трансформативы.

Раздел 3.1 «Портретирование языковой личности автора художественного текста и специфика словаря языка русского зарубежья» дает представление о портретировании языковой личности автора художественного текста как изображении демиурга текста, включающем характерные черты его личности в плане социальной, нравственной и эстетической позиции, а также в плане ее репрезентации. При этом языковая личность структурирует духовное пространство, связанное с концептосферой (знание) и семиосферой (закрепляющие это знание языковые формы), и обладает ярко выраженной индивидуальностью [Норман 1994; Петрова 2006; Буров 2010 и др.].

Главный герой пласта русской литературы, получившего название литературы русского зарубежья, чей язык является объектом диссертационного исследования, — эмигрант, за сложными перипетиями судьбы которого стоят напряженные размышления о России, о своем

предназначении и смысле жизни, о роли и ценности эмиграции (как процесса и как состояния, далеко не всегда комфортного). В русскоязычном пространстве текстов С. Довлатова, В. Аксенова, Э. Лимонова, Н. Медведевой и других авторов неизбежно встречаются заимствования. Эти англо-американизмы могут обозначать социальную жизнь человека (условия, в которых он живет, его окружение, результаты деятельности), а также профессию, род занятий человека, быт, семейные отношения и т.д. Например: В солнечный-пресолнечный морозный день у интеллигентного сешсмена с бородкой в магазине на Бродвее я купил наручники (Лимонов. Это я - Эдичка). Маруся завидовала детям, нищим, полисмэнам - всем, кто ощущал себя частью этого города. (Довлатов. Незнакомка);/Г жил эти две недели моих нью-йоркских каникул в доме, где когда-то служил хаузкипером (Лимонов. Ист-сайд - вест-сайд); И муж у нее симпатичный; а вот пойнтер у него неважный (Газданов. Вечер у Клэр); Трое полицейских, расправив плечи, выстроились в ряд, а иностранец, отойдя на несколько шагов, запечатлел юс на пленке своей "экзакты" (Некрасов. Первое знакомство).

Портретирование языковой личности автора художественного текст, созданного в пространстве русского зарубежья, позволяет выделить ряд признаков:

а) современность и адекватность мышления, соответствующие уровню развития общества;

б) коммуникативная открытость стиля, предполагающая возможность контактов и словарного «диалога»;

в) стилевая и языковая гибкость словаря русского языка, способного находится под влиянием взаимодействия;

г) специфика словаря текста, в котором наблюдается очевидное взаимодействие нетрансформированных и трансформированных

элементов, причем степень их соотношения определяется авторской индивидуальностью.

В аспекте исследуемой в диссертации проблематики портретирование представляет определенный интерес, так как позволяет квалифицировать, в частности, трансформацию английского слова, попадающего в контекст чуждой ему языковой среды. Аналитик оказывается перед дилеммой: выступает ли данный момент объективным проявлением авторских интенций, отражением имманентно происходящих процессов ассимилирования слабой языковой формы под воздействием формы, которая выступает более сильной, или это какое-то другое явление словаря, связанное, к примеру, с индивидуально-авторской игрой, в частности - окказионального плана.

В разделе 3.2 «Соотношение исконного и заимствованного лексических «слоев» в словаре языковой личности автора художественного текста» рассматривается словарь отдельной языковой личности, и в первую очередь - автора художественного текста, показательный с точки зрения проявления фактора индивидуально регулируемой рекурренции лексических полей, которые образуют словарное пространство. Это соотношение между исконным и заимствованным, старым и новым, закрепленным и разовым, образующим системные связи и нарушающим их словарным материалом.

Рассматривая английский словарь, можно сказать, что наибольшую роль в формировании словарного состава данного языка сыграли лексические элементы, относящиеся к общегерманской и общеиндоевропейской языковой общности [Амосова 1956: 124-125]. Видимо, это обстоятельство предопределяет известную устойчивость употребления слов-трансформативов с корнем или основой английского типа в русском языке. Полной лексической трансформации этих слов не наблюдается ввиду регулярности употребления английского слова,

закрепляющего за своей внутренней формой сгусток культуры и, соответственно, и семантический «локус», которые отсутствуют в русской действительности и в семантике словаря, представляющего ее языковую картину.

В разделе 3.3 «Специфика русификации английской лексики и роль субъективного фактора в этом процессе» отмечается, что воздействие словаря английского языка на русскоязычное общение и, соответственно, процесс русификации, освоения английских слов путем разного рода трансформации, ведет к семантическому расширению при употреблении и некоторых собственно русских слов. Это - процесс сравнительно новый и представляющий определенный интерес в ракурсе рассматриваемой в диссертации проблемы. Например, слово класс приобрело в речи эмигрантов два новых значения: 1) «предмет, курс»

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎