ПУСТЬ МЕНЯ НАУЧАТ! Или чего боятся челнинские вузы?

Обратный отсчет пошел. Времени до того момента, когда выпускники этого года «уйдут со школьного двора» и ступят на двор вузовский, остается всего ничего – два с небольшим месяца. Одни уже сделали свой выбор и наметили список институтов и университетов, которые будут «штурмовать», другим только предстоит определиться. За тем, как развивается ситуация вокруг поступления-2011, с интересом и легким беспокойством следят в челнинских вузах, ведь каждый из них кровно заинтересован, чтобы абитуриент отдал предпочтение именно ему… Об этом и не только мы решили поговорить за «круглым столом» с нашими экспертами.

Беседа, как и следовало ожидать, получилась эмоциональная и захватывающая, потому что, отвечая на наши простые вопросы о челнинской высшей школе, собеседники «Недели» одну за другой поднимали проблемы всего российского просвещения. И выяснили: а ведь их не меньше, чем в медицине! Просто язвы здравоохранения – на виду, на поверхности, а вот болезни системы образования – что называется, «отложенного действия», проявятся в будущем. Тем тревожнее становится за него. За будущее…

За образованием не надо далеко ездить

– Можно ли получить достойное образование, не уезжая далеко из родного города?

Ректор Набережночелнинского государственного торгово-технологического института Виктор Суворов:

– Вопрос, можно ли получить в Набережных Челнах качественное образование, на мой взгляд, несколько некорректен. А спросите себя: можно ли вообще получить его в нашей стране? Нынешние проекты образовательных программ и стандартов, технократизация нашего просвещения, сплошное натаскивание детей на тестах ЕГЭ, выхолощенные из учебных программ духовность и творчество – все это настолько удивительно, что перечеркивает все достижения образцового когда-то советского образования. А ведь нравственный слой формирует личность человека! Какую бы область знаний он ни изучал, без нравственных ценностей не достичь успеха в этом мире.

Не так давно в Набережных Челнах прошла отчетная сессия городского Совета, на которой обсуждались вопросы кадрового голода в системе здравоохранения: нет квартир, нет материальных стимулов для привлечения специалистов в наш город… А что, в образовании все вопросы решены? Конечно же, достойное, качественное образование можно получить в устоявшемся историческом университетском центре – в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге. Потому что там особая атмосфера, своя философия, своя культура. Но, во-первых, для нашего абитуриента это будет очень дорого стоить, а во-вторых, вряд ли, пройдя там обучение, он вернется в наш город.

Но когда сегодня предлагают сделать кого-то чьим-то филиалом, а пединститут ликвидировать, потому что есть педагогические университеты, я воспринимаю это как попытку изгнать образование из нашего города. Это трагедия. Потому что профессура задумается: стоит ли оставаться в Набережных Челнах, если нет перспектив? Да и молодежи здесь делать будет нечего. И люди разъедутся! Ну сколько можно инвестировать в перенасыщенную кадрами Москву?!

Проблем достойного образования в Набережных Челнах, как и везде, много. Но если мы скоординируем усилия, если каждый из нас будет работать над системой менеджмента качества в своем учебном заведении, скоординирует разрозненные планы и программы, то, наверное, мы улучшим качество образования в городе и сделаем его привлекательным не только для местных, но и для иногородних абитуриентов.

Проректор по учебно-воспитательной работе ИНЭКА Геннадий Маврин:

– Особенность Набережных Челнов заключается в том, что мы, здесь находящиеся высшие учебные заведения, имеем реальную возможность тесно сотрудничать с предприятиями-заказчиками наших образовательных услуг. И когда на республикан-ских и российских конференциях мы рассказываем о контактах с работодателями, коллеги нам завидуют. Потому что видят, что именно в провинции сохранились золотые крупицы советского образования.

Недавно ИНЭКА предложили вступить в Международное общество по инженерной педагогике (IGIP), что даст нам возможность формировать совместные образовательные программы и сертифицировать наших преподавателей как преподавателей инженерных знаний европейского уровня. Кроме того, мы имеем договоры о сотрудничестве с университетами Европы (Англия, Италия, Германия, Австрия), Северной Америки (Канада, США). Я хочу сказать, что благодаря современным информационным технологиям, у вузов появились возможности реально выйти в открытое международное образовательное пространство и сотрудничать с ведущими университетами мира. Поэтому за качественным образованием можно далеко не ездить – оно может быть получено и в Набережных Челнах.

Страдают все

– Многие выпускники школ, чего уж греха таить, не связывают свои планы с челнинскими вузами. Что бы вы им сказали, будь у вас такая возможность?

Геннадий Маврин:

– Высшие учебные заведения Набережных Челнов кровно заинтересованы в том, чтобы талантливые выпускники школ шли к нам. Мы понимаем: в полной мере это невозможно, поскольку самые достойные имеют право обучаться в лучших учебных заведениях России и зарубежья. Но мы бы хотели избежать увеличения оттока молодежи из города. Да, для этого складываются благоприятные условия, связанные, прежде всего, с ЕГЭ и повышением имиджа федеральных государственных и научно-исследовательских университетов. Однако здесь все не так просто и однозначно.

С одной стороны, наш город будет страдать от того, что подавляющее большинство уехавших выпускников никогда не вернется обратно. Другое обстоятельство связано с тем, что жить на «чужбине» – в Москве, Санкт-Петербурге и даже Казани – очень дорого. Ни для кого не секрет: даже когда юноша или девушка поступает на бюджетное отделение столичного вуза, родители несут большие издержки, чем если бы они оказались на платном обучении у нас. В какой-то мере страдают и они.

Другая проблема заключается в том, что и жить в большом городе сейчас сложно. Знаю много случаев, когда талантливые дети оказались не в состоянии закончить вузы в Москве и Санкт-Петербурге, а их изначально менее способные одноклассники, закончившие наш вуз, добились больших успехов. Поэтому из прин-ципа территориальности и, если хотите, любви к «малой родине», призываю выпускников средних школ обратить внимание на челнинские вузы.

Директор Набережночелнинского филиала «Академии управления «ТИСБИ» Ирина Комадорова:

– Соглашусь с коллегой. Набережные Челны уже пережили тяжелый период 1990-х, когда наблюдался сильный отток отличных специалистов, которые в свое время строили наш город и наверняка связывали с ним свое будущее. Кризис сильно ударил по интеллигенции.

Однако в те времена у нас было лишь два направления образования – техническое (КамПИ) и педагогическое (пединститут). Посмотрите, какой спектр образовательных услуг представлен в Челнах сегодня! Технические специальности, строительные, гуманитарные, бизнес-образование, торгово-технологическое – у нас есть всё!

Но мы по-прежнему переживаем проблему оттока специалистов. И она действительно очень серьезна. Если ее не переломить, очень скоро мы столкнемся с ситуацией 90-х, когда вроде бы и из кризиса выходим, а работать некому. И специалистов нет…

Москва – это еще не вся Россия

– Простой вопрос: что делать, чтобы челнинская молодежь не уезжала?

Геннадий Маврин:

– Должна быть подготовлена городская программа закрепления перспективной молодежи за вузами нашего города. Известно, что во все времена талантами славилась именно провинция. А если таланты будут растворяться в столичной среде, пострадает и наш город, и провинциальные вузы, и система регионального образования, и региональная экономика. Посмотрите внимательно на систему высшего образования в ведущих странах мира! Там многие вузы располагаются не в столицах, а в малых городах и даже в небольших поселениях! И это не мешает им давать образование мирового уровня…

Директор Набережночелнинского филиала Приволжского (Казанского) государственного университета Анатолий Макаров:

– На одном из совещаний ректоров, когда я выразил обеспокоенность тем, что наши выпускники уезжают из Челнов и поступают в столичные вузы, мне возразили: мол, разве это плохо? На первый взгляд, нет, неплохо. Но вместе с ними уходят и деньги города, семьи, вложенные в этих ребят, сводятся на нет усилия учителей… Это значит, что через пять лет они не пополнят ряды челнинских специалистов и не принесут никакой пользы родному городу. На языке экономики это называется «упущенная выгода».

Я согласен, городская программа должна быть, и в ней должно быть четко прописано, что всем вузам страны неплохо бы соблюдать единые правила игры (зачастую столичные институты и университеты устраивают олимпиады и конкурсы еще весной и тем самым переманивают выпускников), чтобы часть молодых и талантливых провинция могла оставить за собой. Москва – это ведь еще не вся Россия… Пока же в Челнах остаются «середнячки» или ниже среднего. Не самые одаренные ребята, одним словом. А если в вуз приходит такой неразвитый абитуриент – и качество на выходе будет соответствующее.

Исторически так сложилось, что образовательными центрами становились крупные старинные города. Набережные Челны пока к таковым отнести сложно. Но если мы хотим «европейского формата», образование у нас должно быть в приоритете, и в контексте программы развития города не мешало бы об этом задуматься. Не так давно мэр Казани Метшин дал задание международным аудиторам выявить изюминку татарстанской столицы, чтобы в дальнейшем позиционировать город. Изюминка эта, сказали специалисты, – КГУ. И сейчас во время новостных передач за спиной ведущих мы можем видеть колонны – визитную карточку Казанского университета. То же самое должно быть и у нас.

Набережные Челны – особый город. В свое время сюда съехались выходцы из близлежащих деревень. Не секрет, немало среди жителей и амнистированных преступников, авантюристов… Требуется достаточно долгое время, чтобы в городе сложились свои традиции, в том числе традиции вузовской интеллигенции, которая является неотъемлемой частью культуры городов во всем мире. У нас очень тоненькая культурная прослойка, и формировать ее можно только через вузы. Программа напрашивается сама собой: необходимо привлечь к ней представителей городской власти, ведущие вузы Набережных Челнов, социологов. Это вопрос нашего будущего.

Что мы делаем, чтобы дети остались?

– Хорошо, о необходимости городской программы мы поговорили. Но с чего она должна начинаться?

Директор Центра по связям с общественностью Татьяна Бычкова:

– Рынок надо изучать. Социологи должны проводить исследования на уровне региона и доводить до власти данные о потребности экономики в тех или иных специалистах. Потом только можно заниматься повышением престижа профессий и профориентацией среди школьников. Кто проводит подобные исследования? Никто.

А городская программа должна на них основываться. Приведу несколько примеров. Очевидно, что профориентацией должны заниматься специалисты: именно они тестируют детей, выявляют их склонности – кто-нибудь этим занимается.

Мы говорим: нам не хватает одаренных детей. А мы что-то делаем, чтобы помочь им остаться? Если посмотреть план управления образования, чего только не предлагают вузы выпускникам школ: конкурсы, олимпиады, тестирования, брейн-ринги… Но это все нужно систематизировать, привести в порядок!

Да, в данный момент работодателю подавай инженеров, но проблема в том, что не востребованные рынком труда сейчас юристы и экономисты могут понадобиться через несколько лет. Кто нам скажет, когда.

И потом, хорошо, мы дадим достойное образование – скажем, выпустим очень хорошего политолога, – но примет ли рынок этого специалиста? Куда, простите, он пойдет в Набережных Челнах?!

Все это доказывает: городская программа должна подкрепляться данными и затрагивать все уровни образования: общего среднего, начального и среднего профессионального, высшего. А пока мы видим хаотичное движение – каждый из участников рынка образовательных услуг действует так, как считает нужным. Задуматься следует каждому из нас.

Виктор Суворов:

– Что мы, вузы, имеем сегодня? У нас есть образовательные стандарты, которые мы создаем, наполняем содержанием, в соответствии с ними ведем учебный процесс, выпускаем студентов и ведем за ними контроль. Все это, подчеркну, делаем мы. Но, если брать за образец западные вузы, нужны не образовательные, а профессиональные стандарты, подготовленные работодателем. В таком случае в них уже будет прописан уровень компетенции, которого от специалистов ждут предприятия. Они смогут стимулировать не только учащихся на отличную учебу, но и преподавателей – на подготовку перспективных, отвечающих современным требованиям профессионалов. А вузы, в свою очередь, сосредоточатся на повышении качества образования. Это-то и будет способствовать закреплению молодежи в городе.

На мой взгляд, один из главных пунктов городской программы состоит в том, чтобы квотировать рабочие места для выпускников местных вузов и сделать льготное налогообложение для предприятий, которые возьмутся за подготовку профессиональных стандартов. Это узловые пункты программы.

Необходимо провести мониторинг и унификацию специальностей в Набережных Челнах, чтобы вне зависимости от того, нравятся или не нравятся нам новые образовательные стандарты, давать фундаментальные знания учащимся.

Ирина Комадорова:

– Есть некоторые опасные моменты в том, что вы сказали. Отдавая подготовку профессиональных стандартов работодателю, надо посмотреть, какие у него задачи. Согласитесь, это задачи сегодняшнего дня. Но цель высшего профессионального образования, помимо прочего, – научить студентов тому, что, возможно, понадобится через 10, 15, 20 лет. То есть научить мыслить на перспективу и самостоятельно получать знания. Поэтому полностью отдавать стандарты на откуп работодателю я не согласна.

Геннадий Маврин:

– К сожалению, в этом плане мы чрезвычайно отстали от Запада. В США, например, вообще нет образовательных стандартов – только профессиональные, на которые и ориентируются вузы. И в принципе, у них там катастрофическая свобода (в положительном смысле слова)!

Приезжаешь в какой-нибудь американский университет, спрашиваешь преподавателя: «Сколько у вас занятий в неделю?» – «Две лекции, а в остальное время я к ним готовлюсь и занимаюсь научными исследованиями». А у меня, когда я приехал в КамПИ, было 15 групп и 30 часов аудиторных занятий в неделю. Может ли после этого преподаватель заниматься наукой и учебно-методической работой? Да он уже выдохся к концу дня! Мы говорим о том, что должны следовать новым образовательным технологиям, отходить от традиционного чтения лекций, но при этом у нас все равно колоссальные объемы аудиторных занятий. Мы не против, но и не в состоянии реализовать все «хотелки» Министерства образования!

Если по-честному, никуда не годны федеральные государственные стандарты, а примерные образовательные программы, которые выставляют в качестве образцовых ведущие вузы, – это профанация, полнейшее безобразие! Это путь к разрушению высшего образования в России. Единственный выход сейчас – теснейшее взаимодействие с работодателями..

Виктор Суворов:

– У меня маленькая поправочка: вы говорите «путь к разрушению образования». А на мой взгляд, мы уже завершаем этот путь…

– Как должны строиться отношения вузов с работодателями?

Директор учебного центра ООО «Энергогазкомплект» Алсу Автулева:

– Мы представляем строительную компанию, которая занимается возведением с нуля и «под ключ» особо опасных, технически сложных объектов, регистрируемых в Ростехнадзоре. В основном это объекты нефтегазового комплекса. Так вот, как предприятие-работодатель ООО «Энергогазкомплект» столкнулось с тем, что высшее образование в Набережных Челнах ориентировано, прежде всего, на подготовку кадров для «КАМАЗа», а также экономистов и юристов. И сегодня у нас катастрофическая нехватка руководителей и инженеров со строительным образованием. Свой учебный центр предприятие создало, чтобы удовлетворить собственные потребности.

Дело в том, что, по закону о саморегулируемых организациях строителей, ощутимо ужесточились требования к специалистам, занятым на технически сложных, уникальных объектах. Подбор кадров необходимо вести иначе, а количество специалистов должно быть почти равным числу рабочих. Представляете, на 800 рабочих на особо опасном объекте отныне должно приходиться около 600 руководителей и специалистов! Из них – около 90% – с инженерно-строительным образованием. По этой причине многие организации даже вышли из состава СРО. Сложности возникли не у гражданских строителей, а именно у промышленных. И сейчас мы остро нуждаемся в специалистах и руководителях технического профиля. В основном у нас трудятся выпускники КГТУ им. Туполева, КХТИ, Уфимского государственного нефтяного университета, Казанского инженерно-строительного университета. Но мы заинтересованы в сотрудничестве с челнинскими вузами и были бы очень рады, если бы ряды наших сотрудников пополнились выпускниками ИНЭКА…

Геннадий Маврин:

– В ответ на ваше выступление хочу сказать, что в этом году строительный факультет ИНЭКА заявил об открытии специальности «Строительство уникальных зданий и сооружений». Если вы очень заинтересованы в этих специалистах, нам потребуется ваше участие. Но есть у нас проблемы с работодателями. Дело в том, что подавляющее большинство из них бросает нам упреки: «Вы готовите не тех специалистов». Но в таком случае будьте добры, сформулируйте: а какие это – «те»? И до сих пор ни один руководитель четкого ответа на этот вопрос не дал. Мы направляли нашим партнерам список компетенций, просили добавить те, которые они считают нужными… Выяснилось: чего-то хочется, а вот чего именно – внятно объяснить нам не могут. В этом плане работодатели недорабатывают.

И потом, наши партнеры должны понять: когда ИНЭКА просят открыть специальность, потому что каждый год предприятию требуются два специалиста, мы этого сделать не можем. Если на 25 человек затраты по обучению еще можно как-то распределить, то на двоих, конечно, нереально.

Ирина Комадорова:

– Примеры удачного сотрудничества вузов и бизнеса есть. Это наша Академия управления «ТИСБИ», учредителями которой являются Академия наук РТ (она направляет нашу научную работу), «Татфондбанк», «ТатИнК» и нефтяная компания Татарстана (обеспечивают наших выпускников рабочими местами). Подчеркну: учредителями ТИСБИ выступают не частные лица, так или иначе заинтересованные в прибыли, а именно состоявшиеся организации и предприятия. Поэтому мы и имеем возможность устанавливать сравнительно невысокую оплату за обучение, вести социально ориентированную работу, давать льготы учащимся с ограниченными возможностями здоровья. Таким образом, у нас решены вопросы и практики, и трудоустройства.

Анатолий Макаров:

– Есть еще такая неозвученная проблема. Сегодня отсутствуют налаженные каналы обратной связи системы образования и рынка труда – отсюда несогласованность действий государства, образовательной системы и работодателей. Вуз тратит деньги, готовит и выпускает специалистов, но предприятия-то получают их бесплатно! Я уже не говорю о том, что они не имеют стратегических планов развития своего бизнеса на 10 лет вперед, чтобы выступить ответственным заказчиком выпуска студентов. Они знают, что им надо сегодня, но не через 5-10 лет. Поэтому сейчас актуально было бы вынести на обсуждение на федеральном уровне такое предложение: институт готовит студентов, скажем, до третьего курса, потом проводит мониторинг и дальше, начиная с четвертого, в софинансирование обучения включается бизнес и таким образом получает себе готовые кадры. Как результат – снимается нагрузка с вузов в части затрат на обучение и трудоустройство выпускников. Реализация этой идеи, разумеется, предполагает согласованных действий с городом.