ТОП 10 лучших статей российской прессы за Фев. 19, 2015

Эта история произошла в обычной русской деревне, где-то между Воронежем и Тамбовом. По просьбе ее главного героя мы изменили имена всех участников событий.

То, что Леха Кочнев попал в десантники, никого в Шухаревке не удивило: парень высокий, лом руками гнет, и башка опять же лысая – у Кочневых в породе все мужики к тридцати уже как коленка. А Леха, стало быть, породу обогнал, на школьном выпускном плешью светил. Да еще у него дядька двоюродный в Тамбовском военкомате не последний человек, пристроил родню в хорошую часть.

– Как служит? – спрашивали бабку Кочневу.

– Да слава богу, – кивала она, и никто на скупость ответа не обижался. Ну такие они, Кочневы, лысые и скрытные.

Девушка Леху не ждала. Он, как в армию собрался, вызвал во двор Ленку Васильеву, с которой «ходил» весь одиннадцатый класс, и при ее родителях сказал:

Ленка не поняла.

– Позовут замуж – иди, меня не дожидайся, – расшифровал Леха. – И я, если кого встречу, не потеряюсь.

Оказалось, что дядька-военкоматчик провел для потомка разъяснительную работу:

– Знаешь, что должен оставить на гражданке молодой боец?

– Жену и ребенка? – предположил Леха. А чего, в Шухаревке много кто так делал.

– Дурак ты. Ничего! Боец должен оставить на гражданке ни-че-го. Чтоб никто тебя не ждал. В принципе, Леха был уверен в том, что Ленка его дождется. Ну просто потому, что охотников до Ленкиной рябоватой личности еще поискать.

– Найдет! – горько захохотал дядька. – Эти, которые бойцов ждут, они всегда находят. А ты с собой чего-нибудь вытворишь.

Леха выразил обоснованные сомнения в том, что неверность Ленки способна довести его до петли. Во-первых, ничего особенного их не связывает, мало ли кто с кем в школьные годы «ходит», что ж теперь из-за каждой вешаться? А во-вторых, как уже было замечено, красотой Ленка не блистала. Не Вера Брежнева, чего уж.

– Ну а что жениться придется после дембеля – это ничего, женюсь, – уверенно сказал Леха. – Ленка хоть и страшновата, зато тихая, и в руках все горит.

– Это ты на гражданке широкий такой, – назидательным тоном начал дядька. – А там, в части, будешь как телок нелизаный: блины мамкины вспоминать, и как дрых до десяти. И так тебе, балбесу, будет хреново, что любая Ленка королевой покажется. И вот, когда придет тебе письмо «Дорогой Вася, прости, но я выхожу замуж», ты сдуру залезешь повыше и оттуда сверзишься.

Леха не считал себя тупым, но тут озадачился: с чего это он, будучи Лехой, должен прыгать с высоты из-за письма, адресованного какому-то Васе? Возникла даже мысль отлучить уважаемого гостя от бутыли отцовского самогона, которого и так осталось меньше половины. Устало вздохнув, дядя объяснил, что «Дорогим Васей» люди его профессии называют письма, в которых девушки, оставленные на гражданке в статусе «ждущих», извещают бойцов об изменении своих жизненных планов. Производные от слова «любовь» используются в «Дорогих Васях» обильно, но в прошедшем времени. В времени настоящем – «я пишу это письмо и плачу». И, наконец, в будущем – «никогда тебя не забуду». Самые совестливые добавляют «и никогда себя не прощу».

– А теперь еще мода пошла, – возмущенно поведал дядя. – Одна шалава додумалась: я, мол, и сейчас тебя люблю – на каком-то другом уровне. Я так понимаю, это чтоб про запас его держать, если у нее с тем не склеится. А этот дурак взял да пальнул себе в грудь. И записку оставил: «Перехожу на другой уровень».

– Помер? – деловито осведомился Леха.

– Да повезло дураку. Он думал, что сердце справа.

«Слева, – пометил себе Леха, – сердце слева. Надо запомнить на всякий случай».

– В общем, я это все к чему говорю. Солдата со службы должна ждать только одна женщина – мать.

Вот поэтому Леха Кочнев ушел в армию свободным человеком – и таким же вернулся. Ленка его не встречала, но и замуж не вышла. А потому Леха, на все новое чрезвычайно тугой, решил восстановить отношения.

– Значит, все сначала, – задумчиво сказала Ленка, когда он в двух словах изложил ей план воссоединения. – А ничего, что ты меня бросил?

– Ну, я бросил – я и подберу.

– Мне не нужен мужчина, который боится ответственности, – заявила Ленка.

– Да она чеканутая, – с солдатской прямотой сообщил Лехе брательник. – В интернет лазит. Сериал какой-то смотрит. Про секс!

Отставший от прогресса Леха подумал-подумал, да и махнул рукой: ну, двинулась девка, что ж поделать.

Тем более что невест в деревне тьма, выбирай – не хочу.

Выбирать Леха пошел в шухаревский клуб, на танцы.

Девы посматривали на него с явным интересом: десант – это вам не какой-нибудь стройбат.

– Леша, а ты с парашютом прыгал? – томно спросила Ирина Садулаева. Леха оценил увесистый бюст юной татарочки и ответил:

– А из пистолета стрелял?

– Прямо в людей? – жарко прошептала Ирина.

Через десять минут к Лехе подошла малолетняя Иринина сестра Айгуль и конфиденциальным тоном сообщла, что его ждут в школьном парке у крайней березы. Леха смахнул пыль с мощных ботинок и пошел навстречу любви.

К березе то есть.

Ирина ждала его, томно закинув руку за голову и покусывая травинку.

– Звала? – на всякий случай уточнил Леха.

– Звала, – улыбнулась Ирина. – А вот скажи, Лешечка, правду говорят, что десантники умеют такое, что другие мужчины не могут?

Леха, который никогда ничего не боялся, запаниковал. Сказать по правде, секса у него в жизни было мало. Полтора раза, если честно. Один раз с березовской проституткой Кристиной – двадцать пять лет, двое детей, на определенном участке трассы «Дон» известна под погонялом Крыска. И еще полраза с ней же. Пол – потому что в самый ответственный момент Крыска вдруг отпихнула Леху и с воплем «Что ж ты, гад, делаешь!» принялась гоняться за пробравшимся в дом кошаком. Выдворив кота, она вернулась, как говорится, к работе, но у Лехи уже все настроение упало.

Так что влажные намеки Ирины Леху смутили. Она явно ждала от него подвига, к которому Леха готов не был.

Как сказал бы военкоматный дядя, в силу технических характеристик. С другой стороны, был ли готов к подвигу Александр Матросов? А Гастелло?

– Ну давай, десант, покажи, что ты умеешь, – выбрасывая травинку, приказала Ирина. И Леха ринулся на нее, как на амбразуру.

Ирина с визгом отпрыгнула в кусты ежевики, и Леха, споткнувшись о брошенный кем - то кирпич, со всей дури влетел лбом в ствол березы. Голова загудела пустым жбаном, поэтому яростные вопли Ирины донеслись, как из космоса:

– Больной какой-то! Чего накинулся? Я что ли трахаться с тобой буду? Еще не хватало! Свинья ты, вот кто!

Не найдя в действиях томной татарочки даже намека на логику, Леха счел за лучшее спросить прямо:

– А чо показать просила?

– Да я хотела посмотреть, как ты кирпич об голову расшибешь!

– Ну ты же десантник!

– Да я дурак что ли, черепушкой об кирпичи биться?!

Ирина фыркнула и ушла обратно в клуб.

На следующее утро местная сплетница Серафима разнесла по Шухаревке страшную весть: Кочневу, который в десанте служил, в бою все мужские части поотрывало под корень. Обалдевшая бабушка Кочнева устроила клеветнице допрос с пристрастием, и Серафима без колебаний сдала источник информации:

– Ирка-татарка сказала, что парень ваш ее страшно разочаровал. Так и сказала: не того она ждала от десантника, элиты наших вооруженных сил.

Слово «элита» в двусмысленных замечаниях Ирины действительно звучало, и Серафима его запомнила.

Вскоре Леха понял, что женщине с репутацией шлюхи жить значительно легче, чем мужчине, про которого все уверены, что он импотент. Девушки хихикали. Замужние женщины смотрели по-матерински сочувственно и делали намеки, что, пожалуй, взялись бы помочь болящему. Мужики отводили глаза и выражались в том смысле, что, мол, держись, солдат.

А жена местного фермера на всю деревню объявила, что сына-выпускника в армию не пустит:

– Любые деньги отдам, но откуплю! А то изуродуют, как Кочнева парня, а я внуков понянчить хочу.

«Засада, – понял Леха, – надо выбираться». Крыска для этой цели не годилась, кто ей поверит, продажной женщине. Весь район знает, что Крыска за деньги что хошь скажет. И Леха решил наведаться к тридцатилетней разведенке Наташке, не раз намекавшей на то, что, мол, опытная баба любую мужскую хворь может исправить. Но с Наташкой вышло полное поражение. А все потому, что она на Леху смот рела, как на обезьяну или, например, африканского слона. Позорное отступление Лехи Наташка прокомментировала так:

– Оторвать не оторвало, но не работает.

И всхлипнула еще, зараза: двадцать лет, мол, всего!

Леха начал погружаться в депрессию. И погрузился бы по самую маковку, если бы однажды к нему не пришла Ленка.

– Ну, выкладывай, – велела она, устроившись на диване. – Да не стесняйся, мы же с тобой не чужие люди.

И Леха выложил: и про кирпич, и про березу, и про африканского слона.

– Господи, ну дуры! – изумилась Ленка. – И ты дурак!

Потом она долго объясняла, что все проблемы у Лехи в голове и что решать эти проблемы надо тоже в голове, а не в постели разведенки Наташки.

Ленка говорила стройно, но уж больно заумно, так что главное Леха уловил не сразу. Но зато когда уловил.

В общем, поженились они с Ленкой на Красную горку, а через три месяца она родила.

– Травки, бабки, – презрительно сказала бабушка Кочнева, качая коляску с правнуком.

– Девку ему надо было здоровую и непорченую, и все дела. Вон, и дите заделал, и жена ходит довольная.

– Я, бабаня, довольная, потому что Леша научился признавать наличие проблемы. А это первый шаг к тому, чтобы ее решить, – отозвалась Ленка.

Спорить с невесткой бабушка не стала, но когда та ушла в дом, чтобы покормить малого, с чисто десантной решительностью пробурчала: