«Совесть, благородство и достоинство…» в наследии Д.С.Лихачева

Имя Дмитрия Сергеевича Лихачева олицетворяет образ героя в культуре, общественном сознании целой эпохи. Лихачева можно назвать пророком в древнем, исконном смысле этого слова, то есть человеком, призывающим своих современников к нравственному обновлению ради будущего.

Ученый обладал абсолютным слухом по отношению к проблемам своего времени, и потому его представление о неизбежности мысли о силе добра и правды, чести и достоинства, любви и познания для всех нас важно и дорого.

Своими книгами, письмами, исследованиями Д.С.Лихачеву удалось создать некое поле, которое не допускало пошлости и дряни. Люди, попавшие в этот круг нравственных идей, становились щедрее, добрее и сильнее и продолжали бороться всеми силами с тем, как написал Борис Пастернак, «чтоб пошлость не свертывала в творог седые сливки бытия».

«Совесть, благородство и достоинство – вот оно, святое наше воинство…». Эти слова Б.Ш.Окуджавы точно отражают и суть жизни, и содержание духовного наследия патриарха русской культуры, ученого, общественного деятеля, основателя Пушкинского лицея, Дмитрия Сергеевича Лихачева. В его публицистических и научных трудах по литературе и истории удивительным образом совместились категории, что определяют пространство и время, мысль человека в прошлом, настоящем и будущем.

Это о даре Лихачева написала Марина Цветаева: «Твоя стезя, гривастая кривая, не предугадана календарем». Это о нем сказал в известном стихотворении «Быть знаменитым некрасиво…» Борис Пастернак: «Но надо жить без самозванства, так жить, чтобы в конце концов привлечь к себе любовь пространства, услышать будущего зов».

Мышление Дмитрия Лихачева диалогично ( по М.М Бахтину). И это проявляется во всех его трудах. В диалоге с читателем на разные темы, хотя говорить о жизни невероятно трудно, просто и понятно Лихачев размышляет о вещах, составляющих духовные, человеческие ценности. Читаешь произведения академика и быстрее становишься христианином – человеком в христианском смысле этого слова.

Роль мудреца, ученого, писателя в обществе, наверняка, сводится именно к этому. Великому мыслителю удается оживить, объединить и очеловечить эпохи, одухотворить нас идеями, вечно волновавшими миллионы людей на земле.

И пытаешься ответить вслед за ученым на вопросы: в чем смысл жизни? В чем красота произведений искусства? Что есть творчество? Как складываются взаимоотношения между людьми? Как понимать «духовность» и «бездуховность»? Что есть бесстыдство в жизни и в языке?

Д.С.Лихачев всю жизнь следовал завету – береги честь смолоду. И он берег честь страны, у которой своя богатая культура, свой язык. Ибо язык, как писал ученый, слово, стоит в начале культуры и «завершает ее, выражает ее».

Понятия «совесть», «благородство», «достоинство», «стыд», «порядочность», «любезность» часто используются автором на страницах книг. Проговариваются во всех смыслах. Во всех ипостасях. Просто и понятно. Доходят до сердца каждого читателя.

Очевидно, что все перечисленные слова отражают содержание понятия «достоинство». В работах Д.С.Лихачева это слово и мерило истинности фактов, и определение нравственного порядка его мыслей, и характеристика мира ценностей. Человеческое достоинство по Лихачеву – это уважение к самому себе и ответственность перед другими людьми. Сам ученый объясняет это следующим образом: «…возрождение чувства собственного достоинства… возрождение репутации человека как чего-то высшего, которой должно дорожить каждому, возрождение совестливости и понятия чести – вот в общих чертах то, что нам нужно в ХХ1 веке… Именно это мы в значительной степени потеряли в нашем злополучном ХХ веке». Профессор МГУ И.Милославский заметку о семантике слово «достоинство» назвал «Его нельзя отнять, но можно потерять».

Вдумаемся в словосочетания: достойная жизнь, достойная старость, достойное выступление, достойный поступок, достойный награды и поощрения, похвалы, достойная личность. Ведь это характеристика человека, который, осознавая свое назначение в жизни, «тем самым сознает и свое достоинство» (Л.Н.Толстой).

Современные публицисты сегодня обращаются к слову «достоинство», говоря о положительных изменениях в жизни нашего общества: достойная пенсия, достойная зарплата.

Однако нельзя забывать, что наряду с качественным изменением реальности, громадное количество россиян живет в унизительных для человека условиях. Жизнь их нельзя назвать достойной.

Фридрих Шиллер, немецкий поэт, драматург и теоретик искусства, написал: «Достоинство выражает сопротивление духа инстинктам». Точно сказано. А если человек не нашел себя в обществе? Не видит своего назначения в жизни? Он в состоянии гнева и злобы, страха и отчаяния. Что побеждает? Сила духа или низменное, инстинкты? Зачастую заповеди «не убий», « не укради» подавляются состоянием агрессии. И какие же надо иметь душевные силы, чтобы побороть в себе это унизительное, недостойное, а значит несвойственное культурному, цивилизованному обществу.

С болью и горечью говорит Д.Лихачев о том, что мы – страна без обращения друг к другу. Слово «ну» заменило обращение к другому человеку. Ученый пишет: «Ну пойдем! Ну сейчас будем обедать… Постоянные «ну», привычка обращаться с понуканием вошла в язык».

Было время, когда слово «гражданин» сменилось обращением «товарищ». Позже оно ушло как форма обращаться к другому. Сегодня мы слышим, как другого называют по признаку пола – «мужчина», « женщина», «девушка»…

«Страна без уважения к другой личности»-так характеризует наше общество Лихачев. Без умения обратиться друг к другу мы ведь теряем себя как народ… «Как жить без умения называть?» - задается вопросом ученый. «Недаром в книге Бытия Бог, создав животных, привел их к Адаму, чтобы тот дал им имена. Без этих имен человек бы не отличил коровы от козы. Когда Адам дал им имена, он их заметил».

Защитник русского языка искал оружие против брани, что вторгается не только в разговорный язык, но и в литературу. «Если бесстыдство быта переходит в язык, то бесстыдство уже привычное дело. Существует природа. Природа не терпит бесстыдства…» - в одном из интервью заметил Д.Лихачев.

Слово «бесстыдство» в словаре В.И.Даля нет. Но есть слово «студъ», «стыдъ». «Студ, стыд, стыдоба» толкуются великим русским лексикографом как « внутренняя исповедь перед совестью». В противоположность стыду В.Даль пишет «безстыдство» и уточняет с помощью синонимов: «наглость, нахальство, бессовестность, разврат, позор, унижение, стыдобное дело, позорное, постыдное».

Бесстыдство, как отмечал еще Демокрит, порождается забвением собственных пригрешений. «Бесправие,- рассуждает академик Лихачев,- в котором русский народ жил почти целый век, людей унижало». Но время, в котором отсутствуют границы допустимого в поведении человека, а следовательно, в его речи и в языке, - это вседозволенность. Это не кратчайший путь к свободе, а самообман. Тот, кто чувствует себя свободным, не будет отвечать грубостью. Быть может, вспомнятся ему слова, что в словаре русского языка начинались с «благо». Таких слов еще 100 лет назад насчитывалось около трехсот. Но большинство из них исчезли, так же, как ушли из языка «порядочность», «интеллигент», «любезность»…

С волнением за будущее молодого поколения Лихачев заключает: «…ощущения встречи новой культуры у меня нет. У нас нет еще идеалов, к которым мы должны были бы стремиться. Может быть, они будут у нынешних детей? Среди ребят 14-15 лет есть те, кто прекрасно занимается историей, гуманитарными науками. Где есть хороший учитель в школе, там растут хорошие дети. Они хотят знать историю не только своей страны и своего народа, но и историю каждого дома. Когда человек ходит по улицам и знает, кто жил здесь до него, ему интереснее жить, ему легче даже идти…»

Мария Фатеева и Кирилл Фокин – лицеисты. Они ощущают себя наследниками прошлого и осознают свою ответственность перед будущим. Они умеют мыслить, учатся спорить и отстаивать свою позицию. Они рассуждают о себе и о болезнях общества, о проблемах российской культуры и об отношении к истории своей страны, о языке школы и улицы и о том, как добиться поставленной цели. Они, живя творчеством, творят счастливую жизнь.

Десятиклассница Мария Фатеева делится своими мыслями об отношении к языку. Хочу поразмышлять над тем, что академик Лихачев назвал бесстыдством языка. Хочу остановиться на том, что для меня самое главное. На том, что меня задевает, волнует.

Бесстыдство языка… Распущенный человек не имеет или, даже хуже, не знает, что такое совесть. У него нет стыда за произнесенные слова. Нет стыда перед огорченным, задетым и обиженным им. Стыд отсутствует. Его просто нет в нем. Бесстыдство языка позорит, срамит наше общество или ту самую среду, которую оно же и создало. Жалко наблюдать за не отвечающим за свои действия существом, которое всеми силами пытается утвердиться и добиться незаслуженного звания «личность». Когда видишь это самое существо, хочется держаться от него подальше, оградить себя от всевозможных ситуаций. Когда в лицо ты будешь слышать пропитанные фальшью похвалы и видеть выражение подобострастия, а за спиной будет раздаваться надрывный хохот и мерзкие слова, оскверняющие любой твой искренний порыв. Эпидемия бесстыдства с каждым днем порождает все больше новых бактерий. Исчезает честь, достоинст-во и разум. Не сдержанный во всех проявлениях не способен удержать внутреннее, оголяя все изъяны несовершенной своей души. Грустно. Горько.

Кирилл Фокин – девятиклассник. Он размышляет на тему «Героизация исторических персонажей».

Все чаще и чаще в последнее время приходится слышать о том, что изучение истории подрастающим поколением есть синоним их верности родине. То есть патриотизм воспитывается параллельно с изучением истории своей страны, а также ряда других предметов, например, при изучении литературы.

Но патриотизм патриотизму рознь Уверен, нельзя воспитывать молодое поколение, исходя из тезиса, что наша родина самая лучшая в мире, а ее правители всегда правы.

А как с помощью истории можно воспитать патриотизм, если, отстранившись от идеологических позиций и личных взглядов, смотреть на историческую науку как на объективную реальность конкретного исторического времени? Ведь история – это море крови, победы, поражения и гибель огромных масс людей, это несомненное величие деяний активных гениев, чьи руки также по локоть в крови. Кто занимается историей всерьез, меня поймет, кто мельком - попытаюсь пояснить с помощью примеров.

Наша страна, Россия, имеет уже более чем тысячелетнюю историю. Каких только правителей не видела наша родина: кто-то державу великой делал, кто-то наоборот…

Например, Рюрик (о его прошлом мы почти ничего не знаем), видимо, был неудавшийся викинг, что некоторое время правил нынешней Голландией. Как царь именно Рюрик принимал из рук языческих жрецов мертвые тела девушек, принесенных в жертву в день его восшествия на престол.

А Александр Невский со своей « двухполюсной» политикой, князь Владимир (история крещения Руси), Иван Грозный, вогнавший страну в пучину кровавого ужаса, Петр 1, в эпоху правления которого по подсчетам историков от 10 до 20 % населения России куда-то исчезло, а Сталин…

Согласитесь, на таком фундаменте исторических данных вряд ли можно сформировать патриотическое отношение – изучаешь и видишь, какими на самом деле были исторические деятели, «гениальные политики». В связи с этим возникает другая идея- с самых лучших из перечисленных, с тех, кто действительно был велик, снимем черные пятна (как с солнца). С некоторых же черных пятен, в свою очередь, снимем светлые проблески, чтобы однозначно все было: либо хорошо, либо плохо. Обычно выбор – кто хороший, а кто плохой – совершается в угоду правящему классу и политике нынешнего государства. Примеров тому множество.

На мой взгляд, такой подход несет смерть истории как науке. Мифологизация же исторических персонажей уничтожает правду о них. Таким образом, на пепле истины взрастает идеология патриотизма.

Но я не говорю о лжи – лишь об изменении истории, самом минимальном, которое сразу же преображает картину полностью. Как следствие – история умирает. Такое происходит во все времена.

Такое происходит во все времена. Некий «класс» вечных патриотов считает, что раз их родная страна Россия, значит она всегда права. И реки крови можно простить, если Держава возрождена. Или наоборот – величие ничего не значит, если пролита кровь. Две крайности, одна не лучше другой.

Итог всего этого печален: если историю и философию сведут к двум краскам – черной и белой, то, боюсь, несмотря на патриотизм, который будет непрочен, как дымка, прошлое мы безвозвратно потеряем.

Лариса Фейман, учитель риторики ГОУ Пушкинский лицей №1500, к.п.н., доцент