Халифат перешел на химоружие и вспомнил о чувствах детей

Запад фактически признал применение химического оружия со стороны ИГИЛ*, о чем еще ранее говорили курды. В то же самое время исламисты решили отказаться от трансляции казней в интернете, на чем прежде сделали себе имя. Обе новости свидетельствуют о том, что «Исламское государство*» переходит на новую стадию развития, которая не сулит миру ничего хорошего.

Согласно данным Conflict Armament Research и Sahan Research, опубликованным CNN, «Исламское государство*» в ходе боестолкновений теперь использует еще и химическое оружие. В частности, речь идет о признании фактов применения химоружия в сирийской провинции Хасеке и в окрестностях иракского Мосула. Причем курды, против которых «химию» и применили в районе Мосула, заявили об этом на несколько дней раньше «международного сообщества». Запад может не доверять неподконтрольным курдам, но своим же агентствам не доверять не может и вынужден официально задокументировать тревожный факт.

О планах по созданию «крыла Малайского архипелага» заявлено боевиками Брунея, Восточного Тимора, Индонезии, Малайзии и Филиппин

По курдам был выпущен снаряд, начиненный хлором, который, однако, не взорвался. В Хасеке же исламисты испробовали фосфин, поражающий нервную систему и использующийся при изготовлении пестицидов. Таким образом, можно сделать вывод, что ИГ* вовсе не требуется доступ к арсеналам химического оружия, точнее, к тому, что под химическим оружием принято понимать в международном праве. Для массового уничтожения людей будет достаточно широко распространенного хлора и других «бытовых» химикатов. Важно отметить, что члены ИГ отличаются высоким уровнем изобретательности, и три атаки с использованием химоружия, скорее всего, лишь проба сил и «бета-тестирование». Не исключено, что в дальнейшем такая практика будет распространяться среди подразделений исламистов все шире.

Безусловно, использование химического оружия – очевидное нарушение всех возможных международных конвенций и правил ведения войны. Вопрос здесь заключается в том, что никто из лидеров ИГ и не собирается воевать в соответствии с международным правом, а тем более – какими-либо конвенциями, для них – бумажками в мире, где единственная бумага, вещающая истину, – та, на которой изложен Коран.

Собственно, отсюда и вытекает первая причина использования исламистами запрещенных Женевской конвенцией вооружений. «Исламское государство», провозгласив себя халифатом во главе с халифом Абу Бакром аль-Багдади, отрекается от следования любым международным нормам и отгораживает себя от любого международного сотрудничества. Халифат не умеет сотрудничать, поскольку единственной целью халифата является установление халифата по всему миру. Все международные институты, ООН, ОБСЕ, конвенции, договоры и пакты для лидеров ИГ попросту не существуют. Более того, в случае признания таковых легитимными (пусть даже только действиями, а не официально) ИГ автоматически перестает быть халифатом, а Абу Бакр – халифом.

Фактически начало использования химического оружия боевиками может свидетельствовать об изменениях в психологическом состоянии лидеров квазигосударства, которые в условиях активизации международного давления могли почувствовать себя окруженными неверными со всех сторон. В целом же для «Исламского государства», изначально использовавшего в своих целях максимально жестокие гиперболические приемы, вроде казней онлайн и съемок гибели шахидов на GoPro, химоружие – лишь переход на новую стадию развития.

Вместе с тем есть и другие процессы, свидетельствующие о реальной трансформации ИГ и выходе на новый этап развития. Или – саморазрушения. Но они менее очевидны, нежели бомбы с хлором.

К примеру, за несколько дней до применения зарядов массового поражения лидер ИГ Абу Бакр выступил с обращением, в котором запретил съемки казней и их публичное распространение. По словам лидера ИГ, данные деяния «пугают детей». При этом подобные вещи «не должны обижать других мусульман». Касаемо последнего тезиса – речь, очевидно, идет о сотнях убитых боевиков из неподконтрольных ИГ структур, таких как «Джабхат ан-Нусра».

Данное решение может быть обосновано желанием аль-Багдади перейти от стадии устрашения к более активной стадии «собирания мусульман» со всего мира. Притягательность ИГ для наиболее радикальных элементов всех мастей была обеспечена именно этими пропагандистскими роликами с отрезанием голов онлайн, однако они же и отпугивали часть умеренно-радикальных элементов (если данный термин в этой ситуации вообще уместен), банально опасавшихся за свою жизнь. Поток наиболее «безбашенных» персонажей закончился, а «Исламскому государству» по-прежнему нужны люди и свежая кровь. Отказ от максимально агрессивной пропаганды в пользу более сдержанных роликов и призывов может послужить на пользу ИГ.

#Кроме того, ИГ, находясь в состоянии войны со всеми по периметру своих границ, неизбежно сталкивается с необходимостью переманивания на свою сторону вражеских подразделений. Если случаи перехода на сторону боевиков солдат армии Асада можно пересчитать по пальцам, то с террористическими организациями, пока что не давшими баят (клятву на верность) ИГ, ситуация многовариантна. Трансляция казней была направлена в том числе и на их устрашение. Сегодня же лидеры ИГ демонстрируют готовность пойти на некоторые уступки. Что вовсе не означает отказ от изначально заявленных целей построения всемирного халифата и уничтожения всех, кто встанет на пути исламистов.

Трансформация ИГ из квазигосударства в реального актора на международной арене требует от руководства этого образования следования одновременно двумя путями – экстенсивным и интенсивным. Экстенсивное развитие ИГ проявляется в постоянном расширении сфер влияния. Так, активизация приверженцев исламистов заметна в странах Средней Азии, в том числе в Таджикистане, Казахстане, Киргизии и Узбекистане. Так, на днях экс-депутата парламента Киргизии задержали за пособничество ИГ, а бывший руководитель таджикского ОМОНа транслирует пропагандистские призывы о необходимости бороться с правительством, вещая с земель ИГ. Параллельно с этим запущен пропагандистский филиал Furat Media – подразделение на русском языке. За несколько дней до этого ряд боевиков «Имарата Кавказ*» принесли присягу ИГ, а Абу Бакр заявил об открытии северо-кавказского «филиала».

Схожие процессы наблюдаются в странах Африки, где позиции приверженцев ИГ крепнут с каждым днем. О планах по созданию «крыла Малайского архипелага» заявлено боевиками Брунея, Восточного Тимора, Индонезии, Малайзии и Филиппин.

Интенсивное развитие ИГ связано в первую очередь с усилением внутренней инфраструктуры, попытками построить исламский социализм на отдельно взятой территории и качественным усилением внутренней пропаганды. Развитие это предполагает также вступление в коалиции и союзы – рано или поздно. Однако Абу Бакр лишен подобной возможности, поскольку автоматически перестанет быть халифом и все клятвы его сторонников потеряют свою силу из-за сговора с «неверными». Вместе с тем ИГ будет вынуждено находиться в состоянии постоянной войны за территорию. Фактически халиф может быть халифом только при условии наличия «куска земли», и если против «Исламского государства» выступит единый фронт международной коалиции и ИГ потеряет контроль над земными территориями – халифат будет разрушен. Уход в подполье – не выход для аль-Багдади, поскольку, потеряв почву под ногами, он станет простым лидером банд-ячейки, но не халифом, за которым должны идти люди. Падение же халифата означает, что мусульмане всего мира не обязаны воевать за ИГ и его лидера так, как делают это сейчас.

Учитывая вышеописанные факторы, можно предположить, что главным условием ликвидации угрозы ИГ станет его блокада и купирование внешних поступлений финансов, ресурсов и человеческой силы. США в данный момент уже находятся в стадии выработки стратегии долговременной борьбы с ИГ (опустим, что именно Штаты способствовали в свое время кристаллизации наиболее радикальных оппонентов Башара Асада в предтечи ИГ). При этом реальную опасность «Исламское государство» представляет как раз не для западного мира, а для своих соседей. Единичные теракты на территории Франции, США и Австралии – не более чем деятельность одиночек, главная цель которых – устрашение и «удержание повестки», а не реальное противостояние. Зато оно очевидно в непосредственной близости от концентрации сил ИГ – в курдских и сирийских деревнях. На очереди – Турция, уже прочувствовавшая на себе вкус крови первых терактов ИГ. Аналогичная угроза стоит и перед российским Кавказом.

Вместе с тем Запад активно отыгрывает выгодную ему тему построения коалиции для «крестового похода» на ИГ. Вполне возможно, что именно с целью создания новой международной угрозы после уничтожения бен Ладена ИГ и вскармливалось. Стоит учесть, что американские и британские солдаты не горят желанием умирать на чужбине ради борьбы со страшным и безмерно раздутым в СМИ врагом. Но этого нельзя сказать о боевиках ИГ, с нетерпением ожидающих скорейшей войны «в чистом поле» с «крестоносцами» под знаменем «Салах ад-Дина».

В отличие от «Аль-Каиды*», которую можно было бы назвать вирусом, ИГ – вполне себе состоявшаяся злокачественная опухоль на теле мировой истории с активно развивающимися метастазами. И если с вирусами человечество кое-как научилось бороться, как минимум – значительно продлевая существование зараженного, то с раком дело обстоит намного сложнее. Очевидная задача мирового сообщества – в самое ближайшее время выработать «лекарство» от дальнейшего разрастания ИГ, иначе последствия могут быть непрогнозируемыми.

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ