Как исчез объективный мир и появился субъективный идеализм?

Сразу оговорюсь, что полностью раскрыть в одной-двух статьях такую сложную тему, как субъективный идеализм, решительно невозможно. Однако оставлять ее на откуп спекулянтам всех мастей и фильмам наподобие «Матрицы» тоже как-то не хочется. Ведь прежде чем самому размышлять над такими скользкими вопросами, как «Реален ли мир, который я вижу?», или «Есть ли что-нибудь вне моего сознания?», не мешало бы узнать или вспомнить, что по этому поводу уже думали неглупые люди прошлых времен.

Начнем с забавного и, вместе с тем, показательного факта, что субъективный идеализм, как направление, сформировался намного позже объективного идеализма — в Большинство эллинских философов чаще всего рассуждало в совершенно противоположном направлении. В пику будущим субъективным идеалистам, ставящих в основу всего индивидуальные ощущения, греки наоборот чаще всего рассуждали об обманчивости и недостоверности наших чувств.

К примеру, Парменид вообще заявил, что мир сам по себе абсолютен, «полон» и неизменен, а все изменения — лишь иллюзия, вызванная нашими чувствами. Истину мы узнаем лишь из «божественного откровения», которое познается разумом. Платон писал о нас и нашем мире, как о «копиях», эманациях (от позднелат. emanatio — «истечение, исхождение») Истинного Идеального мира. В индийских религиях привычный нам мир тоже предстает как «иллюзорный покров Майи» в противоположность Божественному Абсолюту.

Была, конечно, в эллинском мире и философия скептицизма, но ее отношение к внешнему миру было еще далеко от положений субъективного идеализма и заключалось в утверждении всё той же ненадежности человеческого познания — правда, доведенной до крайней степени. Мол, кто его знает, каков он, этот мир, на самом деле? Так софист Горгий утверждал, что ничего не существует, а если что-либо и существует, то оно непознаваемо, и даже если существует и познаваемо для кого-либо одного, то он не может передать свое знание другим. Как говорила Эллочка-людоедка, мрак!

Как видите, в целом древней человеческой мысли представление о том, что вне нас ничего не существует, было просто чуждым. Как мне кажется, причиной этого было то, что в те времена индивиду было трудно помыслить себя совершенно автономным, вне связи с обществом и Богом — именно проявляясь в ином, взаимодействуя через иное и иных человек обретал смысл и стимул существования.

К еку, когда европейское общество, мыслимое (пусть и на интуитивном плане), как сакральное единство, стало обществом автономных буржуа-индивидов, эгоистов, чье единство держится на, так называемом, «общественном договоре», когда католическую идею «коллективного спасения» (спасения через Церковь) сменила протестантская идея «личного спасения» — именно тогда и оформилась в умах мыслителей идея о индивидуальном сознании, как источнике Истины, а следовательно и всего, что раньше мыслилось иным.

Исходным пунктом любого субъективного идеализма стало знаменитое положение Рене Декарта — «Cogito ergo sum» («Мыслю — следовательно, существую»). Интересно, что к данному утверждению Декарт пришел вовсе не с целью отринуть объективность внешнего мира. Цель была другая — найти самую достоверную, неопровержимую, исходную точку для дальнейшего человеческого познания — то, что в математике называют аксиомой — утверждением, не требующем доказательств. Далее Декарт тоже действовал как математик — выводил из этой аксиомы существование и Бога, и материи, и внешнего мира.

Иное дело — субъективные идеалисты. Кстати, 12 марта 1685 года можно по праву назвать Днем Субъективного идеалиста, потому что именно тогда на свет родился основатель этого философского направления — епископ и философ Джордж Беркли. Это о нем другой великий Джордж — Байрон — когда-то иронически писал:

«Епископ Беркли говорил когда-то: „Материя — пустой и праздный бред“ Его система столь замысловата, Что спорить с ней у мудрых силы нет, Но и поверить, право, трудновато…»

Беркли, в отличие от эллинов, сомневающихся в истинности наших чувств и ощущений, напротив, назвал их единственным достоверным источником мировосприятия. В результате все предметы становились лишь «комплексами ощущений» («идеями»), существующими только в нашем уме. Отсюда Беркли сделал довольно забавный вывод — «Esse est percipi» («Существование — есть восприятие», то есть, чтобы вещь существовала, она должна кем-то восприниматься). Грубо говоря, камень на пустынном необитаемом острове существовать не может, ибо никем не наблюдается.

Интересно, что своей философией Беркли, как и Декарт, не собирался потрясать основы религии. Напротив, ее целью была борьба, как против, набиравшего тогда силу, материализма (о какой существующей до нас и вне нас Вселенной может идти речь, если Вселенная — лишь комплекс наших ощущений?), так и тех скептиков, которые считали, что ощущения лгут и мир непознаваем. Ведь если именно ощущения и составляют реальность бытия, то значит познание этого бытия более чем доступно. Материализм Беркли не любил особенно — говорят, даже когда-то с ненавистью пнул камень — опровергал, так сказать, его материальность.

Следующий знаменитый субъективный идеалист Давид Юм поступил более незамысловато — он тоже сказал, что человек познает лишь свои ощущения, а по поводу того, откуда берутся эти ощущения, просто махнул рукой — мол, «от неведомых причин».

Неудивительно, что все эти замечательные рассуждения таили в себе опасность превратить мир личности в жутковатый кошмар вселенского одиночества и вселенской же шизофрении. О том, как философы из этой ситуации выкручивались — я расскажу в следующей части статьи.

Проголосовали 44 человека

31 6 7 0 0

• Что можно прочитать во взгляде?
• Зачем нужны логические задачи?
• Как научиться считывать язык тела? Движения головы, сигналы глаз
• Какую роль сыграла селедка в истории человечества? Часть 2, реалистическая

• Больше публикаций
• Свернуть

Войти через социальные сети:

Философия штука полезная. Вот есть притча: Иммануил Кант завещал, чтобы над его могилой поставили маячок с вечным огнем. Мол, пусть все помнят о светоче чистого разума. Благодарные горожане, естественно, этот завет выполнили. А потом грянула Мировая война, и против бомбежек было затемнение. И во всей Восточной Европе горел только маячок Канта. Бомбардировщики отлично по нему пристреливались.

Оценка статьи: 5

Сергей Курий, всё это бесплодные философские споры. Иделисты правы или материалисты - всё равно завтра надо идти на работу и что-то там делать. Как однажды Фейербах Поругался с Гегелем Разорвал на нём рубах И ударил мебелем.

Анатолий Григорьев, К человеку, скользящему по поверхности бытия, находящему удовлетворение в повседневной рутине жизни, философии не достучаться. Не разбить ей скорлупу, если не панцирь, такого существования. Тому, с кем ничего не происходит, кого ничто не посещает, кто по уши доволен своей жизнью, делать в философии нечего. Не приемлет философия и вдохновения по должности, по полученной в университете специальности. Долгий и трудный путь у человека к философии. Через многое в жизни надо пройти, а через кое-что и переступить. Кому-то хватает на все это сил. Кое-кто останавливается на полпути. Ну а некоторых не хватает даже на первый шаг. Научить философии нельзя, а вот подвигнуть к поискам своей дороги к этому храму - можно. Можно пробудить или возбудить интерес к творческой самостоятельности, взыскательности и свободе мышления, выявлению и углублению своего Я, к искусству строить свою жизнь благоразумно, осмысленно и перспективно. Главное - путь к философии никому не заказан. Убедить в реальности этого пути, раскрыть основные \"технические\" правила движения по нему, как раз и призвана философия как учебная дисциплина. Назначение философии - поиск удела человека, обеспечение его бытия в причудливом мире. Назначение философии состоит, в конечном счете, в возвышении человека, в обеспечении его совершенствования. Изучение философии - дело благородное хотя бы уже потому, что с нею намного труднее стать "обезьяной цивилизации", чем без нее.

Ирина Баумане, можно, конечно, начитавшись сочинений разных философов мнить себя эдаким свехчеловеком (блеск и величие Наполеона из дурдома). Только реальных знаний философия почти не даёт, ибо давно уже, ещё с тех пор как от неё отпочковалась натурфилософия, позже распавшаяся на естественные науки (математику, физику, химию, астрономию и т.п.) в философии остался один пустой кокон. Так, общие рассуждения, причём у каждого философа свои. Фихте,например, считал философию научным самонаблюдением творчески этической активности личности (во как закручено). А вот Аббаньяно рассматривал её как "поиск сути бытия непосредственно самим человеком", (что-то наподобие поиска чёрной кошки в темной комнате). Что это за наука в которой ни одина из школ не озабочена единством своей науки. Физики, химики, математики почти не спорят друг с другом - естественные науки едины. Зато в философии споры идут тысячелетиями и без всяких успехов. По большей части это просто бесплодные умствования, которые их авторам кажутся вершинами человеческой мысли.

Анатолий Григорьев, Физики, химики, математики почти не спорят друг с другом - естественные науки едины.

Ну-ну. А Ньютон и Гук? А с температурными шкалами - создатели термометров ой как спорили. А волновая и корпускулярная теории света. Да много ещё чего - а про биологию ваааще молчу.

Цитатка (кстати, очень рекомендую - весьма вкусная вещица!): Французы своего мыслителя, Декарта-то, из отечества вытурили - месье исскитался по всей Европе, пока его не приютила шведская королева; правда, уже совсем ненадолго. Это тоже был большой любитель сочинять запрещенные книжки. Мало того, как только он добирался до очередного пристанища, унеся ноги с предыдущего, - так хлебом его не корми, а дай только выступить с публичными лекциями. Как будто там своих просветителей не хватало. Местному духовенству было, елки-палки, обидно даже. Пытаясь унизить ученого, науськанные хамы пренебрежительно обращались к нему: “Как там тебя, философ, в натуре!” Или: “Ну ты, в натуре, философ. ” Так и приклеилось к нему словечко “внатуре-философ”, а вскоре “натурфилософами” стали называть всех любителей естественно-научной тематики. Декарта, впрочем, мало трогали эти улюлюканья. Он медленно, но верно делал свое дело - громил схоластику. Вы знаете, что такое схоластика? Схоласты положили во главу своей жизни тезис о том, что истина рождается в споре. Поэтому спорили они до посинения. Вот, например, популярная тема ихних диспутов, имеющая прямое отношение к физике: “Чем удерживается свинья, которую ведут на рынок - человеком, или веревкой, надетой на шею?” Уважающий себя схоласт должен был уметь минимум десятью различными способами отстоять любой из двух ответов на этот вопрос. Причем если бы ему сказали: “Да Вы, батенька, схоласт!”- он бы ответил: “Да, я схоласт, и горжусь этим!” Так что если сейчас подобное заявление могут воспринять как личное оскорбление, то в этом - заслуга Декарта.

Но заслуги - заслугами, а ведь были у Декарта и ошибочки, знаете. Так, самой серьезной ошибочкой был его, с позволения сказать, научный метод: за критерий истинности он признавал лишь ясность и полную очевидность. Действительно, одного взгляда на современную физику достаточно для безоговорочного убеждения в том, что метод Декарта совершенно антинаучен. Правда, владел он этим методом довольно-таки изощренно. Сводя все к ударам и вихревым движениям, а также пользуясь несколькими основными принципами типа закона инерции, Декарт построил модель Вселенной и ее эволюции, объяснил тяготение, свет и его цвета, магнетизм, химические явления, и даже физиологию животных и человека. Одним словом, он дал для своего времени полную антинаучную картину мира. Трагедия этого мыслителя заключалась в том, что он возомнил, будто наука, вместо того, чтобы искать ответы на вопросы - “как происходят явления”, должна отвечать на вопросы - “почему они так происходят”. Конечно, борьбу между сторонниками “описательного” и “объяснительного” подходов можно проследить на протяжении всей истории физики. Однако так получалось, что “описатели” всегда были добропорядочными гражданами, почтенными отцами семейств, людьми благородными и вообще исполненными всяческой добродетели. “Объяснители” же, напротив, сплошь и рядом оказывались картежниками, пьяницами, развратниками и злостными неплательщиками алиментов. Так что сейчас “какающие” физики помнят о Декарте лишь как об изобретателе своей системы координат. Этого, конечно, у него не отнимешь.

А в семнадцатом веке, можете себе представить, у него было значительное количество последователей - картезианцев. Особенно картезианцы прославились в связи с долгой и бурной “полемикой о живой силе”, где они насмерть стояли за то, что при столкновениях тел сохраняется не абы что, а количество движения. Ихние супротивники, предводительствуемые Лейбницем, настаивали на сохранении кинетической энергии, а не чего-нибудь там еще, извините за выражение. Поскольку уступать никто не хотел, словесные баталии частенько переходили в экспериментальные проверки, в ходе которых тела сталкивались со страшной “живой силой”. Наконец Даламбера осенило: чтобы не было обидно ни тем, ни другим - нехай сохраняется и количество движения, и кинетическая энергия; не жалко, мол. Услышав об этом, соперники тут же пожали руки и разошлись, приговаривая: “До чего конструктивный ум!”

Анатолий Григорьев, то, что вам завтра на работу, не лишает философию права на существование. Она же во все времена была уделом свободных (с вашей т.зр., видимо, праздных) индивидуумов, которые с высоты своего положения сочли бы бесплодной нашу с вами суету ради куска хлеба. Такое уж им выпало счастье - созерцать на сытый животик. Простите их за это, я вас умоляю!

P.S. А стишок - как пролетарский булыжник: увесист, свистящ и, влетая в университетское окно, прекращает занятия.

Ага. Вот еще истории. - Декарт любил сидеть у окна и наблюдать за уходящей вдаль дорогой, по которой время от времени катились груженые арбы с бананами. Мелькание колес и спиц, крутящиеся в своих колеях, никогда не пересекавшихся, навеяло ему мысль о психофизическом параллелизме.

- Декарт любил поболтать с одним писателем, которого звали Сэлинджер и как-то расказал ему об этих арбах с бананами. А Сэлинджер в это время как раз ел уху. Все это совместилось в его творческой голове и он воскликнул: "Ловись, рыбка-бананка!". Так родилось одноименное произведение.

Оценка статьи: 5

Сергей Курий, ! • Лейбниц очень любил вышивать крестиком, однако ввиду лёгкого тремора был вынужден подолгу вдевать нитку в иголку, поэтому каждый раз, когда заканчивалась нитка, он усердно молился: Господи, только бы они совпали; так появилось учение о предустановленной гармонии.

• Лейбниц очень любил вышивать сидя у окна, однако ему каждый раз мешал Спиноза, который нагло стучал в окно и показывал очередное письмо Декарту, которое любил перечитывать по несколько раз, отмечая особенно удавшиеся пассажи; этим Спиноза так надоел Лейбницу, что тот решил даже заколотить ставни; так родилось учение о монаде.

Оценка статьи: 5

По мне так нелепая идея. Я так понял - суть в том, что существует только то, что я вижу. Закрою глаза - и вы все исчезнете. Абсолютно бесплодно, бездоказательно и неопровержимо. Но Матрица - на мой взгляд не пример субъективного идеализма. А лишь пример того, что знания о мире могут формироваться исключительно на основе ощущений. И реальный и виртуальный миры в фильме вполне материальны ) Тут больше подходит железный обходчик из Baccano.

Оценка статьи: 4

Тимур Шакиров, Я писал, что "Матрица" заставляет задуматься над проблемой субъективного идеализма. И мало, кто обращает внимание на слова отрицательного персонажа-предателя (на то он и отрицательный) про то, что лучше он будет есть вкусное виртуальное мясо, чем реальные сопли (или что там они ели). Смешно, но 99,99 % людей - и отрицательных и положительных , если перед ними поставят такой выбор, без сомнения выберут виртуальное счастье. Во многом потому, что комплекс личных ощущений для них и есть самая, что ни на есть правда.

Сергей Курий, аха, Матрица всего лишь продукт ширпотреба, пусть и красочный и даже в чем-то философский. Только большинство зрителей, увы, даже не думали о глубинной философии, когда пялились в экран телевизора. Хотя Матрица вовсе не дурацкая поделка, а очень даже умная такая штуковина))

Оценка статьи: 5

Маргарита Зингер, "Матрицу" я привел, как просто самый легкодоступный и массовый продукт. Фильм мог бы быть более оригинальным, но с середины превратился в очередное "кунг-фу". Ну а про остальные части сказать вообще нечего. Смесь псевдоумной схоластики, перемежаемой мордобоем.

Поставил отлично, изложено на должном уровне, без чрезмерных упрощений. Беркли прав гносеологически, действительно вещь есть комплекс моих ощущений. Он вместе с Юмом был очистителем общественного сознания от новой схоластики в ее научном варианте. Полезное дело! Сейчас опять порасплодились "ученые", готовые порассуждать на мировые темы наукоподобным образом, а по сути - обывательски. Но, правду сказать, все эти клише типа Платон - основоположник объективного идеализма, Демокрит - материалист, Беркли - субъективный идеалист, все это суть идеологизация и не отражает подлинную суть дела. Но для первого знакомства годится.

Оценка статьи: 5

Конечно у философов всё сложнее и все они разные. Субъективный идеализм, скорее, особый подход к рассуждению, а выводы из него делают самые разные. Впрочем, на позиции "Есть только я одын!" никто не задержался, но об этом во второй части статьи.