Тобольская губерния накануне 1917 года

Война, разразившаяся в Европе в 1914 г., не случайно была названа ее современниками Великой. Она породила глобальные изменения в мировой системе и кардинально повлияла на судьбы России - оказала решающее воздействие на механизмы и формы общественного воспроизводства, на массовое сознание и ценностные ориентиры, определила характер и направленность революционного процесса. Однако на регионы Российской империи (с их спецификой довоенного развития) мировая война оказала различное влияние. В этом отношении судьба Тобольской губернии показательна: отдаленная от линии фронта, промышленно менее развитая, политически инертная, она оказалась вне эпицентра основных событий эпохи, но все же испытала на себе их негативные последствия.

Губерния в годы войны продолжала оставаться территорией с крайне низкой плотностью населения - 1,62 чел. на 1 кв. версту, а основная часть жителей сосредоточивалась вдоль железной дороги – в Курганском, Ялуторовском и Ишимском уездах. Плотность населения оказывала решающ ее воздействие на общественное развитие. Так, малонаселенный север губернии еще находился преимущественно во власти патриархальных общественных отношений, натурального и полунатурального хозяйства, а плотно населенный юг был более развит в экономическом отношении и испытывал влияние капитализма. Однако на юге губернии по-прежнему сохранялись возможности для преимущ ественно экстенсивного развития сельского хозяйства, а избытка населения практически не было.

В период войны не произошло изменений в характере экономического развития губернии. Она оставалась крестьянской как по составу, так и по роду занятий большинства населения. Об этом свидетельствуют незначительные изменения в соотношении городского и сельского населения. На 1 января 1914 г. городское население составляло 6,8% населения губернии, к 1917 г. – 8%. * 1 Не последняя роль в процессе роста доли городского населения принадлежала беженцам и ратникам ополчения.

Несмотря на призыв в войска 243,3 тыс. чел., из которых 223,7 тыс. чел. * 2 были сельскими жителями, население края в годы войны продолжало увеличиваться. Если в 1914 г. на территории губернии проживало 2103, 2 тыс. чел. * 3 , то, по нашим подсчетам, к 1917 г. население губернии, включая призванных в войска, без учета военных потерь составляло 2160,8 тыс. человек. Ежегодный прирост населения в 1914-1916 гг., хотя и был почти в два раза меньше довоенного, составлял около 1%, то есть сохранялся в целом положительным. Этому в немалой степени способствовало тыловое положение и то, что до войны губерния была краем интенсивного освоения и переселений.

Вместе с тем, заметные изменения претерпели демографические параметры населения. К 1917 г. в губернии довольно острой проблемой стало сокращение мужского населения, что негативно отразилось на соотношении полов. Если в городах из-за присутствия запасных и ратников ополчения численно преобладали мужчины, то в 1916 и 1917 гг. в обследованных сельскохозяйственными переписями сельских районах лидировали женщ ины (на каждых сто мужчин - 120 и 128 женщин, соответственно * 4 ). “Средняя” крестьянская семья, насчитывавшая в 1914 г. нескольким более 6 душ, к 1917 г. сократилась до 5 человек. * 5 Наметилась также тенденция снижения рождаемости и роста смертности населения. Это не могло не отразиться на количестве и качестве рабочей силы, а как следствие и на темпах развития экономики края. В то же время негативные тенденции проявились здесь в меньшей степени по сравнению с европейской Россией.

В губернии в целом сохранилась положительная динамика аграрного развития. Несмотря на заметное снижение темпов роста посевных площадей (в 1911-1913 гг. посевные площади увеличились на 8%, а к 1917 г. - лишь на 5,2 процента) * 6 , произошло увеличение валовых сборов зерновых культур, прежде всего пшеницы, овса и ржи (среднегодовые показатели за 1914-1917 гг. были выше таковых в 1910-1913 гг. на 58 %). Объяснение этому мы находим в ценовой политике государства в годы войны, в стремлении крестьянства Тобольской губернии максимально использовать конъюнктуру рынка. Свое благотворное воздействие оказали отмена накануне войны “челябинского тарифного перелома”, благоприятные погодные условия (за исключением 1915 г.) и частичная компенсация убыли мужчин за счет применения труда военнопленных. В результате Тобольская губерния, как и другие районы Западной Сибири, в годы войны не только обеспечивала себя хлебом, но и имела значительные его излишки. Избыток хлеба от урожаев 1916 и 1917 гг. составлял 30,2 млн. пуд., в то время как соседние уральские губернии испытывали его дефицит в 17 млн. пуд. * 7 Основными районами товарного земледелия были Курганский, Тюкалинский, Ишимский

Тобольская губерния накануне1917года

уезды. Хотя рост площади посевов отставал от роста числа крестьянских хозяйств (5% против 10%), тенденция к тотальному разорению крестьян в губернии была выражена слабо.

Изменения, произошедшие в годы войны в животноводческой отрасли, отражены статистикой животноводства гораздо слабее, нежели статистикой земледелия. Абсолютные данные губернской статистики и переписей 1916 и 1917 годов практически несопоставимы между собой и не позволяют выявить динамику, а потому сравнения возможны лишь со значительной долей условности. Анализ имеющихся источников позволяет утверждать, что выводы некоторых исследователей, как о значительном сокращении поголовья скота, так и о резком его увеличении к 1917 г. представляются сомнительными.

В период войны изменилась структура стада, произошло перераспределение процентного соотношения разных групп скота. В связи с реквизициями крупного рогатого скота и лошадей крестьянство губернии сделало ставку на мелкий скот и молодняк. Доля и того и другого в 1916 г. повысилась. При уменьшении за 1913-1916 гг. доли лошадей в стаде на 9,3%, доля овец, коз, свиней увеличилась на 8,4 %. Незначительное уменьшение доли крупного рогатого скота (0,1%) свидетельствовало о сохранении крестьянским хозяйством молочно-мясного направления.

Мировая война не изменила ориентации промышленного производства Тобольской губернии на переработку продукции сельского хозяйства, а также господство мелких форм промышленности. Эти обстоятельства, а также конъюнктура времени (военные заказы) определили преимущественное развитие кожевенного, овчинно-шубного, мясоконсервного, мукомольного производств и маслоделия, то есть отраслей, сохранявших развитие губернии как сельскохозяйственного сырьевого придатка. Потребности войны вызвали расширение старых и открытие новых предприятий в губернии, большинство из которых представляли собой небольшие предприятия, а также мастерские с малым количеством рабочих и низкой механизацией труда.

Численное преобладание мелкой, кустарной и ремесленной промышленности, незначительный рост городского населения указывали на то, что экономика губернии только вступила на путь модернизации. В отличие от других районов Сибири, в годы войны в Тобольской губернии не проявилась деятельность крупных монополистических объединений. Не возникло новых промышленных центров, а основное производство сосредоточилось в уже сложившихся - в Тюменском и Курганском уездах. Кроме того, война привела к падению значения ряда промыслов и занятий населения, которые играли важную роль в экономике края в довоенное время (рыбный, пушной, ковровый, лесной промыслы).

Будучи аграрным краем, Тобольская губерния, тем не менее, столкнулась в 1914-1917 гг. с ростом цен на продовольствие. Причиной, на наш взгляд, стала дезорганизация экономических связей на микро- и макроуровнях в результате войны, а также неэффективная, плохо продуманная и организованная политика центра. Рост дороговизны явился также показателем незрелости капиталистического развития страны.

Поначалу подорожание основных продуктов было вызвано нарушением нормального обмена между городом и деревней, деятельностью скупщиков-посредников в условиях повышения спроса на продовольствие со стороны армии (особенно на Урале, в Петрограде и других промышленных центрах). Значительнее всего подорожали привозные товары – сахар, табак, мыло (почти вдвое), соль (в три раза). * 8 Несмотря на имевшийся в регионе избыток продовольственных запасов, рост цен на них был ощутим. По данным городских управ, в январе-марте 1915 г. цены возросли в среднем по губернии на 22%, к октябрюноябрю – еще на 40%. * 9 Это становится особенно удивительным, если учесть, что население городов было сравнительно невелико, а сами города были окружены густой сетью деревень. Установление городскими думами фиксированной цены продуктов мало способствовало устранению проблемы дороговизны: таксируемые предметы – мясо, хлеб, масло - вывозились в Ирбит, Камышлов, Екатеринбург, где цены были более высокими. Нередки были случаи сокрытия товаров. Достоянием гласности стало сокрытие товаров иностранными фирмами в Кургане, купцами в с. Обдорском, реквизиция крупного запаса пшеницы у купца Текутьева. * 10 В Ялуторовском уезде в 1915 г. образовалось неофициальное акционерное общество для перевозки масла гужом в Москву, которое составляло серьезную конкуренцию правительственным агентам по заготовке масла для армии. * 11

Создание в 1915 г. по инициативе власти продовольственных комиссий в городах поначалу внушало определенный оптимизм и рождало надежды на перемены в решении продовольственного вопроса. Однако вскоре обнаружилось отсутствие у них какой-либо реальной власти и возможности повлиять на ситуацию. С этим были связаны волнения в Тюмени в январе 1916 г. при выборах новой продовольственной комиссии. Несмотря на прилагаемые властями усилия, губернию один за другим потрясали сахарный, хлебный, мясной кризисы.

Тобольская губерния накануне1917года

Продовольственный кризис стал фактором не только экономической, но и социальной дезинтеграции общества. В условиях всеобщ его роста цен одиозной становилась фигура торговца. Складыванию негативного восприятия в немалой степени способствовала и пресса. Так, газета “Ермак” называла “людей наживы” “голодными шакалами” и “внутренними врагами”, * 12 а некий “Обыватель” в “Сибирской торговой газете” высказывал мнение, что цены вздувают сами торговцы, оправдывая это сомнительными “мировыми ценами”. * 13 С осени 1915 г. отмечается рост стихийного недовольства малоимущего населения перебоями в снабжении и дороговизной основных продуктов питания и предметов первой необходимости. В сельской местности протест против скупки и дороговизны продуктов и товаров чаще выражался в поджогах - специфически крестьянской форме борьбы. Самым массовым здесь стало выступление в мае 1916 г. доведенных до отчаяния крестьян с. Викуловского Тарского уезда, которые сожгли 17 домов местных лавочников и купцов. * 14 Прочие формы протеста против дороговизны в Тобольской губернии сочетались с требованиями повышения заработной платы и носили стачечный характер.

Свою роль в подорожании основных продуктов сыграло и установление предельных цен на закупаемые для армии хлеб и фураж, а также запрет на вывоз ряда продуктов из губернии. Организация заготовок для армии не отличалась системностью и последовательностью, а нерасторопность и неопытность в этом деле государственных чиновников регулярно приводила к срыву сроков поставок и к необходимости применения экстренных мер – реквизиций, которые наносили ощ утимый удар по крестьянскому хозяйству. Государство не только обнаружило свою слабость и неспособность организовать эффективное снабжение армии продовольствием, но своими неудачными мероприятиями в области продовольственного дела разрушило продовольственный рынок в стране. Несмотря на то, что в Тобольской губернии ни город, ни деревня не испытали того голода, признаки которого отчетливо проявились в конце 1916 г. в европейской России, вопрос о дороговизне в губернии был гораздо актуальнее других политических проблем. Провал в организации продовольственного дела в годы войны стал одним из главных факторов недовольства существующим правительством и политическим строем империи не только в центре, но и в такой далекой аграрной провинции, как Тобольская губерния.

Вопреки утверждениям многих сибиреведов предшествующего периода, мы далеки от вывода, что в Сибири складывались в этот период предпосылки к революции. На наш взгляд, важным вопросом, требующим специального рассмотрения и осмысления, является проблема происшедших под влиянием войны изменений в настроениях населения. Анализ источников позволяет выделить основные этапы этих перемен: патриотический подъем в начальный период войны, смена его “патриотической тревогой” к середине 1915 г. и нарастание кризиса власти к концу 1916 г.

Объявление войны и мобилизации поначалу вызвало шок, который в сельской местности губернии вылился в 16 волнений мобилизованных, крупнейшим из которых было произошедшее в г. Ишиме. * 15 Выступления не были направлены против войны, а сопровождались разгромом винных лавок и требованием кормовых денег, * 16 в основе чего лежали естественные человеческие чувства - верность существовавшим традициям и тревога за судьбы близких. Царский манифест и начало пропагандистской кампании о поводе и целях войны пробудили “народный энтузиазм”, а шок сменился бурным выражением верноподданнических чувств Царствующ ему дому. Свою преданность русскому государству и народу провозгласили иудеи, мусульмане, католики. Наблюдалась не просто лояльность к режиму, но всплеск проправительственных настроений, что выразилось как в участии практически всех слоев населения в сборе пожертвований на различные нужды, так и в создании общественных организаций и комитетов в помощь фронту. Важной особенностью этого периода стал интерес к печатному слову.

Диссонансом с общими настроениями прозвучали призывы коммуны толстовцев (“Опомнитесь, людибратья” и “Милые братья и сестры”) к прекращению мировой бойни, но они не получили широкого отклика. Кроме того, менее успешное вопреки ожиданиям положение на фронте породило первые сомнения в степени боеспособности российской армии, которые все же не стали преобладающими до конца 1914 года.

Население по-разному относилось к войне. Часть крестьянства, купечества и промышленников, для которых были выгодны поставки для армии, а также военные заказы, что к тому же давало возможность им избежать отправки на фронт, поддерживала продолжение войны. Однако имелись и другие настроения, на которые повлияли как неудачное ведение военной кампании 1915 г., рост цен и продовольственные проблемы, наплыв беженцев и военнопленных, так и разложение верховной власти, ее нежелание считаться с мнением общества и пойти на определенные реформы.

Тяжелое и неравномерно распределенное бремя войны вызывало у крестьянства рост стихийного пацифизма и чувство неприятия социальной действительности. Это нашло выражение не только в

Тобольская губерния накануне1917года

распространении негативных слухов о событиях на фронте, но и в росте числа антивоенных и антимонархических высказываний. Все чаще, особенно в 1916 г., стал звучать мотив желательности расправы с самим царем, как с главным “источником бед” и мучений народа. На настроение деревни влияли и многочисленные реквизиции и взыскания недоимок. Отказ крестьян, а особенно семей призванных, выплачивать недоимки, а также текущ ие сборы, становится широко распространенным явлением. * 17 В 1916 г. рост недоимок составил 33,5% в сравнении с 1914 г., а казенные и земские сборы – 84% от намеченного уровня. * 18

Другим проявлением особенных настроений крестьянства стали порубки казенного леса, так как по окончании войны все надеялись на издание манифеста о “сложении” штрафов и взысканий за порубки. Показательна и судьба “сухого закона”, имевшего идеологическую подоплеку и введенного в начале войны. Несмотря на запреты и преследования, подпольное самогоноварение приняло в деревне гигантские масштабы. Крестьяне варили самогон даже вблизи губернского центра. * 19

Отличительной особенностью общественной жизни Тобольской губернии в годы войны оставалась ее глубокая провинциальность, слабая политическая организованность в сравнении даже с соседними территориями - Уралом и Томской губернией. Разгром в предвоенный период социал-демократической организации в губернии, сокращение притока политических ссыльных, усиление полицейского надзора в период войны, - все это не способствовало широкому распространению идей социал-демократов. Исключение составил подпольный марксистский кружок учащейся молодежи в Тобольске в 1914-1915 годах. Эсеры отдали предпочтение практической работе в кооперации.

Пока не подтверждается документально факт антиправительственной и антивоенной агитации революционных партий в губернии, а стачки и забастовки были связаны скорее с общим ухудшением условий жизни рабочих. Рабочие выступления носили сезонный характер и в подавляющем большинстве своем были направлены на улучшение условий труда. Тюмень и Курган в период войны оказались на третьем и четвертом месте по количеству стачек в Сибири.

Масштабность задач, поставленных войною перед городским управлением, и ограниченность средств для их реализации, неспособность самодержавия вести победоносную войну благоприятствовали смене “патриотических” настроений в городской среде более умеренным. В результате усилились активные требования реформ в городском самоуправлении, хотя они не были чрезмерно радикальными и не выходили за рамки оппозиции режиму. Просторы края, слабые связи из-за отсутствия развитых путей сообщения, мешали не только исчерпанию экстенсивного развития в области экономики, но и появлению кардинально новых идей в области мысли. Лишь узкий круг либералов в Тюмени и Кургане, сопричастных веяниям времени и подверженных влияниям из центра, оказался способным поднять вопрос о формировании правительства народного доверия. Если правительство в годы войны, как и прежде, наиболее приемлемым для Сибири считало централизованное правление, то местная либеральная общественность начинает активно высказываться за введение земства на территории Тобольской губернии и обеспечение более эффективного городского управления. Если в европейской России в этот период разворачивается движение против сословных земств, за демократизацию земских органов, * 20 то общественность губернии сочла бы за демократизацию само лишь учреждение земства. Однако разработка правительством основных положений о введении земства в Тобольской и Томской губерниях постоянно откладывалась.

Вопрос об изменении городового положения был тем более актуален, что имперские структуры в критической ситуации не имели возможности наладить эффективное управление страной и львиная доля расходов по содержанию пленных, размещению и обеспечению беженцев легла на города. На обремененность городского бюджета непосильными расходами, связанными с военным временем, ссылались управления почти всех городов губернии. * 21 Города быстро исчерпали имевшиеся возможности повышения городских доходов, а установить новые им не позволяло городовое положение. Так вопрос экономический перерастал в вопрос о реформе. В конце 1916 г. Тюменская городская дума заявила: “Лозунг “Все для войны, а потом внутреннее устройство страны”, принятый Государственной думой

– лозунг неправильный, нужны внутренние реформы”. * 22 Однако в силу слабого развития “элемента общественности” и узости круга своих сторонников либеральное движение в губернии не смогло выйти за рамки подражательности.

Особенно обострилась ситуация в губернии во второй половине 1916 года. В силу очевидной бесперспективности и растущ ей непопулярности войны особенное внимание общества привлекло уклонение состоятельных граждан от воинского долга, а также подкуп и казнокрадство в 35-м стрелковом полку в Тюмени. * 23 Участились случаи бегства сибиряков с фронта. Отсутствие реформ и ухудшение

Тобольская губерния накануне1917года

экономического положения в стране, разрыв хозяйственных связей делали практически невозможной поддержку правительства. В связи с реквизицией на тыловые работы проявляло недовольство инородческое население губернии. Несмотря на разницу социального происхождения и имущественного положения, для значительной части населения губернии к концу 1916 г. стал характерен взгляд на правительство как на противоположный, противоборствующий лагерь. Истоки этого были не только в тяжести войны, но и в неспособности правительства признать свою несостоятельность и пойти хотя бы на некоторую либерализацию режима. Тем самым самодержавие лишило себя поддержки и доверия широких слоев населения.

Экономическое благополучие не спасло Тобольскую губернию от политических потрясений. Февральская революция была с ликованием встречена в губернии, население которой в надежде на перемены в общественной жизни выразило свою поддержку новому правительству. Однако более стабильное развитие экономики не создавало благоприятной почвы для левого радикализма и распространения идей большевизма. Таким образом, специфика развития Тобольской губернии в военное время наложила свой отпечаток на характер политического процесса в регионе.