Парашют Котельникова, модель первая

История создания парашюта уходит вглубь веков. Звучит банально, но так и есть – ещё в XIII веке выдающийся английский философ и учёный Роджер Бэкон высказал предположение, что, используя вогнутую поверхность можно «опираться» на воздух. Первым осуществил успешный прыжок с парашютом некий француз, приговорённый в начале XVII века к смертной казни. Ему удалось выпрыгнуть из тюремного окна с помощью сшитого из простынь шатра и счастливо приводниться в крепостном рву. Ранцевый же парашют, ставший прообразом современных, изобрёл в 1911 году отставной офицер, актёр-любитель Глеб Котельников. Парашют поручика запаса Котельникова стал не только закономерным результатом развития авиации. Считается, что его создание связано и с усилением политического терроризма в первые годы ХХ века. На жизнь Петра Столыпина покушались одиннадцать раз. Предпоследнее покушение парадоксальным образом оказалось связанным с появлением парашюта Котельникова. Глеб Котельников, бывший артиллерийский поручик, примкнувший как актёр-любитель к труппе Народного дома на Петербургской стороне, оказался невольным свидетелем не самой попытки покушения, а гибели того, кто собирался это покушение осуществить.

Флотский капитан-лейтенант Лев Мациевич (впереди) был близок к эсерам-террористам

ЭСЕР-АВИАТОР

Никто не мог бы предположить, что талантливейший инженер, флотский капитан-лейтенант, с отличием окончивший Харьковский политехнический институт и Николаевскую морскую академию, Лев Мациевич был близок к эсерам-террористам. Но так было на самом деле: Мациевич являлся сооснователем Революционной украинской партии. После разгрома РУПа полицией в 1905 году он установил контакты с Боевой организацией эсеров, продолжая службу и участвуя в разработках военно-морской техники. Мациевич предложил проект противоминных заграждений, защиты кораблей от торпедных атак, участвовал в строительстве броненосца «Иоанн Златоуст» на эллинге Лазаревского адмиралтейства в Севастополе. В 1907 году Мациевич был назначен наблюдателем за постройкой подводных лодок на Балтийском заводе в Петербурге, но всё больше и больше внимания уделял авиации и в 1909 году предложил первый в мире проект авианосца. Проект далеко опережал время – рассчитанный на 25 самолётов, он имел палубу для взлёта и посадки, электрическую разгонную лебёдку и тормозные сети. Проект получил исключительно положительные отзывы специалистов и отказ в государственном финансировании.

Будучи принятым в отдел воздухоплавания, возглавляемый великим князем Александром Михайловичем, Мациевич прошёл ускоренную лётную подготовку и в марте 1910 года был направлен во Францию, в авиашколу Анри Фармана. Мациевич был не только хорошим инженером, он неплохо разбирался и в финансовых документах и, обнаружив, что Фарман не предоставлял положенную при закупке самолётов оптом скидку, сэкономил российской казне около тридцати тысяч рублей золотом. Получив лицензию пилота № 176, 13 сентября 1910 года Мациевич возвратился в Петербург: в столице империи уже неделю шёл Праздник воздухоплавания.

На празднике для высокопоставленной публики – среди посетителей были премьер-министр Столыпин, военный министр Сухомлинов, председатель III Государственной думы Гучков, члены императорской фамилии – имелась возможность подняться в воздух с наиболее опытными лётчиками. 23 сентября капитан Мациевич предложил полетать Петру Столыпину. Сопровождавший Столыпина жандармский офицер отговаривал премьер-министра от полёта. Он сообщил о неблагонадёжности Мациевича, о возможных контактах капитана с эсерами-эмигрантами во время парижской командировки, но Столыпин всё-таки решил лететь. Полёт прошёл благополучно, Столыпин поблагодарил капитана Мациевича и покинул лётное поле.

Легенда гласит, что Мациевич действительно имел задание боевой организации убить Столыпина. Якобы в воздухе капитан должен был объявить премьеру о вынесенном приговоре, но Столыпин будто бы какими-то словами сумел остановить реализацию замысла, перед посадкой обещал никак не упоминать о произошедшем и слово своё сдержал. Так ли это или нет, узнать никакой возможности нет. На следующий день, 24 сентября, совершая полёт, во время которого планировалось поставить рекорд высоты, Мациевич погиб: его «Фарман» буквально рассыпался в воздухе, лётчик сорвался со своего сиденья, на котором он, кстати, сидел без каких-либо страховочных ремней, и упал среди обломков биплана.

По той же легенде, поддерживающей версию о готовившемся теракте эсеров, после полёта 23 сентября Мациевич имел разговор с соратниками по партии. Его обвинили в предательстве, и, возможно, кто-то из боевиков пробрался в ангар и испортил самолёт Мациевича. Возможно также, что таким образом Мациевич сам решил выйти из сложившейся ситуации – как офицер он не нарушил присяги, но не исполнил вынесенный партией эсеров приговор Столыпину

Мациевич стал первым русским лётчиком, погибшим в результате авиакатастрофы. После его гибели авиаторы начали пристёгиваться специальными ремнями, а Глеб Котельников, бывший одним из посетителей Праздника воздухоплавания, видевший падение Мациевича и потрясённый увиденным, окончательно решил реализовать давнюю мечту – создать авиационный ранцевый парашют.

Эскиз конструкции парашюта

ГАСТРОЛИ ШАРЛЯ ЛЕРУ

Попытки спрыгнуть с высоты с помощью разнообразных приспособлений предпринимались задолго до Леонардо да Винчи, предложившего в XV веке чертежи первого парашюта. Обычно такие попытки заканчивались печально. Разве что китайские акробаты уже в XII веке с успехом использовали маленькие парашюты, которые складывались, крепились за спиной и раскрывались, когда нужно было подстраховаться во время рискованных выступлений.

Леонардо да Винчи в рукописи, датированной 1485 годом, писал буквально следующее: «Если человек возьмёт полотняный натянутый купол, каждая сторона которого имеет двенадцать локтей ширины и двенадцать локтей высоты, то он сможет безопасно сброситься с любой высоты». Учитывая, что локоть равнялся 50–60 сантиметрам, общая площадь парашюта Леонардо оказывалась близкой к площади современных парашютов. Более того, Леонардо предлагал для придания жёсткости конструкции крепить купол к прочной раме, а ремнями, прообразами строп современного парашюта, осуществлять управление полётом.

Идеи Леонардо да Винчи вдохновили выдающегося хорватского учёного-энциклопедиста Фауста Вранчича. Вот только парашют Вранчича, которого считают первым в мире бейсджампингистом, то есть человеком, прыгающим с парашютом с фиксированных объектов, был не куполообразным, а вогнутым, по Роджеру Бэкону. В 1617 году Вранчич, будучи уже в преклонном возрасте, прыгнул с колокольни в Братиславе и благополучно приземлился.

Первый парашют в современном понимании изобрёл в 1783 году Луи Ленорман, а первым использовал его как средство безопасной эвакуации из воздушного шара Жан-Пьер Бланшар, французский пионер воздухоплавания. Усовершенствованный Бланшаром парашют был не из льняной ткани и не имел каркаса – Бланшар использовал шёлк, его парашют не был изначально развёрнут, а особым образом сложен, так, чтобы при прыжке ткань развернулась в купол. Правда, Бланшар сам не рискнул им воспользоваться: он спускал на парашюте собак. Так что первым совершил прыжок с парашютом технический инспектор французской армии Андре-Жак Гарнерен 22 октября 1797 года. Его парашют представлял собой большой купол с маленькой корзиной, парил неуправляемо и подчинялся малейшим порывам ветра, из-за чего перед самой землёй Гарнерен был вынужден выпрыгнуть из корзины и при приземлении вывихнул ногу.

Опыты с парашютом велись во многих странах, однако пока не было сделано отверстие в куполе для тока воздуха, что предложил астроном и физик Жозеф де Лаланд в 1801 году, и не были использованы стропы для управления, прыжки были очень рискованным делом.

Любопытно, что в конце XIX века одним из центров парашютизма стала Россия. Этому способствовали в 1885 году гастроли французского парашютиста Шарля Леру, который, строго говоря, выступал как цирковой артист, совершая прыжки с воздушного шара. Его парашют состоял из двенадцати клиньев, двенадцати строп, которые крепились к поясу парашютиста, а парашют крепился на воздушном шаре. Однако уже существовал созданный в 1880 году Эрвином Болдуином парашют, который хоть и крепился с внешней стороны воздушного шара, но в сложенном состоянии, и автоматически раскрывался после того, как парашютист отделялся от корзины. Другими важными изобретениями стали создание Чарльзом Бродвиком в 1901 году специального ранца для парашюта и Лео Стивенсом в 1908-м вытяжного кольца.

Несмотря на все усовершенствования, парашют для авиаторов оставался практически таким же, как и для воздухоплавателей. Он крепился на корпусе самолёта, чем создавал в полёте неудобства для пилотов.