Лизать стену со смыслом, или Очередной поход на АРКО (2007)

Несколько дней АРКО всегда бывает открыта для широкой публики, что принесло ей славу самой демократичной из международных ярмарок современного искусства. И для мадридцев АРКО – это большое событие. Забавно наблюдать за группами домохозяек, обсуждающих «умерла ли живопись», за подростками, которые фотографируют друг дружку на фоне приглянувшихся им шедевров, за студентами, спорящими, живой ли негр участвует в одной инсталляции или это манекен, за маленьким ребенком, разревевшимся от страха в одной из корейских галерей. Народ валит туда откровенно за «зрелищами» и простодушно предается их созерцанию.

Но вообще-то АРКО существует для галерей и коллекционеров (в том числе «Caja Madrid», «Telefónica» и прочих монстров рынка, «балующихся» искусством). Участие в ней престижно и полезно для любой галереи.

В течение нескольких последних лет на АРКО приезжали две-три галереи из России (совсем немного, но ничего странного: ведь частные галереи в России начали возникать только в начале 90-х). В прошлом году имел место даже своего рода маленький «бумчик»: было представлено четыре галереи. Это случилось благодаря тому, что российский куратор Виктор Мизиано выбрал три галереи для одного из спецпроектов АРКО.

В этом году, к сожалению, участвовала только одна российская галерея. Зато ее стенд был, пожалуй, более сильным, чем прошлогодние стенды. Это – галерея «Айдан» из Москвы. Её хозяйка, Айдан Салахова – пионерка галерейного движения. Она была совладелицей «Первой галереи» (1989-1992 годы) – в буквальном смысле первой частной московской галереи. В 1992 году Айдан создала собственную галерею, которая успешно с тех пор и развивается.

На стенде галереи «Айдан» мы встретили Анну Гершберг, помощника директора галереи.

– Ваша галерея приезжает на АРКО уже в 4-й раз. Откуда такое пристрастие? – Мы ездим регулярно на несколько ярмарок, в том числе и АРКО. Она одна из самых крупных, самых престижных, плюс нам просто нравится сюда приезжать, нравится публика. Здесь очень много посетителей, приезжает много кураторов музеев. Нас отбирают – и мы приезжаем. С удовольствием. – По каким критериям отбирают галерею? – На этот вопрос может ответить только сама комиссия. Отбирают, естественно, самые сильные галереи, чтоб были представлены интересные вещи, что-то новое. Например, в этом году мы не привезли ни живопись, ни фотографию, привезли только видео и лайт-боксы (light-box). – Что за лайт-боксы? – Это то, что вы здесь видите: стеклянные ящики с подсветкой изнутри, в которых как бы видна тень человека. Это проект Филиппа Донцова из Санкт-Петербурга, называется «Наблюдатель». Посетители очень интересуются, из чего сделано. Потому что кажется, что внутри находится манекен. На самом деле там картон, который расположен на разном расстоянии от стекла. Внутри лайт-боксов как бы спрятались люди. То ли они не хотят выходить оттуда к миру, то ли, наоборот, уже побывали в мире и бежали от него. – То есть вечная тема некоммуникабельности человека? – Художники, в принципе, всегда ищут себя и через свое искусство пытаются рассказать, что у них творится в душе. Только сам художник может объяснить свою идею. Это у Филиппа последние работы из этого проекта, больше он к нему возвращаться не будет: перерос.

Второй наш художник – Елена Берг с видеопроектом «Противостояние». Засняты люди, лижущие стену. Но это они не просто лижут стену: пока они вот так в течение двадцати минут стояли и лизали стену в галерее, они очень много передумали. Они взглянули внутрь себя и попытались понять человеческую натуру. Это философская вещь, и каждый посетитель тоже понимает ее только по-своему. – Взглянуть в себя можно, просто смотря на стену, не обязательно ее лизать. – Когда ты просто стоишь и смотришь, ты не совершаешь никаких действий, не выражаешь себя. А тут люди лижут собственную тень – в этом можно видеть выражение любви к себе. Можно увидеть и такой подтекст: люди живут одни на земле, в душе они всегда одиноки, но при этом они все равно с миром как-то в ладу, они дают свою энергию окружающему миру. – Эти люди – добровольцы или получили материальную компенсацию? – Это надо спросить у автора, мы в такие детали не вдавались. – А почему они разбиты по парам? – Чтоб выразить оба начала – мужское и женское. Потом, очень интересно наблюдать, как они лижут: каждый лижет по-своему, у каждого свой характер. Вместе они представляют человечество. Здесь можно рассуждать очень долго. – Им было сказано просто лизать, а дальше каждый лизал, как хотел? – Да, как мог. Люди в кровь языки стирали. – Вы как-нибудь стенку продезинфицировали хотя бы? – Нет. – Вы тут уже третий день. Как народ реагирует на это видео? – Некоторые в восторге от идеи. Некоторые вообще не понимают. Некоторые смеются. – Расскажите немного о художнице. – Ей 42 года. Она из Кемерово, но сейчас живет в Москве. Это ее первая видеоинсталляция. Мы с ней начали работать лет пять назад. Первая ее выставка у нас в галерее называлась «Красавица и чудовище»: искусственные ногти под стеклом в рамке, искусственные ресницы, волосы. Потом у нее был другой проект: вырезала и журналов фотографии лиц, комкала их. Когда комкаешь, получается очень разное выражение одного и того же лица. – Я вижу, что ваш стенд вызывает интерес. – Наш стенд очень отличается от других, и мы рады, что привезли этих художников. С Филиппом мы работаем первый раз, взяли его к себе «под крылышко» перед самой АРКО. Мы давно хотели выставить Лену за границей, но из-за того, что всегда возили живопись, она у нас не совсем вписывалась. А когда появился Филипп Донцов – у нас сразу картинка сложилась. – Видеоформы – сейчас самый пик искусства. – Видеоформы в Европе существуют уже давно, правда, на АРКО почему-то их показывают мало. – Может, потому что АРКО – это коммерческая ярмарка и видео не так покупаются? – Действительно, многие привозят коммерческое искусство, чтоб заработать деньги. Это тоже можно понять. Мы же решили представить развитие современного искусства в России. У нас не было идеи продать, мы не за заработком сюда приехали, мы хотели именно «проинформировать общественность». – Но все-таки вы уже что-то продали? – Два лайт-бокса Донцова. – Кто купил, если не секрет? – Один галерист из США, мы только начали распаковывать вещи, он сразу прибежал и купил. И один бельгийский галерист. – Можете в двух словах рассказать, чем живет искусство в Москве? Какие-то тенденции, имена? – В Москве много хороших галерей: наша, Гельмана, «Режина» и другие, которые занимаются именно актуальным искусством. Каждая галерея работает со своими художниками, их очень много, хороших художников, и все они разные. Даже работы одного и того же художника очень разные. Поэтому обобщить очень сложно. На Aрт-форуме в Берлине, на ФИАКе в Париже смотришь на европейские галереи – они как-то стоят на месте. То есть, они достигли какого-то уровня, и дальше у них ровно идет. Не хотят экспериментировать. Может, у них ничего в жизни не происходит. В России постоянно чего-то ждешь, жизнь богата на события, и художники, все это переживая, постоянно эволюционируют, делают новые проекты - и они кардинально отличаются от предыдущих. – Какое впечатление у вас от нынешней АРКО? – Очень хорошее. Можно выделить корейские галереи, они молодцы, практически у всех них очень продуманные стенды: не просто чтоб продать. Если они представляю технический прогресс, то они представляют технический прогресс, не размениваясь на какие-то вещи, которые можно легче продать. Даже корейский президент приехал на открытие: такая мощная государственная поддержка была. Есть некоторые испанские галереи хорошие. Красиво, интересно и многообразно – что не всегда бывает на ярмарках, на ФИАКе в Париже, например, в том году были не очень хорошие вещи: однотипные и ничего нового, и одни и те же галереи. АРКО намного выше уровнем, чем ярмарка в Париже.

Несколько вопросов мы задали и владелице галереи «Айдан» Айдан Салаховой : – С какими художниками вы работаете? Какова концепция вашей галереи? – Концепция галереи – мой вкус. Сформулировать словами очень сложно. – Чем вас привлекает АРКО? – Сюда приезжает много кураторов, которые отбирают художников для международных выставок. Кроме того, здесь можно увидеть много испанских и португальских галерей, очень интересных. – Что значит для художника быть представленным на АРКО? – Попасть в международный контекст. Важно не столько продать работу, сколько чтоб кураторы заметили, отобрали на международные выставки, некоммерческие, музейные.