Топ вымышленных литературных миров

Путешествовать по разным мирам, другим вселенным и параллельным измерениям очень легко. Достаточно открыть книгу и погрузиться в чтение — и вот мы уже выпадаем из будничной рутины, чтобы спасти Средиземье вместе с отважными хоббитами, побороться за власть в Вестеросе, или даже (ну а почему бы и нет?) порезвиться в Эквестрии с маленькими пони. Миров много, и каждый может совершить паломничество в ту вселенную, которая ему ближе.

Основной закон сотворения миров

Единого рецепта создания вселенных не существует. Каждый писатель подходит к этому делу по-своему. Так, Толкин сначала разрабатывал языки (прежде всего — два эльфийских, Квенья и Синдарин), а затем уже строил дом для этих языков — под домом имеется в виду, конечно же, Средиземье. Клайв Стейплз Льюис поступал иначе — он просто собирал в Нарнии всех мифических и сказочных существ подряд (за это его часто критиковали — тот же Толкин называл мир Нарнии непроработанным). Ли Бардуго, создавая вселенную Гришей, взяла за основу элементы русской культуры.

Иногда стимулом к сотворению мира становится один сильный образ — например, вселенная «Песни льда и пламени» родилась из картины, пришедшей на ум Джорджу Мартину много лет назад — в своём воображении он увидел огромного волка, умирающего среди снегов.

Перечислять примеры можно долго. Сколько писателей — столько и разных вариантов. Однако, есть один непреложный закон, которому подчиняются абсолютно все вымышленные миры. И если вам захочется создать свой собственный мир, вы должны ему следовать.

Закон этот заключается в требовании непротиворечивости. В придуманной вами вселенной могут иметь место какие угодно события, немыслимые в повседневной жизни. Пусть, например, клонированные киборги-хоббиты летают на Плутон, оседлав радиоактивных драконов-кошек. Или происходит нечто ещё более фантастическое — на что хватит вашего воображения. Главное — чтобы мир был цельным и непротиворечивым. Иначе говоря, любое событие и явление этого мира должно согласовываться с общей логикой создаваемой вселенной.

Вот так, к примеру, писал об этом Умберто Эко в книге «Роль читателя. Исследования по семиотике текста»:

Писатель, создавая свой мир, вместе с ним «пишет» (не в прямом смысле, конечно) «энциклопедию» этого мира. Читая роман или смотря фильм, мы понимаем, что происходящее нереально (так как мы прочно укоренены в «энциклопедию» реального мира), однако, на некоторое время мы принимаем правила игры, которые предлагает автор. Можно сказать, что мы позволяем себя обмануть, поверив в то, о чём нам рассказывают со страниц книги или с экрана. В этом заключается секрет магии искусства. События, происходящие в Средиземье или в Вестеросе, реальны внутри собственных вселенных, так как они полностью вписываются в «семантические энциклопедии» этих миров.

В дополнение к этому закону установлено ещё одно важное ограничение. Какой бы фантастический мир не творил писатель, этот мир всегда будет основан на реальности. Человек просто не в состоянии помыслить вселенную, абсолютно отличную от привычной нам. Разница между «реальностью» и «вымыслом» заключается в наличии фантастических допущений, но в основе фантазии всегда лежит опыт автора, и опыт этот не может быть ничем иным, кроме как опытом человеческого существа. Конечно, писатель подобен демиургу, творящему мир, но «глина», из которой он лепит своё создание, дана ему заранее — в знаниях о настоящем мире и его законах.

Толкин называл это sub-creation. Будучи католиком, он признавал, что вселенная создана Богом, который один только и может сотворить совершенно оригинальный мир из ничего. Человек же способен лишь на «малое творение», то есть, на творческую переработку того, что дано ему в реальности.

Таким образом, любой вымышленный мир — это видоизменённый реальный мир.

Только в грёзы нельзя насовсем убежать

Психологи называют стремление укрыться от забот и трудностей в вымышленном мире эскапизмом (от английского слова escape, в переводе означающего спасение или бегство). Эскапизм — не заболевание и не расстройство психики (таковым он становится лишь в том случае, если начинает мешать человеку нормально функционировать в социуме). Желание отдохнуть от будничной суеты, погрузившись в мир, например, эльфов — это вполне нормально. Более того, зачастую это необходимо. Не будем забывать, что одна из важнейших функций искусства — рекреационная. То есть, художественное произведение позволяет нам снять стресс, перевести дух, расслабиться, набраться сил.

Другая важная функция фантастических историй — компенсаторная. Жизнь в современном мире с постоянной гонкой за деньгами и работой на износ почти не оставляет места для приключений и подвигов. Литература, кино, компьютерные игры позволяют восполнить недостаток острых ощущений и хотя бы на время почувствовать себя героем.

Сам Толкин писал о том, что эскапизм — это здорово. Клайв Льюис соглашался с ним, при этом действуя ещё более радикально — он сравнивал реальность с тюрьмой, а укрытие в воображаемом мире называл побегом из заточения.

Соглашаться или не соглашаться с классиками — дело ваше. Но вот с чем вряд ли кто-то поспорит, так это с утверждением, что в случае с вымышленными вселенными, как и вообще всегда в жизни, важна умеренность. Если вам нравится на досуге прогуливаться по неведомым дорожкам в поисках следов невиданных зверей, то гуляйте на здоровье. Главное при этом — не забывайте, как найти путь назад.

Десятка вымышленных миров

Рассмотрим десять литературных и кинематографических миров, снискавших бешеную популярность. У каждого из них сегодня есть обширное фанатское сообщество. Все представленные ниже миры существуют в нескольких воплощениях — в виде книг, комиксов, сериалов, кинофильмов, мультфильмов и видеоигр. Если вы не найдёте ниже вашу любимую вселенную — что ж, просим нас извинить. К сожалению, вместить в небольшую статью все-все-все хорошие миры нельзя. Когда-нибудь мы расскажем отдельно про «Меекхан» Роберта Вегнера, про землю ООО из «Времени приключений», про «Ведьмака» Сапковского, и о многих других достойных внимания мирах.

«Властелин колец» Толкина — признанный эталон «миротворчества». Уже несколько поколений читателей покорились таланту Профессора и поверили в Средиземье. Причина успеха кроется в детальной проработке мира, архетипических образах, классической истории борьбы добра со злом и, конечно, в красивейших поэтичных языках, придуманных самим Толкином. В первую очередь, это два эльфийских языка: квенья, созданный на основе финского, и синдарин, вобравший в себя многие черты кельтских языков.

Даже те, кому не по нраву излишняя прямота «Властелина колец» с его чётким делением на добро и зло, признают, что мир, созданный Толкином, поистине велик и достоин восхищения.

Толкин оставил после себя обширное наследие — множество черновиков и неопубликованных произведений (многие из них остались недописанными). Сегодня эти тексты постепенно начинают издаваться. К примеру, на русском языке выходит «Книга утраченных сказаний. Часть 1». Это произведения, написанные Толкином в возрасте 25 лет. Позже истории из «Книги утраченных сказаний» лягут в основу знаменитого «Сильмариллиона».

К слову, сам Толкин говорил, что Средиземье — это не какой-то параллельный, а именно наш обычный мир. Просто описываемые события происходят в стародавние времена (буквально доисторические, так как история людей начинается с отплытия эльфов на Запад). Однако сегодня мы часто слышим словосочетание «мир Толкина», и воспринимается это вполне нормально.

Толкин Джон Рональд Руэл

Толкин Джон Рональд Руэл

На первый взгляд, мир, созданный Джорджем Мартином, не отличается оригинальностью. Основной конфликт взят из европейской истории (параллель «Ланнистеры и Старки — Ланкастеры и Йорки» очевидна). Драконы тоже были придуманы давным-давно. Ну а белые ходоки — это просто фэнтези-версия классических голливудских зомби. Однако же, миллионы людей по всему свету просто влюбились в творение Мартина. В чём же секрет? Можно выделить три причины бешеной популярности книг и сериала.

Причина первая. Несмотря на то, что действие саги происходит в условном Средневековье (на самом деле, всё сложнее, но примем это так), мотивация каждого персонажа прозрачна и понятна современным людям. Ланнистеры, Старки и прочие ведут себя так, как вели бы себя в похожих обстоятельствах жители XXI века. Иначе говоря, «Песнь льда и пламени» — это современность, но в фэнтези-антураже.

Вторая причина — беспощадность Мартина к своим героям. Да, речь о тех самых неожиданных сюжетных поворотах, в которых внезапно умирают полюбившиеся всем герои. Что, опять же, приближает это произведение к реальной жизни.

Третья причина — композиция. Мастерство Джорджа Мартина состоит в том, чтобы собрать все элементы мира и тщательно подогнать их друг к другу так, чтобы получилась цельная картина. Да, драконов мы видели уже много где, как и сироток-принцесс, лишившихся царства. Но всё это, собранное вместе, даёт потрясающий комбо-эффект.

Влияние «Игры престолов» на современную культуру настолько велико, что с этим произведением стоит ознакомиться даже тем, кто не любит фэнтези (или предпочитает более «добрый» вариант этого жанра). Мир, созданный Джорджем Мартином, сегодня диктует модели поведения и мышления для тысяч людей по всей планете. «Песнь льда и пламени» становится новым всемирным эпосом, который включается в культурные коды жителей «глобальной деревни» под названием Земля. Выдвинем смелое фантастическое предположение: через несколько лет человек, не смотревший и не читавший «Игру престолов», просто не будет понимать, о чём говорят люди вокруг него.