Пасхальная история
Очередная история, связанная с моим веселым дедушкой. Каждый год христиане отмечают светлый праздник Пасхи. Не скажу, что мои близкие слишком набожные - мы просто собираемся в теплом семейном кругу, печем куличи, красим яйца, обсуждаем насущные проблемы. Прошел год и вот настало очередное пасхальное утро. По традиции мы уселись за праздничный стол, взяли по одному куриному (да, это очень важно) яйцу в руку и. Здесь принято говорить "Христос воскрес!" и в ответ слышать "Воистину воскрес". Тогда я был ещё маленький и с великой радостью заявил дедушке "Христос воскрес!", а он мне в ответ со счастливым невинным лицом "Воинственный воскрес!". :D Спустя несколько секунд по улыбкам окружающих он понял, что сказал что-то не то и поправился.) Конец. Было весело.
P.S. Простите, если кого-то данный рассказ оскорбил. Таковой цели не было. Просто история из детства.
Если бы была картинка с "воинственным христосом" - цены бы посту не было
просто дедушка взял в руку не яйцо,тем более не куриное,а еще Воинственный Воскрес
Ну вот нахуя дописывать слово "светлый" к очередному первобытному "празднику"?
Рассказ "Шахматы"
Каждое лето меня отвозили к деду в деревню. Беззаботные были времена. Я развлекался с местными мальчишками. Крутил хвосты коровам. Гонял палкой гусей. Бегал от разъяренных гусей. Ел грязную вишню прямо с дерева. Стрелял из лука по банкам, висевших на кольях забора. Бегал от разъяренных бабок, огорченных битыми банками. Но однажды дед научил меня играть в шахматы.
Он всю жизнь проработал на заводе, производившем игральные доски и фигуры для этой игры. Дома у него было несколько потрясающих наборов. Лакированные фигурки. Блестящая доска. У каждой фигуры свои возможности для хода. А все вместе они – единое войско, выступающее против соперников. Дед говорил, что существует масса тактик и стратегий.
Целое лето я изучал правила игры. Кто как может ходить и куда. Перед самым отъездом моя решимость обыграть деда была невероятно высока, и я вызвал его на поединок. Дед пояснил, что поддаваться не будет. Если я его выиграю, то только в честной борьбе. А затем влепил мне детский мат. Так и разрушились мои детские иллюзии. Однако на прощание он достал из шкафа, набитого сотнями книг о шахматах, потрепанный экземпляр какого-то Бобби Фишера, которая так и называлась «Бобби Фишер учит играть в шахматы». Это книга стала моим подарком.
- Научишься играть, когда сможешь победить меня, - сказал он мне на прощанье и говорил так еще сотни раз.
Я прочитал ее от корки до корки, а затем записался в шахматный клуб в Доме пионеров. Там то я и узнал, кто такой Бобби Фишер. В шахматном кружке висела картина, где два мужчины играли в шахматы. Преподаватель рассказал, что это фото сделано на игре за звание чемпиона мира в 1972 году. Это были Борис Спасский и как раз Бобби Фишер.
Следующим летом я был полон решимости взять реванш у своего деда, но был бит. Был бит и следующим летом, и следующим. Я шел покорял один юношеский разряд по шахматам за другим, затем взрослые, но каждое лето я проигрывал сотни партий своему деду, не имевшему даже юношеского разряда.
Каждый раз он повторял фразу Эмануэля Ласкера: «Единственный путь стать умнее – играть с более сильным противником». И я играл.
К концу школы я стал мастером спорта по шахматам, но снова был бит своим дедом. И не раз. Сотни раз. Меня это дико бесило. Я тысячу раз хотел бросить шахматы, я бил доски, выбрасывал короля в мусорку, но тяга в победе не давала опустить руки. Меня не интересовали эти разряды, титулы и звания. Я хотел победить одного человека – столяра с шахматной фабрики. Моего деда. Иногда я думал, что он душу продал дьяволу, чтобы так играть в шахматы.
Спустя пару лет я стал чемпионом страны, а затем и Европы, однако к деду в деревню я не ездил. Слишком плотный был график. Турниры. Турниры. Турниры. Для подготовки к чемпионату мира я решил уехать к деду и абстрагироваться от всего, кроме шахмат. И он бы помог мне это сделать. Но я не успел. Дед умер. Он так и ушел непобежденным.
Я забрал все книги из его шкафа, часть оставил себе, а остальные отдал в свой первый шахматный кружок в Доме пионером. Теперь рядом с фотографией Спасского и Фишера висела моя фотография с чемпионата Европы.
После победы на чемпионате мира один репортер спросил у меня:
- Какого это быть одним из сильнейших игроков современности?
- Это все не важно. Я всю жизнь хотел победить лишь одного человека, но так и не смог. Ни одну из тысяч партий.
Я встал и пошел на выход. Глаза наполнялись слезами. Репортеры тарахтели один за другим: «Кто этот человек?» и бежали за мной.
- Это мой дед – столяр с шахматной фабрики, - затем развернулся и ушел, эмоции наполнили меня и слезы текли рекой. А в голове все крутилась его фраза: «Научишься играть, когда сможешь победить меня».
Да, я – чемпион мира по шахматам, который так и не научился играть.
Виталий Штольман, 2022 год
Голоса из прошлого.
Это мой дедушка Гвардии сержант Беляков Евгений Григорьевич. Краткая история: он ушёл на войну в 17 лет. Ушёл, когда после бомбардировки санитарного поезда, на котором возвращали раненых бойцов, без вести пропал его отец. В неполных 19 лет он уже был командиром отделения автоматчиков Моторизованного батальона автоматчиков. В разные годы войны снайпер и разведчик.О войне, как и многие ветераны, говорить не любил. О том, что он ходил в разведку дедушка упоминал в редких рассказах, рассказывал как брали "языка", как зимой ползали по снегу, и что лучшей наградой были сто грамм и тюря в тёплой землянке. Но про то, что был снайпером не рассказывал никогда. А мне, младшей внучке, чаще всего вообще рассказывал, что был в пехоте и прыгал с танка, наверное берёг меня от того, что пришлось ему пережить. Когда я нашла его наградной лист, где упоминается, что дедушка был снайпером, старшая сестра вспомнила, что однажды он брал её в подшефную школу и там он с однополчанами рассказывал про войну. Тогда он рассказал, как однажды ему пришлось провести длительное время на крыше дома, пока снайпер противника не выдал себя бликом оптики.
Один из наградных листов
Это был лучший дедушка, которого можно было только пожелать. Все самые тёплые воспоминания детства связаны с ним и с бабушкой, они были мне ближе, чем родители. Моя любовь к кроссвордам и головоломкам от него, моя выпечка заслуга бабушки, она учила меня печь и вообще готовить лет с 5, а может и раньше. Все выставки и музеи в детстве я посетила именно с дедушкой, самым последним местом его работы был театр зверей Уголок Дурова и весь театр я знала изнутри. Там было кафе для сотрудников и дедушка обязательно водил меня туда, до сих пор помню тот полумрак и электрический камин. Я помню как гордилась когда шла рядом с ним! Он был всегда такой солидный, в костюме и шляпе, и с большой орденской планкой на груди!
А ещё дедушка отлично пел! Во время крупных праздников, а особенно в День Победы вся семья, включая двоюродных бабушек, сестёр бабушки, и членов их семей, собиралась у дедушки с бабушкой, и столы занимали всю комнату. Дедушка на пару с мужем одной из бабушек, дядей Алей (Альбертом), искромётно шутили, рассказывали анекдоты и пели под трофейную гармонь, солировал и играл мой дедушка.
В 1995 году после продолжительной болезни дедушки не стало, сказалось подорванное на войне здоровье и осколочные ранения в ноги. Похорон его не помню совсем, хотя мне было 15 лет, просто стёрлись из памяти. Не стало и праздников и вообще ТОЙ семьи.
Недавно мы с сестрой разговорились о дедушке и я вспомнила эти застолья и то, как дедушка пел, особенно мне нравилась песня как раз про застолье, там были такие слова "колбаса колбасная, колбаса прекрасная", "свинья там огрооомная, свинья с апельсинами" и "улица, улица, улица широкая, отчего ж ты улица стала кривобокая" и всё - больше ничего вспомнить не удавалось. И в разговоре с сестрой я сожалела, что никто не догадался записать хотя бы тексты их песен. И тут сестра говорит: "Подожди! Мне же тётя Марина (дочь дяди Али) недавно прислала запись! Я в шоке была, хоть бы предупредила! Я включаю, а там его голос!"
И я попросила сестру переслать мне файл. Несколько дней я не решалась его включить. Не решалась потому, что боялась, что не узнаю дедушкин голос, ведь прошло уже 27 лет. Потом, когда я была дома одна, сидела смотрела на файл и не решалась нажать. Нажала: началась запись с голоса дяди Али, его не узнать невозможно, такой, знаете, киношный голос советских комедийных персонажей, он и по жизни был такой, даже внешне - вечный нос Деда Мороза) А потом я услышла голос дедушки и песню про застолье и вторую про войну и их шутки и такое родное бабушкино "да сиди ты уже", когда у дедушки на гармони запала кнопка и они с дядей Алей с шутками-прибаутками стали просить её подсолнечное масло, что бы смазать. Эта запись была сделана ещё до моего рождения, но голос там именно тот самый!
Я не плакала так давным давно, знаете, когда больно, но ты счастлив одновременно, крупными слезами, взахлёб. Пишу это и опять слезы наворачиваются! Это детство и счастье и любовь близких и кажется, что так будет всегда! Я так по ним скучаю! По дедушке и по бабушке! Я не знаю есть ли что-то после жизни, но всё равно хочется верить в сказку и в то, что мы встретимся когда-нибудь потом.
Скучаю! Но теперь у меня есть его голос, их голоса. Голоса из прошлого.
Совершая память
На первой фотографии мои прадед с прабабушкой. На второй мои бабушка и дедушка (их сын).
Меня мелкой часто отдавали прадеду, пока родители работали. Бывало приходили пионеры по заданию дружины распросить ветерана о подвигах на войне. По этой теме от него все слышали лишь одно - "война это тьма".- А теперь ребят, пошли чай пить с яблочным вареньем. Тут такие яблоки уродились. Сам вывел сорт.
Тема яблок иногда менялась на помидорки, сливы, груши, огурчики. Агроном, что с него взятьвзять! Об этом вот можно было и поболтать и даже похвастаться.
Для прадеда война началась в 39-ом в Польше с еврейских погромов. Собрав всех кого смог, перевёз на Урал. Кого не смог - сгорели в Дахау. Привёз, разместил и отправился на фронт. Был военным переводчиком. Допрашивал пленных. Учавствовал в освобождении лагерей. Где основной задачей была беседа с бывшими узниками.
Бабушке ( маминой маме) в 41-ом было 14 лет. Мамка ее умерла по дороге на работу, замёрзла. На её шее осталось трое сопляков. Две сестры и брат. Пошла на завод, впахивала по режиму наравне со всеми. К пенсии с трудом передвигалась от болей в суставах, сидела на сильнейших обезболах. Вспоминая те года, плакала.
В общем, тема войны у нас не задевалась ни в коем случае. 9 мая мы совершаем память по своим домашним героям, любим, гордимся, испытываем чувство гордости.
Но слово война в нашем роду это не романтично.Это не то, что "можно и повторить"
Первый парад без моего Деда
10 лет ты открывал Парад Победы в маленьком городке Батайск.
Степан Филиппович Плахов.
В 17 лет поступил в Серпуховское военно-авиационное училище, которое закончил в 1947 году уже штурманом-радистом пикирующих бомбардировщиков ТУ-2. Затем его направили в Прикарпатский военный округ, где он нес службу до 1950 года.
А после он попадает в число специалистов, которые участвовали в правительственном задании в КНДР, где Советский Союз помогал только что возникшей Республике создавать свою авиацию
Там на одном из заданий он посадил горящий самолёт, сломав при этом обе ноги, что поставило крест на военной карьере.
Да, в наше время, участники этих событий ПРИРАВНЕНЫ К УЧАСТНИКАМ ВОВ.
Был во Львове (рассказывал и о бандеровцах тех лет) , уехал в Ташкент, где стал учителем, историком, а чуть позже заместителем министра Республики Узбекистан.
Боюсь, что текст получится слишком длинным, если я упомяну хотя бы часть его приключений.
Сильный, яркий, волевой человек.
Однажды он попросил меня помочь разобраться с компьютером - написать в программу "жди меня", найти в одноклассниках его сослуживцев. Заинтересовался.
Через 2 месяца он покупает себе компьютер.
Через 7 месяцев он открывает в Батайске первый клуб компьютерной грамотности для пенсионеров.
Я прожила с ним почти всю жизнь.
И чем старше становлюсь, тем более на него похож мой характер.
Я люблю тебя, дедушка.
Upd. Если кому интересна его история, есть коротрометражка (две части).
Историческое и фольклорное происхождение пасхального кролика
Пасхальный кролик — популярный персонаж католической Пасхи. По традиции, в пасхальное воскресенье дети ищут спрятанные специальные угощения, часто шоколадные пасхальные яйца, которые «мог оставить пасхальный кролик».
Открытка с пасхальным кроликом
Фольклорист, профессор антропологии и коммуникаций Колледжа литературы, искусств и наук при Южно-Калифорнийском университете Ток Томсон пишет о фольклорных и исторических истоках пути, который проделал пасхальный заяц от глубокой древности до наших дней.
РЕЛИГИОЗНАЯ РОЛЬ ЗАЙЦА
Пасха — праздник весны и новой жизни. Яйца и цветы, по мнению Томсона, являются довольно очевидными символами женского плодородия, и в европейских традициях кролик с его большим репродуктивным потенциалом не отстаёт. Символика зайца на протяжении многих лет играла множество ритуальных и религиозных значений.
Зайцев ритуально хоронили вместе с людьми в эпоху неолита в Европе. Археологи интерпретируют это как религиозный ритуал, в котором зайцы символизируют возрождение. Более тысячи лет спустя, в железном веке, ритуальные захоронения зайцев были обычным явлением, а в 51 г. до н. э. Юлий Цезарь упомянул, что в Британии зайцев не ели из-за их религиозного значения.
Фигурки бронзового зайца (длина около 40 мм) из Вудкок-Холл (Англия), железный век.
От греческого мира до эпохи Возрождения зайцы часто появляются как символы сексуальности в литературе и искусстве.
Педро ди Козимо, «Венера, Марс и Амур», ок. 1505 г.
Также Деву Марию нередко изображали с белым зайцем или кроликом, как символом преодоления сексуального искушения.
Тициан, «Дева Мария с кроликом», 1530 г.
В немецких письменных источниках 1600-х годов описывают детей, охотящихся за пасхальными яйцами, спрятанными пасхальным зайцем, так же, как сегодня это делают дети в США. В документах из Англии того же периода также упоминается традиционная охота на зайца и употребление в пищу заячьего мяса на Пасху.
В Халлатоне, деревне в Лестершире в Англии, существует традиция под названием «Борьба за заячий пирог»: люди борются за кусок пирога с заячьим мясом, после чего съедают его. В 1790 году местный священник пытался остановить этот обычай из-за его языческих корней, но безуспешно, и обычай сохраняется в этой деревне до сих пор.
Альбрехт Дюрер, «Молодой заяц», 1502 г.
В 1835 году немецкий филолог Якоб Гримм (один из братьев Гримм) утверждал, что пасхальный заяц связан с богиней, которую на древненемецком языке называли «Остара» (Ostara). Он прослеживает это имя от англо-саксонской богини Эостре, которую Беда Достопочтенный, бенедиктинский монах, упомянул в 731 году.
Беда Достопочтенный отмечал, что в Англии восьмого века Апрель назывался Эостурмонат (Eosturmonath) или месяц Эостре, в честь богини Эостре (Eostre). Он писал, что языческий праздник весны во имя богини ассимилировался христианским празднованием воскресения Христа.
В то время как большинство названий Пасхи в европейских языках происходят от еврейского названия праздника, например, Pâques по-французски или Påsk по-шведски, немецкий (нем. Ostern) и английский (англ. Easter) языки сохраняют старое, небиблейское, название.
Недавние археологические исследования подтверждают факт поклонения Эостре в некоторых частях Англии и Германии с зайцем в качестве её главного символа. Таким образом, пасхальный кролик может являться отголосками дохристианского праздника весны, возвещаемый днём весеннего равноденствия и олицетворяемый богиней Эострой.
Йоханнес Гертс, «Остара», 1884 г.
«После долгой холодной северной зимы людям кажется вполне естественным праздновать темы воскресения и возрождения. А весной как раз появляются зайчата», — говорит Томсон.
The Shifting Baselines of the British Hare Goddess October 2020, DOI:10.1515/opar-2020-0109
Smithsonian magazine article "The Ancient Origins of the Easter Bunny" , Tok Thompson, The Conversation
Пользователи реддита делятся крутыми фотографиями своих предков
"Моя прабабушка, 1907 год"
"Моя мама (в центре) с местными музыкантами"
"Моя бабушка с хорошим другом Вилли Нельсоном (легенда кантри), 1980-е.
"Моя мама, 1985 год"
"Мой дед Grand Master Fred Brewster выполняет упражнение «Доминирующая энергия» против стаи разъяренных гепардов, 1965 год."
"Моя мама-панк, 1980-е"
"Мой 18-летний дедушка возле библиотеки, 1956 год"
"Мой дедушка в качестве доктора во время тура группы The Police, 1980 год"
"Моя мама 30 лет назад в Москве"
"Мой прадед, начало XX века"
МОЙ ОСОБЕННЫЙ ПРАЗДНИК
Сегодня особенная дата, особенный праздник. Он выделяется из общей массы красных цифр на календаре. И хоть количество праздничных дней с каждым годом растет, от этого не возрастает их качество.
9 мая, День Победы Советской Армии над немецко-фашистскими захватчиками, именно так говорил мой дед – ветеран войны. День Победы, я считаю, единственный настоящий праздник в череде красных дней календаря современной России, единственный не выдуманный и не притянутый «за уши», он, так или иначе, касается жизни всех и каждого ныне живущего.
Для большинства это праздник имеющий все признаки государственного торжества: парад на Красной площади или в своем городе, ТВ трансляции, Бессмертный полк, фильмы о войне и даже такие мелочи как красные флажки на столбах главных улиц города. Для меня же День Победы всегда был моим личным праздником, к Победе я мог прикоснуться лично, ведь рядом находился живой участник тех событий, человек благодаря которому и стала возможна та Победа – мой дедушка. Поэтому 9 мая я не спешил на парад, относительно недавно созданный Бессмертный полк или другие народные гулянья. Задача на день была одна, встретиться с дедушкой и поздравить его. Это не так просто было сделать. С утра он уходил на парад или на какое-то другое мероприятие, был прием в администрации города, а потом еще другие мероприятия. Частенько дозвониться или прийти к деду для поздравлений можно было только к вечеру.
Дедушка прожил долгую плодотворную жизнь и, оглядываясь на прожитые годы, совершенно ничего не хотел бы изменить в ней. В декабре 2018 года его не стало, и теперь 9 мая для меня стал таким же, как и для всех официально-протокольным. Теперь у меня нет моего личного, родного ветерана. Того кто для меня и был Днем Победы.
Сегодня, в День Победы, я ловлю себя на мысли, что мне как никогда грустно и тоскливо на душе. Видимо, я так и не смог принять для себя новый формат праздника. Не умещается в голове уход целого поколения ПОБЕДИТЕЛЕЙ. А понимание их значимости, даже через 76 лет после Победы, только увеличивается. Резко ощущаешь важность их для своей жизни, как метроном для музыканта, позволяющий не сбиться с пути. Мы с вами свидетели ухода этого поколения ПОБЕДИТЕЛЕЙ. Того поколения, которое считало умереть за Родину не долгом, а прямой обязанностью. Того поколения, отдавшего всё ради жизни своих потомков, нас с вами и на фронте и в тылу. Того поколения, для которых ежедневный риск жизнью стал суровой работой - подъем из траншей под вражеские пули, зная, что идут на верную смерть. Того поколения, готового умереть за свою идею, вступая в партию в 1941 и 1942 годах, когда совершенно не ясен был исход войны, а у немцев с их педантичностью соблюдался приказ «о комиссарах». Того поколения, которое не терпело лжи, обмана и не справедливости, ни у себя ни у других.
Какой будет для нас День Победы, когда уйдет последний ветеран той войны, и как мы его будем тогда праздновать я не знаю. Но я точно знаю, что к этому моменту произойдет серьезное переосмысление. И понимания что Победу сделали обычные советские люди, которые еще недавно были рядом с нами. А если у них получилось, то у нас тем более получится разобраться с нашими проблемами.
Ветераны, люди сделавшие Победу реальностью в сорок пятом году, были рядом с нами, но они почти все ушли – таков закон жизни. И теперь нас ждет День Победы без ветеранов, без символа той самой Победы. А я никогда уже не встречу его вместе со своим дедушкой.
Ребята, берегите себя, цените родных, не растрачивайте свою жизнь попусту, ведь кто-то за нее отдал свою.
Дедков Сергей
Если интересна тема войны - буду рад подписке.
Немного о дореволюционной Пасхе
В. Маковский "Гастроном" (1909)
В дореволюционной России Пасха была самым важным праздником. К ней долго и тщательно готовились, с ней было связано много традиций, и вспоминали о ней с теплотой даже те, кто особой религиозностью не отличался. Сегодняшний предпраздничный пост о том, как отмечали Пасху россияне конца 19 - начала 20 века.
Перед Пасхой следовал строгий сорокадневный пост. В это время полагалось отказаться от пищи животного происхождения (молочные и мясные продукты, а также рыба и яйца), и только в некоторые дни допускались небольшие послабления. А вот на морепродукты, раков запрет не распространялся, потому что они считались «ни рыба, ни мясо». Не проводились балы, маскарады, праздники, иные увеселительные мероприятия, театральные и цирковые представления. Также действовал запрет на интимные отношения, а детей, зачатых во время поста, называли «постниками», и они считались заведомо склонными к всевозможным грехам и даже свершению преступлений. Последняя неделя поста – страстная – была самая строгая. В это время начинались приготовления к самому празднику.
«Пасха справлялась у нас еще торжественнее Рождества. К ней готовились целую неделю. В понедельник, вторник, среду происходила уборка дома: мыли окна, обметали потолки, выносили на двор и выколачивали мебель, ковры, драпировки, и полотеры натирали полы. В четверг начиналась стряпня: заготовляли пасхи, красили яйца, пекли куличи. В субботу вечером все было готово, из кладовой принесены были парадные сервизы и с вечера накрывался стол еще более парадно, чем на Рождество: те же блюда с индейкой, ветчиной, телятиной, но посреди стола возвышалась пасха, на ней были сделаны из цукатов буквы Х.В.; по обе стороны — два кулича; один желтый шафрановый, другой белый, обе верхушки, облитые сахаром, были украшены красными бумажными розами. И гора красных яиц. В парадных комнатах благоухали живые цветы: гиацинты, розы, желтофиоли. Их привозили из садоводства еще с утра. Садовник приносил их в буфетную на деревянном лотке, раскутывал цветы из войлока, из газетной бумаги и высаживал их в наши жардиньерки; в кабинете отца и в столовой они ставились на подоконник в красивых фарфоровых горшках. Затем приносили корзины с цветами с привязанными к ним визитными карточками. Это были подношения к празднику от родных и знакомых матери и сестрам. К 11 часам вечера все наши — мать, сестры, братья и вся прислуга — одевались в нарядные платья и собирались в церковь. Нас, младших, брали к заутрене только после того, как мы говели, то есть восьми лет… Мы просыпались очень поздно, одевались во все чистое и новое и спешили вниз в залу. Этот первый день Пасхи проходил точь-в-точь, как первый день Рождества. Мы смотрели, как старшие принимают визитеров. В проходной комнате стояла огромная корзинка с красными яйцами, из которой мать брала яйца, чтобы раздавать их поздравителям». Так вспоминает праздник в родительском доме Екатерина Андреева-Бальмонт, супруга поэта.
Сходную торжественную картину можно увидеть в «Лете Господнем» Ивана Шмелева. «Великая Суббота, вечер. В доме тихо, все прилегли перед заутренней. Я пробираюсь в зал - посмотреть, что на улице. Народу мало, несут пасхи и куличи в картонках. В зале обои розовые — от солнца, оно заходит. В комнатах — пунцовые лампадки, пасхальные: в Рождество были голубые. Постлали пасхальный ковер в гостиной, с пунцовыми букетами. Сняли серые чехлы с бордовых кресел. На образах веночки из розочек. В зале и в коридорах — новые красные «дорожки». В столовой на окошках — крашеные яйца в корзинах, пунцовые: завтра отец будет христосоваться с народом. В передней — зеленые четверти с вином: подносить. На пуховых подушках, в столовой на диване — чтобы не провалились! — лежат громадные куличи, прикрытые розовой кисейкой, — остывают. Пахнет от них сладким теплом душистым». В обоих описаниях речь идет о праздниках в богатых купеческих семьях в Москве. Самая красивая церковная служба, по воспоминаниям многих современников, проходила в московском кремле. Многие специально приезжали взглянуть на нее из других городов. Незадолго до полуночи в храмах служится полунощница, в 12 начинается пасхальная утреня, и служба переходит в торжественный крестный ход.
Николай Пимоненко "Пасхальная заутреня в Малоросси" (1891)
"К заутрене ездили в Печаное, в маленькую деревянную церковь - к отцу Ионе. Служба была длинная и торжественная. Сочно гудел чудесный украинский хор, состоявший из дивчат и парубков. В двенадцать часов ночи пели «Христос воскресе» и обходили крёстным ходом вокруг церкви. Потом отстаивали раннюю обедню и ехали большой компанией со священником к нам, в «Моцоковку», разговляться. В гостиной уже ждал огромный стол, накрытый скатертью и украшенный гирляндами зелени. Чего-чего на нем только не было! И поросята, и индейки, и гуси, и куры, и медвежий копчёный окорок, и ветчина, запечённая в тесте, и вазы с яйцами всех цветов — от красных и синих до цвета майского жука, серебряных и золотых, и целый холодный осётр на блюде с куском салата во рту, и сырные пасхи — шоколадная, сливочная, лимонная, запечённая ванильная, и кренделя, и торты, и вазы с фруктами, и конфеты, и пирожные. Между всеми этими яствами трогательно поднимали свои головки нежные ранние гиацинты — синие, голубые, розовые, жёлтые. Было шумно и весело. Было много молодёжи". Такой запомнил Пасху в имении родственников Александр Вертинский. Но надо отметить, что на тот момент будущий артист был сиротой и воспитывался в Киеве в доме своей тетки, которая жила намного скромнее и щедростью по отношению к племяннику не отличалась.
Разумеется, далеко не все семьи могли позволить себе такие гастрономические изыски, но все же на столах непременно присутствовали куличи, яйца, творожные пасхи. Если была возможность, готовили жареного или запеченного поросенка. Иногда деньги на покупку продуктов откладывали заранее. Митрополит Вениамин Федченков в книге "На рубеже двух эпох" вспоминает, что мать на Пасху готовила то, что его бедная крестьянская семья не видела в другое время, и однажды это чуть не привело к трагедии. Прямо перед праздником врач поставил отцу неутешительный диагноз и назначил строжайшую диету, и тот очень переживал, что, не попробовав блюд с пасхального стола, он не увидит их еще долго. В итоге он все же не устоял, и это чуть не стоило ему жизни.
В. Г. Перов "Сельский крестный ход на Пасху" (1861)
Помимо традиционного крестного хода были и другие. Священнослужители посещали дома паствы, где также были песнопения, а затем следовало благословение и дома, и его обитателей. В деревнях торжественные процессии следовали просто от дома к дому, а в крупных городах обычно по четко согласованному маршруту. В мемуарах Екатерины Андреевой-Бальмонт описывается встреча иконы Иверской Божьей матери: «в воротах появлялся форейтор верхом на лошади, с горящим факелом в высоко поднятой руке. Он несся вскачь; за ним, впряженная в шестерку, катилась тяжелая карета. Она заворачивала в ворота и сразу останавливалась у нашего подъезда, где все мы, столпившись, ждали ее, мужчины все с непокрытыми головами… Огромная, сияющая золотом и драгоценными каменьями, икона занимает почетное заднее место; на переднем месте, лицом к иконе, сидят батюшка и отец диакон в красных бархатных с золотом облачениях, надетых поверх теплых пальто… Икону ставят в зале на заранее заготовленное для нее место: на низенький диван, покрытый белоснежной скатертью. Люди, несшие ее, с трудом передыхают, все они красные, потные. Икона, должно быть, страшно тяжела. Она вся сплошь покрыта золотой ризой, усыпанной алмазами и жемчугом. И вставлена она в массивный дубовый ящик — раму в медной оправе. Под золотом ризы видны только живописный лик склоненной головы Богоматери и рука ее, придерживающая младенца Христа. К этой руке и прикладываются…Перед диваном с иконой стоит столик, покрытый тоже белой скатертью. На нем — большая фарфоровая миска с водой, к краям ее прикреплены три восковые свечки. Сейчас священник положит на столик привезенные с собой Евангелие и крест, который он вынимает из ящичка. Начинается молебен. Священник и отец диакон поют веселые пасхальные напевы, им подтягивают мои старшие братья… Молебен идет к концу, священник погружает золотой крест в миску, вода стекает с креста в стакан, тут же стоящий на тарелке. После этого мы все, приложившись к кресту, идем к столу и отпиваем по очереди из стакана глоток святой воды… После молебна мы все по очереди подходим к иконе и, кланяясь в землю, на коленях, прикладываемся к тонкой руке Богоматери. Мать прижимается всем лицом к этой руке и долго, не отрываясь, целует ее. Затем она берет из парчового мешочка, висящего с боку иконы, кусочек ваты и благоговейно заворачивает его в чистый носовой платок. В случае болезни кого-нибудь из нас она с молитвой приложит эту ватку к больному месту. После этого икону опять поднимали те же четыре человека и несли с такими же усилиями по всем комнатам дома. В некоторых маленьких комнатах с ней нельзя было повернуться, тогда Петр Иванович вполголоса командовал «Заноси» или «Заворачивай»; люди вносили икону за дверь комнаты и, пятясь, выносили ее. За иконой шел батюшка и кропил святой водой все углы комнат… Перед тем как икону совсем уносили от нас, ее приподнимали повыше и держали наклонно, оставляя пространство, чтобы можно было пройти под ней. Мы всегда ждали этого момента. Было очень интересно, кто как пройдет под иконой. Мать проползала под ней на коленях. Прислуга наша — точно так же, верно, подражая ей. Мы, дети, по-разному — кто проползал на животе, кто пополам согнувшись, кто на карачках. И при этом у всех без исключения были напряженные и взволнованные лица». Сходный эпизод есть и в «Лете Господнем» Шмелева. Если богатые купеческие семьи ждали подобного благословения с нетерпением, то бедные крестьяне часто без особого энтузиазма, потому что во время такого посещения традиционно ожидались пожертвования, а их хотели делать не все. Такое шествие можно увидеть на картине Перова «Крестный ход на Пасху». Иногда с пасхальными славлениями по домам ходили дети, также как зимой с рождественскими калядками. Следующая неделя после Пасхи называлась Светлой. Она обычно была не рабочая. В праздничные дни люди ходили друг к другу в гости, и чем раньше придет визитер, тем большее уважение он выкажет хозяевам. Из-за этого многие старались посетить как можно больше знакомых, заглянув хотя бы на 15-20 минут.
С. Ю. Жуковский "Пасхальный натюрморт" (1915)
Продавцы в этот период не упускали шанс заработать. В начале Великого поста открывался Грибной рынок, на котором продавались продукты для постного стола. В Москве он раскидывался на набережной Москвы-реки от Устьинского до Большого Каменного моста. В основном на нем продавали грибы, овощи, сухофрукты, мед, варенье, а вместе с ними всевозможная кухонная утварь, а иногда даже дешевая мебель.
На вербное воскресенье открывался знаменитый вербный базар, который особенно любили дети. В этот день продавалось много игрушек. Самая популярная – «морской житель» или «чертик». Стеклянная фигурка в колбе, заполненной жидкостью. У писательницы Тэффи есть рассказ "Чертик в баночке. Вербная сказка". "В Вербное воскресенье принесли мне с базара чертика в баночке. Прижимать нужно было тонкую резиновую пленочку, и он танцевал. Смешной чертик. Веселый. Сам синий, язык длинный, красный, а на голом животе зеленые пуговицы. Ударило солнце в стекло, опрозрачнел чертик, засмеялся, заискрился, глазки выпучены". Александр Пастернак в своих воспоминаниях описал другую популярную игрушку - обезьянку: "По прихоти кустаря обезьянке придавался любой образ любого персонажа: чертей и человека. Как маскарадное переодевание не меняет существа человека, так и обезьянка во всех своих метаморфозах оставалась все той же наивной и трогательной кустарной выдумкой; по сути же дела – всего лишь ниткой толстой крестьянской пряжи, броско окрашенной в разные, немыслимой яркости колера, вплетенной в мягкий проволочный каркас. Благодаря мягкости и податливости проволоки, обезьянка в руках детей (и взрослых часто!) могла принимать любое положение, нужное в игре с ней. Пряжу, вплетенную в каркас, подстригали так низко, что создавалось ощущение щетины либо очень жесткой шерсти мохнатого зверька. Круглая мордочка с парой блестящих черных бусинок-глаз казалась „себе на уме“, с хитрецой – но обезьяньего в ней ничего не было; и даже длинный и тонкий хвостик не сближал существо из пряжи с миром обезьян. Впрочем, несоответствие вполне прощалось, с ним легко мирились". Обезьяны были самых разных цветов, часто антропоморфные. Пожарные, матросы, городовые и даже балерины. К Пасхе на прилавках появлялось все больше товаров в праздничной упаковке, выпечки, украшенной буквами ХВ. Правда, некоторые продавцы перед праздником взвинчивали цены на яйца, творог и иные продукты. К Пасхе же были приурочены самые крупные сезонные распродажи, называвшиеся в дореволюционной России дешевками.
И немного фотографий
Пасха на фронте
Император Николай II христосуется с солдатами железнодорожного полка в праздник Пасхи, 1914 год
Приготовление к Пасхе на фронте. 1915-1917 гг.
Освящение куличей, 1917
1917 Раздача куличей и яиц в 9-й роте 9-го Гренадерского полка (Юго-Западный фронт)
И в мирное время:
Пасхальный праздник на опушке леса вблизи Иркутска.
1900-е. Семья Осиповых за пасхальным столом. Муром
Казаки хутора Нижне-Червленого (ныне Страхова) в день Пасхи в казачьем доме Гросоловых.
В красном углу (Пасха). С.А. Лобовиков
Пасха, 1912 год. Офицеры Лейб-Гвардии Казачьего Его Величества полка в столовой офицерского собрания, Санкт-Петербург
Фотографии к посту я взяла тут
Пасха - история праздника в фотографиях
Всех приветствую, данная подборка фотографий посвящена Пасхе в разные периоды истории России.
1. На качелях во время Пасхальной недели
Дата съемки: 1885 - 1899
2. Семья Осиповых за пасхальным столом
Дата съемки: 1900-е
3. Пасхальные гуляния на Марсовом поле
Дата съемки: 1900-е
4. Пасхальный праздник на опушке леса вблизи Иркутска
Дата съемки: 1900-е
На поляне накрыт праздничный стол, приглашен местный фотограф
5. Крестный ход на Пасху
6. Гуляния на Семеновском Плацу в Петербурге
Дата съемки: 1900-е
7. Пасхальные игры в казармах
Дата съемки: 1900-е
8. Женский портрет
Дата съемки: 1909 год
9. Лотошники среди толпы народа, гуляющего в пасхальную неделю
Дата съемки: 1911 год
10. Пасхальные развлечения в команде связи
Дата съемки: 1914 - 1918
11. Командир 267-го пехотного Духовщинского полка Анатолий Калиновский
Дата съемки: 1916 год
12. Первая мировая война. «Красная Пасха» на фронте. Раздача куличей и яиц
Дата съемки: 2 апреля 1917
13. На Красной площади в дни пасхальных праздников
Дата съемки: 5 мая 1918
14. Детская демонстрация
Дата съемки: 1929
15. Комсомольская Пасха
Дата съемки: 1920-е
Дата съемки: 1935 - 1945
Благодарю за внимание!
Если Вам интересны различные подборки ретро-фотографий или исторические посты - можете подписаться.
Один из первых "бейджиков"
На фото пропуск моего прадеда, Николая Агафонова. В то время, действующего студента Можайской авиационной школы. Теперь- Авиационной академии имени Можайского. Здесь он ещё не знает, что в периоде около Первой Мировой Войны положит начало Русской авиации.
Память о предках
Пользователи реддита продолжают делиться крутыми фотографиями своих предков.
"Итальянские солдаты в противогазах, Первая мировая. Фотографировал мой прадед"
"Мой отец на войне в Корее, 1954 год"
"Моя бабушка была моделью в 1950-1960 гг."
"Мой отец с Сидни Кроуфорд и Клаудией Шиффер, 1992 год"
"Мама и папа в 60-е"
"Моя мама и я, Украина, 1990 год"
"Моя бабушка позирует на 66’ Corvette Stingray моего дедушки, 1967 год."
"Мой двоюродный дедушка в армии вместе с Элвисом Пресли, 1958 год".
"Мой дед во время Второй мировой войны. До 60 лет он работал парикмахером"
Рассказы о старом времени от Феофана. Очищение огнем
Продолжаю рассказывать драматическую историю дедушки Антона Палыча.
Значит, мало того что германцы деду Антону на войне три пальца на правой руке отрезали, так теперь из лагеря со сломанным хребтом, на четырех костях приполз обратно в Ленинград.
Начал дед ходить по врачам в надежде вылечить спину и снова стать полноценным членом советского общества. Наказание он отбыл, в глазах закона очистился, а работать с такой спиной не мог. Старшая его дочь Маруся уже училась на врача, и она конечно устраивала ему приёмы у разных докторов. К сожалению, даже такая тактика лечения с повышенной эффективностью не давала результатов – все разводили руками. Рекомендации сводились примерно к одному: тепло, покой, и ждать пока само затянется. Ну а где же в городе обеспечишь лежание на тёплом? Отопление в своём полуподвале было печное, пол холодный. Да и нахлебником-иждивенцем дед существовать не хотел. И он решил ехать обратно в деревню, лежать на печи как доктора сказали, заодно решать вопрос со своим прокормом.
Приехал, сговорился с одним старым соседом (прошло чуть больше десяти лет как они бежали, люди еще помнили), подселился к нему в избу, залёг на печку. Кормят. Он лежит. Ничего не происходит. Сколько можно чужого человека просто так кормить… Давай, говорят, Антон Палыч, приноси пользу. Ты ж кузнец? Будешь в кузне сидеть и командовать мужикам что делать и как, а они ковать будут. Так и поступили. За эту тренерскую работу давали ему продукты, и так он пролежал на печи еще год. Как Илья Муромец, только тощий, горбатый и маленький.
Однажды в соседнюю деревню приехал ветеринар, специалист по лошадям. Деду и говорят: съезди, покажись, что у коня хребет, что у тебя, тем более что ты почти как конь на четырех костях перемещаешься. Ну ок. А лето, днём все на работах, как самому по тряской дороге ехать? Он на лавке сидел-то с трудом с такой спиной, сидеть на тряской телеге не вариант. Ну дед попросил коллег запрячь коня в телегу заранее, потом как время подошло на эту телегу лёг лежмя, и давай лёжа вожжи дёргать. Конь-то не автомобиль, сам понимает куда ехать, только направь. Доехали. Наше семейное предание гласит, что тот коновал деду вкатил какой-то конский укол, сказал что станет лучше, и велел приезжать через несколько дней. И что вы думаете – стало лучше! Так, за несколько сеансов, поставил тот специалист деда на ноги. Спина, конечно, так и осталась с горбом, но общий функционал восстановился.
С этой поры стал дед снова ковать сам. Работал уже за деньги, дали ему в деревне дом, стали звать не уезжать. Тут началось трёхлетнее противостояние бабки и деда. Он её зовет с детьми в деревню, а она его зовет к детям в Ленинград. Три года длился переговорный процесс. Сошлись типично мужская и типично женская позиции. Дед в нормальном доме, на природе, при работе и уважении общества, что еще нужно? Бабка с детьми в полуподвале, зато дети по школам и курсам устроены, а какое у них в деревне будущее? Победила бабушка. Выше фото "Возвращение блудного мужа". Все снова вместе и радуются.
Дедушка вернулся в Ленинград, официально устроился на фабрику на проспекте Огородникова. Работал за деньги, снова жили хорошо.
Целых два года жили хорошо, потому что это был 1939 год.
После начала войны положение ленинградцев ухудшилось очень быстро. Стремительно. 21 июня где-то на рубежах страны упали первые бомбы, а 8 сентября Ленинград уже оказался в полной блокаде. Той же осенью отключили электричество.
Папа говорил, что отопление батареями было только в центре города, а у них на тогдашней окраине, в конце Садовой улицы, никаких батарей и в помине ни у кого не было. Небольшие котельные были у каждого приличного завода, а в жилых многоэтажных домах повсюду были печи. В углу каждой комнаты – печка. Во дворах, соответственно, стояли сараи и конюшни. К сороковым годам лошади уже начинали быть неактуальны, поэтому бывшие конюшни также становились сараями. В тех сараях хранили дрова. Чтобы протопить большую печь, нужны дрова, и чтобы приготовить еду, нужно было на кухне топить плиту – тоже дровами.
Дымоходы в тогдашних домах были проложены сверху донизу, именно поэтому когда дедушка ремонтировал полуподвал, он «подключился» к штатным дымоходам без проблем. Печки сложил сам, небольшие, по самому экономичному варианту. Тем не менее, задача пополнения дровяного запаса стояла постоянно. Решали как могли. Например, дедушка зимой 1940/41 подрядился перестелить пол в одном из помещений на фабрике, а за работу согласился взять старые половые доски. Половая доска – вещь! Толстая, тяжелая, сухая. Весной 1941 привез кучу этих досок во двор, за лето распилили и заложили в сарай. Если бы не эти доски, неизвестно, чем бы блокадная история моей семьи закончилась. Папа с большой теплотой вспоминал эти доски, и всегда обязательно рассказывал про них.
Так вот, 8 сентября 1941 года в Ленинграде крепко пахло дымом. Кольцо блокады в этот день замкнулось, и во все учреждения поступил приказ жечь документы. И у дедушки на фабрике на Огородникова жгли. И в Большом Доме на литейном тоже жгли. И больше никогда не припоминали ни дедушке, ни членам его семьи историю с раскулачиванием, судом и лагерем.
Видимо, сгорела эта история огнём в тот тревожный день.
Рассказы о старом времени от Феофана. Цена ленинградской прописки
Рассказ второй, "Цена прописки".
Дед Антон поехал в город Великие Луки к сестре Ирине. Она из деревни вышла замуж за городского, что считалось очень удачной партией. В Великих Луках была станция железной дороги. Оттуда дед выехал на поезде в Ленинград на разведку, а семье велел ехать вслед за ним через две недели. В Ленинграде жил его дядя, родственник конечно, но человек прямо скажем не очень родной. Тем не менее, дядя дал согласие приютить беженцев на время.
Папе было шесть лет, но он хорошо помнит, как по темноте, по снегу, мама и он с двумя сёстрами шли к соседу на другой хутор полтора километра. Как его мама велела ему ступать в её следы, чтобы было легче. Сосед по уговору взял в колхозе коня (своей скотины уже ни у кого не было) и вез их тайком ночью тридцать километров в Великие Луки к той же тёте Ирише. Там остановились на день или два, потом сели на поезд. За плечами у каждого - узелок. Когда приехали в Ленинград и стали жить у дяди в комнате, не было ничего - спали на полу, подстилали под себя пальтишки, а чем укрывались сверху, папа не помнит.
Дядя жил на тогдашней окраине, в двух остановках за площадью Александра Невского. В двухэтажном деревянном доме занимали они с женой одну комнату. И он пустил всех наших, пять человек, в эту комнату. И у него прожили они два года. 1930 + 2 = 1932. В той половине дома было еще двое отдельных жильцов, и никто за все время в незваных поселенцев не ткнул пальцем, не сказал плохого слова и тем более не сдал «куда следует» – вот как жили люди в Ленинграде в тридцатые годы. А наверное и не только в Ленинграде.
ДокУменты были вот такие. Никаких паспортов, только помоечного вида бумажонки, где со слов (так как бравые революционеры пожгли все церковно-приходские книги) записывали как зовут и когда родился. В этой бумажонке записано что дед Антон родился в 1895 году. То есть в 1932 году он, почти сорокалетний мужчина, из документов имел только вот этот клочок. Он ему заменял паспорт, загранпаспорт, водительское удостоверение, СНИЛС, ИНН, трудовую книжку, различные свидетельства о собственности и всё остальное что у нас сейчас копится к 40 годам.
Примерно такой же докУмент выправила себе в 1933 и дедова жена, баба Лена
Только баба Лена решила обыграть всех в наперстки, черт его знает зачем, и омолодилась. Записывали-то со слов. Обыграла, точно. Потом в войну горбатилась на постройке земляных укреплений (старше 50 лет не призывали на это дело, а ей по документам еще не было пятидесяти), а еще потом на пенсию вышла не когда могла бы, а когда в бумагах написано. Никто уже не помнит, сколько она себе лет скостила, вроде бы больше пяти но меньше десяти. Поэтому лично я цинично ухмыляюсь, когда в новостях показывают очередного стодесятилетнего долгожителя - знаем мы, как молодая советская власть первичные документы оформляла. А эта справка конкретная - вообще документ эпохи, она с секретом, я в свое время расскажу подробно куда смотреть и почему так получилось.
Вот иллюстрации эпохи, до кучи. Это мой шестилетний папа перед школой, 1930, во дворе дома на Садовой 125. На заднем фоне дровяной сарай.
А это он с сестрами в этот же период. Надо понимать, что раз были деньги на фотографии, то кулак в бегах дед Антон мог своим трудом заработать не только на корочку хлеба.
Тем временем дедушка нашел на Садовой, в доме №125, один ничейный полуподвал. Договорился с ЖЭКом (или как это называлось в те годы), и начал в нем делать ремонт. Когда закончил, наконец семья смогла переехать в своё собственное жилище в Ленинграде. Наверное, в этот день они и стали ленинградцами. И жили в том подвале все вместе счастливо. Целых полгода.
Потому что есть нюансы. После вселения в то помещение, дед направился оформить официальную прописку, ведь жить где-либо можно было только по разрешению властей. Папа тогда был в возрасте первоклассника, он в подробностях не может рассказать тонкостей тогдашнего официального делопроизводства, только в общих чертах: документов не было никаких (паспорта стали выдавать позже), и работал дедушка все это время в артелях частным образом. Выражаясь современным языком, дедушка «был в тени».
Прописавшись по адресу, дедушка из тени вышел, тут и попался. Из деревни Бочкино за ним числилось обвинение в эксплуатации наёмного труда, от которого он и бежал в Ленинград. Снова в двери постучались люди из Органов, и теперь уже дедушку на суд доставили. Но всё равно, то что он бежал, сильно помогло. В сельской местности по таким обвинениям присуждали ссылку в Сибирь и дальше, а в промышленных городах не придавали такого большого веса этой статье кодекса. Да и год на дворе стоял, слава богу, пока что тридцать третий, а не тридцать седьмой. Поэтому городской суд назначил всего-то отправить Антона Павловича на торфоразработки в Ленинградскую область сроком на один год.
Поскольку дедушка был кузнецом, то в ссылке жил относительно хорошо: мастера по металлу ценились, имели свободу передвижения и свободный график работы. Он ходил по делянкам, носил с собой маленькую наковаленку и набор инструментов, точил и правил орудия труда ссыльных.
Но вскоре произошла беда. Есть две версии: несчастный случай и ссора с уголовными. Теперь правды уже не узнать, но дедушке сломали спину. По «официальной» семейной версии, в тот злосчастный день был сильный ветер. Дедушка развернул свою рабочую базу в укрытии за штабелями сырого торфа, составленного на просушку, и как-то один штабель завалился, и прямо на него. Спина оказалась сломана так, что он первое время оказался способен только лежать. Ни сидеть, ни стоять не мог.
Из лагеря его списали, и он пришел домой, похожий на букву «Г» опираясь двумя руками на палочку. Тут началось самое трудное время: на бабушке оказалось трое человек детей и лежачий муж. Помогало то, что с работы в столовой она каждый вечер приносила большую кастрюлю каши. Это у поваров называлось «чистить котлы». Папа с большой теплотой вспоминает ту кашу: вечером все наедались вдоволь, и еще оставалось на утро. Плюс продуктовые карточки. С кашей и карточками можно было как-то жить.
Что делает на этом месте истории дед Антон? Чтобы не быть обузой семье, он уезжает в деревню, на самостоятельный прокорм. Перед законом чист, наказание отбыл, в сыром полуподвале спину не вылечить. Выход очевиден!
Пользователи реддита делятся крутыми фотографиями своих предков
"Мой отец (слева), которого постоянно путали с Марком Хэмиллом (Люком Скайуокером), Чили, 1977 год.
"Мой дедушка, 1940-е."
"Мой папа, дядя и их друзья как оригинальный каст в "Очень странные дела", 1980-е."
"Мой дедушка (слева) рядом с Джоном Кеннеди во время его президентской кампании, 1960 год"
"Моя мама, СССР, 1983 год, хотя по фото больше похоже на конец 50-х."
"Мой папа был поп-звездой в Аргентине. На фото он с Эллой Фицджеральд."
"Моя бабушка компьютерный инженер, СССР."
"Моя румынская бабушка со Снуп Доггом (1999)"
"Моя мама (18/19 лет) в Украине с парашютом на спине, готовится сделать свой первый прыжок."
Поздравил с пасхой отшельника в заброшенной деревне
3 пост об одиноком дедушке отшельнике.
В декабре 2019 года я узнал что в заброшенной деревне Интер Матвеевского района живет одинокий дедушка, последний житель исчезнувшей деревни. В первый же выходной я отправился к отшельнику в гости. После встречи с ним я был поражен и удивлен стойкости духа одинокого человека! Даже не представляю, как можно жить одному и быть счастливым? После размещения видео об этом дедушке в своём инстаграм, неравнодушные люди со всей страны перечислили для дедушки более 30 тысяч рублей! На эти деньги мы купили очень много продуктов и подарков. И поздравили его перед самым новым годом. Прощаясь мы договорились встретиться с ним на Пасху.
Я сдержал свое слово и съездил к дедушке в гости, что бы поздравить его с этим великим праздником!
Видео о поездке:
Первые два фильма вы можете посмотреть по ссылкам:
Всем здоровья и добра!
Фото из семейных архивов
«Мой папа и его крыса Смоки в 1994 году»
«Во время землетрясения в Лос-Анджелесе папа спас мою маму и этого грызуна. Смоки — причина, по которой я обожаю крыс».
«Фото рок-группы, в которой пел мой отец (он посередине). Снимок сделан незадолго до моего рождения (конец 80-х)»
«Мой дед в 1950–1960-е годы выглядел не хуже современных корейских поп-звезд»
«Моя бабушка в 1951 году. Хэллоуин до сих пор ее самый любимый праздник»
«Моя самая любимая родительская фотография, сделанная в Канаде в 1975 году. Их всегда сравнивали с Брюсом Ли и принцессой Дианой»
«Мои хипповые родители в день свой свадьбы в 1988 году»
«Эпичное фото усов моего прапрапрадедушки. 1845 год»
«А это мой отец, авиационный техник, работает с двумя жесткими дисками по 500 Кбайт каждый. 1978 год»
«Моя бабушка недавно показала мне это фото. На нем она в день своей свадьбы в 1970 году»
«Бабушка с дедушкой в 1970 и в 2014 году»
«Мой отец — бывший специалист по криминалистике. Здесь он прыгает через стену патио во время работы на месте преступления в 1999 году в Анахайме, штат Калифорния»
«Мои родители, когда им было по 16–17 лет (1987 год). Они вместе уже 34 года!»
«Я недавно начал интересоваться своей родословной, и моя мама подарила мне настоящее сокровище. На фото мой юный модный дедуля собирается в школу (примерно 1950 год, Найнитал, Индия)»
«Мой прапрапрадедушка-оленевод из норвежского города Каутокейно, 1883 год. Он считался настоящим красавцем (жаль, что я не унаследовал его черты)»
«Мой прапрадедушка выгуливает аллигатора. 1920 год»
40 000 лет
Недавно наткнулся на эти рисунки, найдены в пещерах Эль-Кастильо и на острове Сулавеси.
Знаете, сколько им лет? Больше 40 000. Одни из самых давних сохранившихся рисунков человека разумного. Да, я учился в школе и читал про наскальную живопись, но в 11-12 лет на это как-то по барабану.
А сейчас как-то проняло. 40 000 лет назад человек родился, вырос, подошёл к скале, приложил свою ладонь к этому самому месту и обрызгал сверху примитивной краской - просто, чтобы оставить после себя след, - прожил жизнь, умер, прошло 40 000 лет и люди нашли след его ладони.
Хочется приложить свою ладонь сверху.
Про Дедов
Мой дед - Илья Давыдович, 1907 года рождения. Я его не застал: он умер в марте 79-го, а я родился в октябре того же года. Все что знаю - это из рассказов бабушки Серафимы Ивановны и мамы.
На войну дед попал в августе 41-го года, из его рассказа следовало, что когда требовались добровольцы в саперы он рассудил, что "двум смертям не бывать, а одной не миновать" и вышел из строя. Так и служил сапером до конца войны. Самый первый бой был у него под Ельней про него он матери говорил: была артподготовка немцев и было так страшно, что он взрослый мужик плакал и не мог пошевелиться сидел в окопе и казалось что от взрывов все вокруг летало в воздухе, а вот потом, когда пошли танки и пехота стало легче. Там же, под Ельней, отправили его в штаб посыльным, он дошел(там не далеко было) отдал донесение и пошел обратно, и только он отошел на пару сотен шагов, как налетели самолеты и от того штаба и всего, что было на поляне не осталось вообще ничего - все было перепахано.
Потом он попал под Москву. Следующим был Сталинград. Уже после войны, когда он ездил в Волгоград в госпиталь ветеранов, то нашел свой окоп, в котором они встречали танки на Солдатском поле, ночевал в нем, когда ехал домой на попутках.
Потом был по Воронежем, Харьковом. В Польше. И заканчивал он войну в Праге, 9-го мая, где и получил единственное за всю войну ранение. Высунулся из-за подбитого танка, а ему то ли пулей, то ли осколком оторвало кончик носа, но не до конца, болтался он на коже. И он в медсанчасти уговорил хирурга пришить ему то что осталось обратно, подарив ему трофейный "вальтер".
Но и мать и бабушка обе говорили, что он не любил про войну рассказывать именно про бои, а вот про быт: про то как он сапоги чинил, как спал три ночи в стрелковой ячейке по пояс в воде в октябре месяце, как через Днепр плыли в ледяной воде и шинель его, инвалидка, как он ее называл, как она ему мешалась, как встречали их в Польше (мать говорила, что он до конца жизни с презрением плевал - "Пшеки, чёртовы") и Чехословакии - еды в городе не было, они из медсанчасти отправлялись раздавать хлеб и кормить из котлов жителей, а чехи несли зеленую кашицу - лук толченый угощали наших солдат.
Второго деда, Степана Федоровича 1926 года рождения, я застал живым, но он попал на войну в 45-году, шифровальщиком в штаб корпуса, и, практически сразу, их погрузили в эшелоны и отправили на Дальний Восток, про войну не говорил ничего - у него была подписка на всю жизнь о неразглашении. После войны охранял японских военнопленных в Джезказгане. Там и выучил японский и казахский языки, на которые, уже перед самой смертью, забываясь, переходил в разговоре.
Вечная Слава и Вечная Память! Всем воевавшим и трудившимся в тылу!
Спасибо Вам - только благодаря Вам, мы живём!
Жизнь и смерть наемника Лермонта
На запад, на запад помчался бы я,
Где цветут моих предков поля.
Где в замке пустом, на туманных горах,
Их забвенный покоится прах.
М.Ю. Лермонтов, "Желание".
Общеизвестно, что предки поэта Михаила Юрьевича Лермонтова - шотландские дворяне Лермонты. Род ведет свою историю с 11 века и сейчас родственников русского поэта можно легко найти в списке равнинных кланов Шотландии.
Как ни странно, шотландский род Лермонтов основал рыцарь франкского происхождения. Его звали Люирье (Luyrieux) или, на английский манер, Лир (Leure).
Вассал короля Англии Эдуарда Исповедника, он присоединился к войску шотландского принца Малкольма (будущего короля Малкольма III Кэнмора) когда тот вел войну c предыдущим королем Шотландии, Макбетом.
В 1057 году, после гибели Макбета, Малкольм наградил Люирье землями на правом берегу реки Туид.
Можно предположить, что фамилия Learmonth, а изначально — Leuremue (Leuremuere, Luiremuere), это результат сращивания имени Leure и слова mue (mutha, mouth), то есть «устье». Получилось, в переводе на русский, «Лир из Устья», поскольку именно в устье реки Туид и лежали владения первых Лермонтов.
В XV — начале XVII века род Лермонтов разделился на две основные ветви — Лермонтов из Дерси и Лермонтов из Балкоми. В каждом из этих мест они владели собственным замком.
В первой половине XVII века выходец из Дерсийских Лермонтов Джордж Лермонт отправился за границу, чтобы добыть себе богатство и славу с помощью оружия. Так поступали многие из его ровесников.
Он поступил на военную службу сначала в шведскую армию, а затем – в польскую, с которой и пересек русские рубежи в разгар Смутного времени.
Джордж Лермонт служил в рейтарах — конных наемных войсках, которые иногда еще называют «черными всадниками».
Как и любой другой рейтар, он носил доспехи и вооружался длинноствольными пистолетами — минимум двумя, хотя есть сведения и о пяти пистолетах у одного всадника.
Каждый такой пистолет мог достигать метровой длины, ибо предназначался для прострела доспехов.
Времена таранного удара копьем, столь любимого рыцарями прошлого, уходили. На арену выходили пистолеты. Теперь главной задачей рейтар в бою стал именно расстрел пехоты, преимущественно в упор и одновременно всем подразделением.
В ходе осады крепости Белая больше полусотни шотландцев и ирландцев перешли на сторону русских, в том числе и Джордж. Он принял новое имя – Юрий Андреевич Лермонт. (Отчество он себе взял, вероятно, в честь покровителя Шотландии апостола Андрея.)
Царь Михаил Федорович дарит его 8-ю деревнями и пустошами в Галицком уезде, в Заблоцкой волости. По указу царя, Лермонту было велено обучать «рейтарскому строю новокрещенных немцев старого и нового выезда, равно и татар». В 1633 году, будучи в чине ротмистра, погибнет при отражении атаки польских войск.
У Юрия Андреевича было три сына: Вилим (Вильям), Петр и Андрей. Только средний оставил потомство. Этот Петр Юрьевич был в 1656 году, указом царя Алексея Михайловича, сделан воеводою Саранска, да велено было ведать «по черте» иные города и пригородки. У него опять был сын Евтихий или Юрий, что одно и то же. Во-первых, на Руси двойственность имени не была редкостью, а во-вторых, дети Евтихия называются в родословной Юрьевичами. Этот Евтихий или Юрий был в 1679 году царем Федором Алексеевичем пожалован стряпчим, а в 1682 году стольником и эту должность исправлял еще в 1692 и 1703 годах. Затем мало-помалу род захудал, хотя иногда мы встречаемся с представителями этой фамилии в различных исторических актах.
Поэт наш был последним представителем старшей линии и происходил от Лермонта, «выходца из Шкотской земли», в восьмом колене.
Что-то внутри нас. Мои деды и бабушки.
Мне повезло, я застал дедов и бабушек, я проводил у них выходные, проводил каникулы, смотрел на их нехитрый уклад жизни, просыпался у тёплой русской печи, валялся на сеновале и мечтал, смотря на небо, помогал по хозяйству, управляясь со скотиной и в огородах. Все было само собой, запросто, свои обязанности, свои дела. Мне никто не приказывал, не тыкал пальцем, все было от души и от желания помочь. Косить траву и грести сено, копать картошку, ставить с дедом капканы , обходя на широких лыжах местные леса ,и сети , работал с дедами молотком и напильником, помогал бабулям месить тесто для расстегаев и ватрушек, помогал шить шапки и рукавицы.
Бабушка Стеша .В мире не встречал добрее человека. Хозяюшка , умница. Тёплые руки и доброе сердце. Чаще бывал у нее на выходных.Любил там бывать. Потому, что просыпался от запаха блинов, потому, что слышал треск дров в русской печи и доставал оттуда деревянной лопатой калачи и ватрушки, булочки и рыбные пироги, потому, что для меня под подушкой с утра лежала маленькая шоколадка или конфета, потому что ездили вместе за лесной клубникой и варили вместе варенье, потому что солили вместе огурцы и помидоры и с детства знал сколько на литр кипятка положить соли, сахара и уксуса. От неё я потерял страх перед приготовлением пищи, легко это получается и мои дети говорят, что папа готовит вкуснее всех. Мне приятно это слышать и приятно стоять на кухне возле плиты, что-то придумывать и «ворожить», как когда-то бабушка Стеша.
Дед Коля.Инвалид и ветеран ВОВ. Золотые руки , все на своём месте. Слесарь в полном смысле этого слова. С ним делали кормушки и клетки для птиц, скворечники, делали из жести горбовики и совки для сбора ягод. Столько инструмента я ни у кого не видел, все по полочкам, идеальный порядок в ящиках. Рогатки, самострелы, арбалеты, дротики, пугачи, метание ножей. Дед для мишеней давал пустые консервные банки или делал из фанеры макет человека. Раз увидел, что целюсь из рогатки в воробья. Задница горела дня три! Это был единственный раз, когда дед меня наказал.На выходных ездили с ним часто на рыбалку на озеро на мотоцикле "Урал". Сидели на берегу, смотрели как всходит солнце, таскали из озера жирных ,золотистых карасей , полосатых окуней и усатых пескарей, купались и варили уху.Всегда мальцом пытал деда:-Деда, расскажи про войну, а..Дед молча набивал трубку табаком из кисета, закуривал, смотрел на гладь воды.-Не хочу про нее рассказывать , ничего хорошего нет на войне.Я не унимался.-Деда, у тебя же столько медалей. Ты же герой?Дед усмехался.-Не больше, чем остальные. Тогда почти все были героями, кто-то в тылу работал, кто-то в окопах стоял по колено в воде сутками. --Деда, а где твои пальцы на ногах?-Гитлер откусил. -и переводил сразу же разговор,- У тебя давно поклевки не было. Посмотри -ка червя на крючке, не утащили его, пока ты болтаешь. А еще мы с дедом ездили за белыми грибами и подосиновиками. И привозили их мешками. Бабушка потом их резала и сушила.У деда было хобби. Он брал обычные столовые ножи , стачивал металлические рукояти и делал новые,наборные, из дерева, кожи, бересты. И у всей родни были на кухне ножи от деда Коли. Деда нет уже очень , а ножи до сих пор у родственников. И с горбовиками его до сих пор ходим в лес.
Дед Юра.Дед был охотником и рыбаком. Веселый, выносливый, домовитый. Добытчик и балагур. Он учил ставить капканы на лис и ондатру, петли на зайца, учил управлять лодкой и ставить сети , стрелять из ружья . Всегда учил: "Бери у природу в меру всегда. Зачем тебе мешок рыбы? Продать? Это уже жадность. Налови ведро-и хватит, снимай сеть. Тебе этого хватит, и родню угостить хватит".Вечерами дед выделывал шкурки, снимал мездру, мял сильными руками. Ушел дед рано, мне 12 лет было.
Бабушка Маша.Немногословная, конкретная и строгая. Сказала-отрезала. Огромный огород,все по уму, ни одного сорняка, тропки опилками посыпаны, малина ,как по линейке посажена-подвязана, 2 теплицы с красными большими, с мужской кулак, помидорами. И очень много ее любимых георгинов, сортов 50, и гладиолусов. Бабушка шила. Шила всей родне рубахи-платья-юбки. А зарабатывала на пенсии тем, что шила шапки. Из шкур, которые дед выделывал. И продавала на рынке шапки в те далекие советские времена, когда в магазинах были только шапки из кролика. После института я устроился на работу, но не знал чем себя занять вечерами и в выходные. И я решил пойти к бабуле в ученики. Скорняжил, учился шить. Было интересно с бабушкой, интересно было наблюдать как она меня учит шить на стареньком "Зингере", показывает как раскроить и сметать, как приклеить клеевую, как вшить "молнию". Несколько лет подряд шил себе куртки и толстовки, а брату дарил в его День рождения брюки, которые шил сам для него.
Я не пою себе оды, поверьте, не о том я. Просто с годами появилось уверенность в том, что многому в жизни я научился в пору детства и юности, не думая, что это мне в будущем пригодиться.И за многие вещи я берусь и не боюсь. Потому, что видел это у своих стариков, видел и учился у них вести быт, работать и отдыхать. Хотя, какой отдых в деревнях? Грибы, рыбалка, охота, да ягоды. По сути, тот же труд. Я так и отдыхаю, да с рюкзаком по горам-долам бегаю.
Работаю, как они. Как учили. Заезжаю к ним на могилки, вспоминаю и скучаю очень. И передаю уже своим детям то, что подчерпнул у них. Круговорот добрых дел и интересов ,получается. Что-то внутри нас теплое и доброе, чем хочется делиться. Родительский день скоро. Поеду на свою родину, попроведую их могилки, приберусь, оградки покрашу.