Экспедиция КП в Неман: Как замок Рагнит армянский слон разрушил

Без малого полторы сотни километров позади, и вот мы в Немане. Главная дорога в бывший Рагнит пролегает через Советск. И после Советска Неман производит не самое радостное впечатление. Контраст разительный: если в Советске центр города заполнен автомобилями и жизнь бурлит, то в Немане тихо, пыльно и скучно. Если центр Советска сверкает свежеокрашенными фасадами домов, то в Немане подавляющее большинство зданий - а встречаются подчас очень интересные образчики немецкой архитектуры - уже давно просят ремонта. Причем, некоторые из них и вовсе превратились в руины.

Самая выдающаяся руина - замок Рагнит. Его построили тевтонские рыцари в незапамятные времена - в конце XIII века - на месте деревянной прусской крепости Раганиты. Замок возвели, чтобы охранять территорию Ордена от набегов недружественных литовцев и жемайтов. Несколько раз крепость перестраивалась, а свой сохранившийся (более-менее сохранившийся) облик приобрела ближе к XV веку, когда у руля Ордена стоял великий магистр Винрих фон Книпроде. Наиболее великий из всех великих магистров. При котором орден значительно увеличил свои территории и упрочил экономическое положение, став одним их самых богатых государств в Европе.

Новый замок Рагнит возводили долго. Как сообщает калининградский ученый Анатолий Бахтин, к строительству подготовились очень тщательно. Построили мастерские и склады, жилье для прибывших из разных земель каменщиков, плотников и прочих работников. «В 1403 году здесь работали мастера из Данцига, Эльбинга, Бранденбурга, Грауденца, Торна, Кульма, Мариенбурга, Бальги и даже Померании», - пишет Бахтин в книге «Замки и укрепления Немецкого ордена в северной части Восточной Пруссии». Стройматериалы тоже везли из разных уголков: деревья из богатых лесами восточных районов Пруссии, доски из Кенигсберга, известь из Данцига, нынешнего Гданьска, кирпичи изготавливались на месте. Всего в работах было задействовано около 1200 строителей. Словом, стройка была масштабной. Ничего вам это не напоминает? По мне, так явственная аналогия с нашими временами, когда для строительства Балтийской атомной электростанции в Неманском районе, недалеко от замка, собираются и целый городок возвести и специалистов со всей страны пригласить.

В 1409 году замок был готов и освящен в присутствии великого магистра Ульриха фон Юнгингена, павшего год спустя в битве при Грюнвальде. (Кстати, точно такой же замок крестоносцы построили на берегу Вислы и назвали его Мёве. Только в отличие от неманского замок в польском Гневе стоит целехоньким до сих пор). Потеряв постепенно свое оборонительное значение, в начале XIX века замок превратился в тюрьму. Его значительно перестроили, поменяв «внутреннюю начинку» и прорубив новые окна. Разве что часовая башня - последний след крепостных стен, давным-давно разобранных - сохранилась в первоначальном виде. При этом к 1945 году замок был хоть и перестроенным, но практически целым. А потом мало-помалу Рагнит превратился в развалины. И не в последнюю очередь благодаря… советским кинематографистам.

По улицам слона возили

Стоит сегодня огромный, изгрызенный временем квадрат из красного кирпича в окружении невзрачных домов. По древним стенам бегут серые водопроводные трубы, спуск к реке зарос бурьяном и завален мусором. Чуть поодаль - высоченная часовая башня. Конечно, без часов, но с рухнувшей крышей. Еще дальше, по направлению к реке, - словно одинокий перст, над деревьями торчит труба некогда знаменитого Неманского целлюлозно-бумажного комбината. Труба не дымит, потому что судьба ЦБК очень схожа с судьбой замка - медленная мучительная смерть. Сегодня на некогда богатом предприятии и флагмане индустрии работает одна бумагоделательная машина.

- Да никому здесь ничего не надо! - говорит Анатолий, мужчина средних лет с короткой стрижкой. - Говорили, что будут восстанавливать, но где там?! Видите, замок разрушается, мусора вокруг становится все больше. Немцы башню вон ту часовую восстановили, так местная алкашня снова крышу разрушила. Ничего людям не надо!

- И в советские годы так было?

- Да точно так же. Снимали тут фильм как-то. Заложили мины и взорвали помещения внутри замка. Руина она и есть руина…

На скамеечке возле южной стены замка сидят четыре бабушки. Приехали в Неман в 50-х годах, работали кто в местном совхозе, кто на целлюлозно-бумажном комбинате, кто в потребкооперативе. Помнят замок еще более-менее целым.

- Да, любили тут фильмы снимать, - рассказывает Вера Архиповна Чаркова. - В одной ленте даже Юрий Никулин снимался. Вот тогда от взрыва две стены и повалили. Как он, Тамара, «Отец солдата» называется?

- Да вроде так, - отвечает ее подруга.

На самом деле Рагнит стал местом действия киноленты Алексея Германа «Двадцать дней без войны» с Юрием Никулиным в главной роли. Она снималась в 1976 году. Киношники с немецкими культурными ценностями не церемонились и внесли весомый вклад в разрушение замка.

То, что не смогли сделать саперы, через год довершил самый настоящий африканский слон. Его привезли в Неман для съемок армянской киноленты «Солдат и слон». Сюжет ее основан на реальных событиях, которые якобы происходили в этих самых местах. В ходе боев на территории Германии красноармейцы наткнулись на… слона. Советскому солдату Арменаку приказано доставить животное в Ереванский зоопарк. И вот они Армениак со слоном отправляются в дальний путь… В том числе через замок Рагнит.

- Что вы! Тут такой переполох был, весь город прибегал смотреть. Для этого слона даже специальную железную дорогу сделали, чтобы его к замку привезти, - вспоминает Вера Архиповна.

И АЭС, и культура

Дальнейшая судьба замка туманна, как берег Немана ранним осенним утром. В 2010 году Рагнит, как и десятки немецких культовых сооружений, был передан в собственность Русской православной церкви. Власти Немана говорят, что теперь это не их зона ответственности, хотя еще пару лет назад были идеи восстановления тевтонской твердыни. И даже проекты (похожая ситуация, кстати, сложилась и вокруг в занчительной степени сохранившегося замка Нойхаузен в Гурьевске). Представители РПЦ планов насчет Рагнита пока не афишируют. В обнародованный недавно список тевтонских объектов РПЦ, которые попали в Федеральную целевую программу «Культура России на 2012-2018 годы» и на реставрацию которых будет выделено 10-миллионное финансирование, замок в Немане, увы, не попал.

Остается надежда разве что на российских атомщиков, которые возводят в Неманском районе Балтийскую АЭС. Что мешает договориться с РПЦ и взяться за восстановление культурного объекта? Родина такого подвига не забудет. Тем более что атомщики уже не раз обещали, что превратят район в конфетку - и работой местных жителей обеспечат (сейчас с работой в Немане положение дел не очень), и с бюджетом помогут, и с инфраструктурой. Пока, к сожалению, конфетки не получается, но времени до ввода в эксплуатацию первого энергоблока АЭС еще есть - целых четыре года.

- Хорошо, если дороги новые будут строить, - говорит пенсионерка Чаркова, - а то старые-то поразбивали своими самосвалами. И с ремонтом домов бы помогли. А то у меня вон в доме трещина уже восемь лет и никто не хочет ремонтировать. Не раз к властям обращалась - бесполезно! Маячки поставили в 2004-м и все - замерло все вокруг. Ждут, наверное, пока дом развалится как замок этот.

Здесь рыбы нет!

Замок - это, конечно, главная достопримечательность Немана. Но есть еще. Например, элегантный господский дом в поселке Мичуринский. Он отошел в частные руки и его вроде бы начали реставрировать. Или остатки кирхи. Или памятник Певой мировой войны с интересным барельефом. Да и здания в центре города подчас цепляют взор.

А в окрестностях райцентра - природные красоты на пять баллов. Приехать в Неман и не увидеть Неман (я имею в виду не город и не замок, а реку) было бы большим упущением. Чтобы посмотреть на великую реку, мы отправились еще дальше на северо-восток от города - в поселок с красноречивым названием Неманское. В настоящую глушь, которую, вероятно, очень ценят контрабандисты, переправляющие на литовскую территорию тюки с калининградскими сигаретами. По высокому мосту пересекли приток Немана Шешупе (рядом с новым - остатки старого, немецкого, с очень колоритными гранитными «быками»), въехали в чащу. «Охотничья усадьба Оленьи врата», увидели табличку. Дальше - еще один охотничий дом. Дичи здесь, надо думать, с избытком.

Наконец, добрались до Неманского. Контрабандистов не застали. По заросшей травой грунтовке подъехали к самому берегу реки. С невысокого холма открылся потрясающий вид на Неман. За ней - территория Евросоюза. Легкая волна, в прозрачной воде снуют мальки, ветер качает траву на небольшом островке возле берега. И - ни души.

А потом появился он, местный егерь. На стареньком зеленом «Фольсксвагене».

- А здесь рыбы нет, - пояснил мужчина в белой кепке. Дядя Сережа его зовут. - Весь берег уже объехал, не клюет.

Дядя Сережа 30 лет отработал на кирпичном заводе, который стоял прямо на берегу реки, и от которого сегодня осталась только живописная труба.

- А тут ловить-то можно? - спрашиваю. - Все-таки погранзона. Берега НАТО в двух шагах.

- А что ж не ловить-то, лови.

- А если искупаться?

- Да, пожалуйста. Только за фарватер не заплывай. Погранцы этого не любят.

«Тут бы санаторий поставить! - подумал я. - Местный Друскининкай получился бы. Туристы бы выходили из соляной бани и - бултых в Неман. Поплыли бы - до фарватера и обратно. Потом рыбку бы поудили - тут ведь и щуки громадные водятся, и сомы, размером с кабана. На охоту бы сходили с егерем дядей Сережей. За кабанами. Потом на кирпичный заводик - именной кирпичик сделать с отпечатком ладони. Потом - в автобус и - через Шешупе - в Неман на экскурсию. А там замок стоит целехонький с богатейшим музеем… Красота»!

- Ладно, поехали, - прервал ход моих мыслей водитель. - Там я видел заброшенный немецкий сад, яблок наберем.

Яблоки в Неманском - маленькие, но красные. Твердые - не разгрызть, - но сладкие. Для компота или варенья - самое то. Хотя местные их не собирают. Мало их тут, местных. Глухое место.

А В ЭТО ВРЕМЯ

Операция «Спасти фотографа»

Наша экспедиция в Неман не обошлась без форс-мажора. Зрелище разрушающегося замка было столь печально, что нашему фотокорреспонденту Вите Гусейнову стало плохо.

- Я не могу на это смотреть, - пробормотал он, сделав круг вокруг замка. - Меня тошнит, болит живот, прыгает давление… А может, не в замке дело? Я позавчера в китайский ресторан ходил…

Как бы то ни было, но мы пошли искать больницу, вспомнив, что где-то в Немане работает врачом наш знакомый блогер. Товарищ по «Живому журналу», с которым мы общались только в интернете и видели только на фотографиях.

- Он-то мне обязательно поможет, - предположил Витя.

К сожалению, блогер - фигура зачастую анонимная, поэтому нам был известен только его «ник» в интернете нашего друга, ничего общего с реальными ФИО не имеющий. Поэтому когда мы этот ник, словно кодовое слово, сказали охраннику больницу, он вытаращил глаза.

- А кем он работает хоть?

- Не знаю, - пожал плечами Витя. - Может быть, главврачом.

- Ну, нет, главврач у нас женщина.

- А может наш блогер - это женщина? - переглянулись мы.

- Ты что! Я же фотографию его видел! И наша общая знакомая с ним лично общалась.

- Ну ладно, - сказал охранник. - Пойдемте я вас к главврачу отведу. Правда, у медиков сейчас совещание.

Кое-как Витя поплелся наверх. И тут возле кабинета главврача я увидел его! На стене висела фотография нашего блогера со Снегурочкой.

- Вот он! Наш товарищ! - кричу охраннику.

- Так это Валерий Александрович Михайличенко, главврач Жилинской больницы.

- Можно с ним пообщаться?

- Нет. Он сейчас на совещании.

- И что же делать? Видите, Вите как плохо!

- Идите в «Скорую помощь», она тут в двух шагах.

В «Скорой помощи» нас приняла девушка-фельдшер.

- На что жалуетесь?

- На все! - ответил Витя. - Живот, тошнит, давление. И замок у вас мрачный…

- Ложитесь на кушетку, сейчас будем давление измерять.

Я отошел на минутку, а когда вернулся, услышал бодрый мужской голос. Над распластанным на кушетке Витей колдовал мужчина в синей рубашке и джинсах. Да, это был он, наш блогер. Валерий Александрович Михайличенко. Так мы и познакомились «в жизни».

- А мне сказали, что меня журналисты разыскивают, я и пришел, - пояснил Валерий.

Тут же появился список лекарств и, конечно, диагноз:

- Замок тут не причем. В китайском ресторане, говоришь, обедал? Так это категорически запрещено. В сырой рыбе глистов столько, что мама не горюй. Ничего удивительного, что отравился.

Вите что-то укололи, потом мы вышли во двор. Постояли. Но это был не день Гусейнова Виктора Эльдаровича. Он снова, побледнев, покачнулся.

- Ладно, поедем ко мне в Жилино, положу тебя там, поставим капельницу, - сказал Валерий.

Жилино - просто звучит невзрачно. Немаленький поселок. В магазине очередь. На улицах жизнь. На скамейке возле больницы сидят бабушки, обсуждают последние новости. Во дворе клиники - постриженный газон, клумбы и… семейство хрюшек. Хоть и пластмассовых, но очень милых. Идиллия.

- Это мы к конкурсу на лучший ландшафт готовимся. Каждый год выигрываем, - говорит Валерий Михайличенко. - В больнице делаем ремонт, скоро все будет выглядеть на пять баллов.

- Да и сейчас неплохо, - говорю, - учитывая перманентный кризис в здравоохранении.

Вите выделили отдельную палату. Валерий поставил ему капельницу, включил жидкокристаллический телевизор, чтоб не скучал, и через пару часов фотограф был как новый, готовый к самым неожиданным съемкам.

Вот такое Жилино. Вот такой наш друг блогер. Я всегда говорил, что человеческий фактор играет в истории решающую роль.

Экспедиция КП в Неман: Как замок Рагнит армянский слон разрушил

Читайте также