А.В. Лентулов. «Портрет М.П. Лентуловой. Исследование символического сходства» (1912)

Аристарх Васильевич Лентулов (1882-1943) приехал в Петербург из Пензы, где он родился в семье сельского священника. На вступительном экзамене в Академию художеств он надерзил профессору. К счастью, его работой заинтересовался профессор живописи Д.Н. Кардовский и взял Лентулова к себе в мастерскую, где тот проучился до 1909 года.Аристарх Васильевич был одним из организаторов и членом художественного объединения «Бубновый валет», куда входили такие художники как Александр Куприн, Пётр Кончаловский, Илья Машков и др. Творчество художников «Бубнового валета» было связано с современными им западными течениями в искусстве: сезаннизмом и кубизмом, и с русской, уходящей корнями в старину, реалистической традицией. Так Александр Куприн, один из членов-учредителей объединения «Бубновый валет», обосновывая тяготение своей группы к французским художникам, отмечал, что здесь акцент перенесён на саму живопись, а через неё только и раскрывается любой сюжет, любая тема. У французов русские художники увидели красоту цвета, вкус, смелые колористические решения. В 1910-е годы Лентулов создаёт немало портретов, где очевиден отказ от подробной описательной повествовательности, от иллюзорно-точного воспроизведения натуры. На смену им пришла смелость живописных обобщений, известная степень деформации и плотная шероховатая фактура живописи. Следует отметить, что кубофутуризм – явление, возникшее на русской почве, объединяет два западноевропейских течения: кубизм и футуризм. Если кубисты стремятся трактовать все формы реальной действительности статично, в виде шара, конуса или цилиндра, то футуристы ставят своей главной задачей передачу движения как такового в его абстрактном понимании. Все эти формальные моменты явственно ощутимы даже при беглом знакомстве с портретом, представленным в экспозиции. О появлении интереса к футуризму среди русских художников можно говорить, начиная с 1912 года. Вероятно, определённую роль сыграла в этом выставка итальянских футуристов, проходившая в Париже в начале года. Некоторые русские живописцы имели возможность непосредственно познакомиться с представленными на ней работами. Прямое усвоение ряда «классических» приёмов итальянского футуризма стало для русских живописцев, скорее всего неким трамплином для формирования собственной концепции. Диапазон прямых заимствований был ограничен и сводился главным образом к освоению некоторых способов передачи движения. Среди таких типично итальянских приёмов воспроизведения динамизма, привлекавших внимание и русских художников, можно отметить членение пространства картины на геометрические фрагменты, смещённые относительно друг друга. Этот приём мы можем наблюдать в работе Лентулова «Исследование символического сходства в портрете…».Марина Петровна Лентулова, урожденная Рукина (1885–1967) – жена художника А.В. Лентулова.Изначально работа мыслилась как портрет конкретного человека (жены художника), находящейся у моря, на залитом солнцем пляже. На холсте можно разглядеть отдельные детали прибрежных зданий, корпуса судов, паруса яхт в открытом море. Но всё это не связано у художника сюжетным действием в композиционном построении и дано в различных пространственных планах, скорее всего, фрагментарно. В центре композиции сама модель, сидящая, вероятно, на песке. Художник преподносит её в трёх ипостасях, таким образом, предполагая круговое движение, показ портретируемой со всех сторон. Подобный приём мы можем увидеть в известной работе Лентулова «Василий Блаженный». В портрете среди цилиндров, сегментов, конусов и других геометрических фигур мы с трудом различаем лицо портретируемой, овал покатых плеч, руки. Образ никак не воспринимается живым конкретным человеком, поскольку реальная целостная форма раздроблена на плоскости различных цветов.Безусловно Лентулов добивался композиционного единства. Он использует мотив дуги, который и в большом и в малом делит холст на три части. Мотив этот подхвачен дважды показанной радугой и сообщает ритмический тонус, ритмическое единство всей композиции. Ритмом же образован порядок в цветовой мозаике окрашенных геометрических фигур.Цветовое решение портрета очень насыщенное и динамичное. Повторяющееся распределение на холсте в определённой последовательности одних и тех же цветов (ярко-красных, интенсивно синих, пронзительно жёлтых) рождает ощущение каких-то гранёных форм, обогащающих и разнообразящих поверхность холста. Множество этих динамичных мазков, пятен, тонких цветовых линий не дают осязаемости конкретного предмета. Он должен домысливаться, возникать в ассоциациях и ощущениях, рождаться в эмоциональной экспрессии красок. Но это уже не портрет в своём чистом виде, а если так можно сказать красивый по живописи ребус, где зашифрован живой человек.