Сто голых красивых женщин города Коктебель!

Роман "Сто голых красивых женщин города Коктебель!" написан Великим Всемирным Писателем Эсаулом Георгием (Эсаулов Юрий Александрович!) в городе Люберцы 17 сентября 2002 года! Продолжение романа готово и ждет издания на бумаге за Ваш знаков в романе: 209713

Маша похожа на Солнце в зените над бухтой по-селка Коктебель! Обнаженая Маша лежала на животе на туристиче-ском или спортивном коврике жолто зеленом, как и ее дорогие босоножки, словно босоножки продавали в довесок к коврику! Она разгадывала кросворд и кушала черешню, молодую, крепкую, будто ее сделали в Китае из каче-ственой пластмасы! Попа Машеньки округлая, гармонично пришита к телу! (Некоторые женщины, кажется, слеплены из не-скольких кусков, принадлежащих разным телам, буд-то в лаборатории небрежно сшивали человека, худые плечи, маленькая грудь, тонкая талия, но огромная, как у американок попа на коротких ножках!) Грудь легко умещалась в моей ладони, и на ощупь, оказалась не столь резиновой, как я предпола-гал! Маша - настоящая украинка, светловолосая, го-лубоглазая, спокойная и жизнерадостная, как нагре-вающееся море! Когда обнаженые девушки загорает лежа на пля-же, то фигуры кажутся одинаковыми и идеальными, почти у всех нудисток, словно их вылепили по одно-му лекалу! Но, когда девушка поднимается, идет в море, то и рост и полнота и худоба, длина ног, талии и множест-во других тонкостей разнятся, но всегда интересны и притягательны! Маша улыбалась, смеялась, прикладывала руку козырьком к глазам, чтобы солнце на растворило слишком хрупкую голубую роговицу! Будущий технолог на производстве в городе Харьков, Маша может пойти и по другому пути в жизни, потому что у девушки дорог больше, чем у Ильи Муромца на распутье! Маша перевернулась животом к солнцу, без кокетства, без показухи, без малейшего стеснения, без комплексов, как в горах Черногории плутают парти-заны без порток! Худенькая, с плоским животом, маленькими, но бодрыми грудками с розовыми сосками, похожими на свежую свинину! Лобок акуратно выбрит, осталась пшеничная по-лосочка, словно лесозащитная полоса около кукуруз-ного поля в Егорьевске! (Наголо обычно бреют опытные нудистки в воз-расте!) Маша пошла в море, высокая, современая по телу, спокойная, как карасик в мороз! Ноги, даже, когда вместе, оставляют просвет око-ло промежности, в который виден персик половых губ, сзади! Спереди обнаженая Маша немного худовата в бедрах, но привлекательная, как мороженое "Лаком-ка"! В джинсах Маша выглядит изумительно, шикар-но, стройная длиноволосая блондинка, до стати кото-рой американских кинодивам никогда не добраться, как не покорить на велосипеде Эверест! Коктебель позволяет увидеть женщину в одежде и без одежды и сравнить как на выставке восковых фи-гур! Полные женщины без одежды смотрятся намного лучше, чем в одежде! А худенькие - наоборот, когда снимают на пля-же штанишки - теряют несколько балов из отпуще-ных природой на красоту! Сарафаны и платья Маше тоже не подходят, под-черкивают ее излишнюю худобу, будто подстригли овечку Доли! Худенькая, скромная, красивая, как конструктив-ная женская логика! Машенька исповедует запрет переноса на безко-нечные множества женщин принципы, верные для конечных женских груп! Красавица расматривает безконечную женскую красоту, как актуальную завершеную, но не верит в женскую красоту, как становящуюся!

Татьяна, девушка в теле, врач из города Москва

В одежде, потому что полная и невысокая, Татья-на казалась женщиной лет тридцати, словно за корот-кий срок увидала много бед на войне в Палестине! На пляже Таня сначала сняла зеленые легкие шта-нишки, осталась в трусиках не танго, но близких к танго, потому что полоска в попу, словно утонула среди круглых обтянутых ягодиц, похожих на ягоди-цы манекена из магазина "Кристина"! Затем Таня скинула чорную футболку, показала большие с чорными сосками груди, уставшие от дол-гого похода, не ожидающие ледяной воды, как танки не подозревают, что провалятся под лед! Трусики снимала долго, как в окончательном акорде стриптиз танца театра Оперы и балета! Вместе с одеждой Таня врач сняла и пять лет, будто помолодела без второй кожи! Ножки уже не казались короткими, появилась та-лия, как в кино про супер Кошку, которая победила Бэдмена! Девушка вместе с наготой приобрела грацию, шарм, будто вышла обнаженая одна против войска конкистадоров! Движения Тани стремительные, резкие, словно приказывает: "Скальпель! зажим! Спитр! В морг!" Девушка быстро забежала в ледяную воду, долго плескалась, выбежала, словно из горячей бани с сот-ней солдат сверхсрочников неурочников! Груди ее вздыбились, затвердели от холода, будто замороженые волны! Соски почернели, съежились, затвердели, как об-литые шпаклевкой! По лобку с обильной порослью, по русо рыжим кудряшкам волос, стекали капельки воды, застревали, оставались, как в детском мультфильме про Лошари-ков! В море Чорном вода чорная, а на лобковых воло-сах - хрустальная, як вода питна! Цвет волос на лобке изменился, потемнел, как и соски грудей! Сухие волосы на голове остались русо рыжими, как до купания волосы лобка, а там - потемнели, будто после грозы драматурга Островского! Татьяна в разговоре отрывисто смеялась, неловко призналась, что у нее парень работает там. наверно в милиции, словно стеснялась! Она долго расказывала (а груди в пупырышках от холода, вибрировали, а не тряслись, тяжелые даже на взгляд, а на ощупь - будто в них налили ртуть) про кушанья в городе Коктебель, про куски торта, но торт она покупает у одного "молодого мальчика"! Разумеется, Таня любит сладкое, будто родилась в Вашингтоне в семье бедных афроамериканцев! Приятная полнота ее напоминала полноту героинь писателя Льва Толстого, в моем понимании его На-таши Ростовой! Движениями обнаженого тела (а обнаженое тело девушки движется иначе, чем одетое, по эстетиче-ским законам! Одетое тело работает, а нагое девичье тело отдыхает, выполняет свою основную функцию - вызывает чувство прекрасного!), манерой разгово-ра, простой, навеяной дежурствами в больнице "торк-нуться? так это для меня на работе не проблема" Таня напоминала конкретность истины об одетой и обна-женой женщине! Свойство Татьяны, как женщины основано на учете и обобщении конкретных условий - одета или раздета - существования того или иного настроения, зависимость настроения от определеных условий мес-та, погоды, одетости или раздетости! Для Татьяны абстрактного настроение, оно всегда конкретно - когда раздета, собрана, весела и целе-устремлена в желании себя показать! Когда одета - разрыв с прежней, "обнаженой" истиной, речи другие, замедленые, правильные, ум-ные, как в Библиотеке имени Ленина!

Элина, переводчица с языка на языки, из города Днепропетровск

Элина и по внешности и по имени и по характеру - настоящая переводчица, словно получила профе-сию еще до рождения, в шамбале, или самбурсе, не знаю точно терминологию! Я увидел Элину абсолютно голой на пляже в Кок-тебеле, будто наступил на фотомодель Синти Мэрфи! Загорелая ровно, без единой белой полосочки, Элина блестела на солнце, будто ее искупали в мо-торном масле Лукойл! Ни одного изъяна на туго натянутом спортивном теле! Чорная грива кудрявых волос на голове и пятачок, акуратно оставленый, но не полосочка, а кружок, вни-зу, будто кустик саксаула в пустыне Сахара! Волосы только на лобке, а большие половые губы выбриты наголо, словно их призвали в армию! Около красных, но не розовых, как у блондинок, половых губ брюнетки Элины, коричневые полосочки (а у блондинок - розовые!)! В древнем Египет древние люди, да и люди ли они были - неизвестно, на праздниках жрицам наде-вали на голову маску большой птицы! Элина, словно жрица из Египта, с надетой маской ястреба с пышными волосами, как перья! Строгая, не знаю, справедливая ли, но ни разу не улыбнулась в Коктебеле! Грудь небольшая, с чорными сосками, будто за-асфальтироваными! Мы часто заходили вечером в кафе "Троянду", и мне, после стакана зеленого горького чешского абсен-та казалось, что под маечкой у Элины огромные гру-ди, даже ложатся на стол, как у учительницы млад-ших класов Грицько! Элина знала силу красоты своего тела, двигалась по пляжу уверено, спортивным шагом, широко разма-хивая руками при ходьбе, как караульный на посту около Красной Площади! На попе внизу, как у всякой девушки - складоч-ки, будто годовые кольца у дерева! Чем старше девушка, тем больше складочка, а у старушек - обвис, как роман "Обрыв" Гончарова! Складки под попой, граница, у Элины небольшие, не доходят даже до середины каждого полушария, словно застыли в спортивном марше на Олимпиаде две тысячи седьмого года! Разговаривала Элина скудно, только отвечала на вопросы, возможно опасалась, что при разговоре из нее выплеснутся знания языков, что недопустимо для переводчицы с блестящим телом! Элина в моем понимании - метаэтика, в которой уживаются проблемы гносеологической и логической природы морального языка! Обнаженая Элина, животом к солнцу молча чисто формально иследовала мои нравственые суждения безотносительно к их глубочайшему содержанию, не затрагивала вопросы в чем состоит добро мужчины и зло женщины, каким образом мораль на нудистском пляже зависит от социально исторических условий развития города Коктебель, какое значение имеет нравственость в жизнедеятельности растамана! С нерешеными вопросами нагая Элина уходила в холодное море, словно уносила топить в водах боль-шую чорную птицу, гнездившуюся на ее голове!

Продолжение романа готово и ждет издания на бумаге за Ваш знаков в романе: 209713