Они в очках, им виднее: Влад Фисун

В последнее время я счастлив практически постоянно. Мне все время хорошо. Я верю в карму. Поэтому себе ее стараюсь не портить, а другим – поправлять. Мне бы хотелось изобрести какой-то предмет, который помогал бы человеку ощущать собственную значимость. Playstation – это, конечно, до ужаса бесполезная трата времени, но именно там я нахожу игры, которые обладают сильной эстетической

В последнее время я счастлив практически постоянно. Мне все время хорошо.

Я верю в карму. Поэтому себе ее стараюсь не портить, а другим – поправлять.

Мне бы хотелось изобрести какой-то предмет, который помогал бы человеку ощущать собственную значимость.

Playstation – это, конечно, до ужаса бесполезная трата времени, но именно там я нахожу игры, которые обладают сильной эстетической или драматичной составляющей. Да, играя на Playstation, я действительно обращаю внимание на драматургию.

Мне хотелось бы побывать на Лете любви 1988-1989 годов, на Лондонской окружной трассе, в те времена, когда в Британии были рейвы. Я любил бы всех и все вокруг.

Из-за физических травм, связанных со спортом, понимаешь, насколько, вопреки убеждениям о том, что тело бренно, оно крепко связано с душой.

Я ценю в любви ненавязчивость и уважение к собственной свободе.

Перед сном я стараюсь находить время на то, чтобы посидеть в кресле и подумать, что хорошего произошло за день. На плохое я внимания не обращаю, но вот хорошее нужно подчеркнуть и мысленно обвести кружочком.

Мой любимый очкарик – Марчелло Мастроянни.

Я бы побеседовал с Маргарет Тэтчер и спросил, как ей удалось найти сочетание элегантности и женственности с какой-то воинственностью. А еще поговорил бы с ней о том, как она, как политик, успевает посмотреть страну изнутри, когда ездит в командировки в теплые страны.

Отец не давал мне советов из серии «Летать, как стрелять». Ничего такого не было. Свои советы он подавал примером. Один из них – когда тяжело, нужно этот момент пережить внутренне, без демонстраций.

Я понял, что у меня еще не было сложных времен. То, что можно назвать неприятностями – это все, на самом деле, мелочи.

Мне нравится интенсивность. Я не могу находиться в статике. Это определяет всю мою жизнь.

Конечно, очки – это очень хороший аксессуар. Но это касается не только очков – знаете, интересной можно и швабру дома сделать. К счастью, любой предмет можно трактовать как что-то большее, чем просто предмет.

С уверенностью могу сказать, что очки всегда помогали мне устраиваться на работу. Без них у меня слишком лихое выражение лица.

У меня есть фонотека с огромным количеством пластинок, и вот от нее я никогда не смогу избавиться. Все остальное – наживное. Да, мне нравятся мой велосипед и моя машина, но я бы не сказал, что никогда не смогу их оставить. А фонотеку не могу.

В пять лет я убежал от родителей. Мы отдыхали на море, и мне понравился холм, на котором стояли практически аутентичные украинские хатки. Хотелось посмотреть на них вблизи. Родители, конечно, этот порыв не оценили, но я придумал комбинацию, полноценный стратегический маневр, и исчез. Мама говорит, думала, что потеряла меня. Но я вообще не испугался – я же шел к намеченной цели.

Если бы у меня было собственное государство, я выбрал бы для него самый красивый строй –конституционную монархию, с «декоративным» королем и мудрым парламентом. Главной статьей Конституции была бы защита личных свобод.

Когда я выхожу к пульту и начинаю играть, я каждый раз испытываю разные чувства. Но всегда боюсь.

Не бывает любимой пластинки, не бывает самой дорогой тебе пластинки. По крайней мере, у меня так.

Когда-то я думал, что Элвис Пресли – идеальный саундтрек для похорон. А сейчас думаю, что прикольно было бы, чтобы это был Нэт Кинг Коул. Он сказал, что придумал рэп, так что мне кажется, что какой-нибудь пример рэпа в его исполнении был бы отличным выбором.

Я начинал играть в Харькове, в маленьком клубе. Мой ментор сказал мне: «По пятницам и субботам мы играем всякий шлак, зато по четвергам дают ставить, что хотим». Помню свой первый осознанный выбор для такого четверга: это был альбом Leftfield, который назывался Leftism. Это – Dark Side of the Moon 90-х годов по эффекту влияния на развитие электронной музыки. Отличная пластинка, очень танцевальная. Многое из нее работает и до сих пор.

Помню, работал и в таких местах, где, если кому-то что-то не нравилось, собиралась команда человек из десяти, выламывали из стульев дрыны и шли на охранника, у которого был только баллончик с газом. Это были такие себе танцы ярости. Было смешно. До диджеев обычно не доходили.

Я бы не сказал, что мы выросли в обществе свернутых челюстей и детской травматологии. Но, конечно, был в жизни эпизод, когда у меня отняли плеер с ножиком. Я сидел у метро, подошел человек, показал выкидуху, сказал «Хороший плеер», я ответил «На». Понимал, что отдать проще.

Мне нравится бывать в странных местах. Например, на Мальте есть группа обработанных мегалитов, и считается, что это храм, которому три тысячи с небольшим лет. Ты смотришь и думаешь – как интересно: человек придумал это, сложил, верил и надеялся на что-то, глядя на композицию из камней.

Если бы я собирал коробку с предметами, чтобы рассказать о нашей цивилизации потомкам, я бы точно не клал туда ничего электронного. Вряд ли их это впечатлит. Положил бы эту чудесную штуку, маятник из ряда шариков – это остроумная вещь. И несколько гравюр Дюрера. Наверное, еще какую-нибудь небольшую пластиночку и автобус, который ездит по ней и проигрывает. Хотя, конечно, с точки зрения филофониста это просто ужас, потому что он ее запиливает, плохая иголка. Да, и еще положил бы каталог американской рекламы 50-х годов.

Если бы я выбирал строку из песни в качестве девиза своей жизни и мыслил при этом очень идеалистично, то это была бы: «Я не знаю неудач, потому что я ловкач!»

Пиджак (костюм), сорочка, галстук, платок — все ISAIA

Адреса магазинов сети Еврооптика:

КИЕВ ТРЦ «Мандарин Плаза», ул. Бассейная, 6 ул. Городецкого, 11-А

ДНЕПРОПЕТРОВСК ТД «Library», пр. К. Маркса, 54Д Fashion Park «Атриум», пр. К. Маркса, 22 Outlet, пр. К. Маркса, 37

ОДЕССА ТЦ «Сады Победы», ул. Пионерская, 28 ул. Ришельевская, 25