Максим Базылев и Саид Бурятский: что между ними общего? (заметка 2010 года)

На днях прошла информация о том, что был убит Саид Бурятский. Саида уже не раз хоронили, поэтому поостережемся принимать на веру подобные слухи.

Но что интересно, с этой информацией совпал свежий материал нашего старого знакомого harfang83 содержащий в себе анализ русского правого терроризма с позиций национал-социалистического фундаментализма.

Из-за явной, на мой взгляд, параллели между подходами к борьбе столь разных людей как Саид Бурятский и Максим Базылев, я и решил написать эту заметку.

В своем разборе бесперспективности правого терроризма Дмитрий Румянцев безоговорочно и полностью прав. Но надо заметить, что мы, по-видимому, имеем дело с феноменом, характеризующим настрой значительной части андеграундной молодежи поверх национальных, религиозных и идеологических границ.

Сегодня одними и теми же концепциями «сопротивления без лидера», «автономного насилия» и «тотального террора» пользуются как правые, так и левые, как мусульмане, так и язычники.

Как одному из основателей и лидеру первой и единственной общенациональной организации русских мусульман мне много раз приходилось и приходится сталкиваться с подобными настроениями среди принимающей Ислам русской молодежи, в том числе, среди людей, симпатизирующих нам. Многие из таких людей не видят особого смысла в «мирной» деятельности и активном участии в организации, занимающейся ей. При этом, естественно, как «мирная» деятельность ими воспринимается все, что прямо не связано с насилием и не основано на нем.

Вместо этого таким людям обязательно подавай «прямое действие», причем, такое, которое исходит не от политической организации, использующей его как инструмент, а непосредственно снизу — от автономных боевых организаций. И схожие настроения, насколько я знаю, сегодня распространяются среди русских НС, о чем пишет Румянцев:

Я как-то сравнительно недавно зашёл в музей Маяковского. Побродил по залам. Мне привлекла одна листовка 1905 года большевиков. Это почти слово в слово то, что писал и говорил Адольф. Только большевики ставили в листовке «социал-демкоратия», а Базылев — «национал-социализм». А сущностно разницы никкой. Если говорить про пресловутое уличное насилие. Кто вообще брякнул, что уличное насилие — это суть НС?

Красные в Германии тоже занимались уличным насилием. ДА ещё каким. Чурки занимаются уличным насилием. Уличное насилие может применять какая угодно политическая сила. Само по себе уличное насилие не имеют какой-то идеологической окраски. А Адольф настаивал, что уличное насилие — это и есть квинтэссенция НС-идеи. Но это же полная херня».

В принципе, тут все в точку, потому что идеология «автономного действия», конечно, никакого отношения к классическому НС не имеет. Ибо для Гитлера насилие в борьбе за власть было важным инструментом, но именно инструментом, т.е. средством, подчиненным цели. И Гитлер прекрасно понимал, что власть берется не насилием, а силой, а сила уже в ту эпоху была комплексным понятием, впрочем, как и почти в любую другую, если речь не идет о примитивных племенах, а идет о сложном политическом обществе.

Именно поэтому его целью было завоевать массы, завоевать элиту, и насилие он использовал для того, чтобы обеспечить себе возможность сделать это и, кстати, начал применять его не первым, а в ответ на уличный красный террор, препятствовавший проведения пропагандистских мероприятий НСДАП.

Что важно — при этом его штурмовые отряды (СА) и служба безопасности (СС) всегда были строго подчинены политическому руководству НСДАП и неукоснительно исполняли возложенные на них обязанности. И как только глава штурмовиков — Эрнст Рем — попытался изменить эту ситуацию и перейти в оппозицию к Гитлеру, он незамедлительно был уничтожен вместе со всеми нелояльными членами СА.

Сегодня же — в условиях кардинального изменения политических реалий — мы наблюдаем переоценку значительной частью андеграундной молодежи ее отношения к насилию. Насилие перестает восприниматься как средство и превращается в цель. Такое отношение выливается в отрицание необходимости крупных и открытых организаций как таковых, которым противопоставляются законспирированные ячейки, а также сеть как способ взаимодействия таковых.

Происходит деполитизация насилия, как и деполитизация войны. Это яркое свидетельство агонии нигилизма, учитывая то, что подобные подходы еще никогда и никого к победе не приводили.

Румянцев достаточно четко все расписал по поводу правого автономного террора, но в исламской среде мы сталкиваемся с теми же проблемами и подходами. Практически полным аналогом «автономного действия» становится идеология джихадизма нового поколения, и в этой связи неудивительно и взаимное парадоксальное притяжение, имеющее место между двумя этими лагерями.

Если на то будет милость Божья, этой проблематике — Джихада и джихадизма я собираюсь посвятить несколько своих публикаций на следующей неделе, что давно хотел сделать и обещал и к чему меня побудила эта интересная переписка Румянцева.